Стриптизёрша
Шрифт:
– - Стриптиз заказывали?
Боб молчал. В голове вертелись анекдоты и сериалы.
– - Заказывали или нет?
– - Проходи, раздевайся!
– - дружелюбно предложил Димон.
– - Вы не так поняли. Стриптизёр не я. Исполнительница ждёт внизу. Ребята, вы уверены, что вы не геи?
– - Сам ты… не так понял!
– - возмутился Димон.
– - Чем на пороге торчать, зашёл бы в прихожую. Почему девочку не привёл?
– - У нас предоплата, -- сообщил агент.
– - Можно сразу полную сумму. Рекламаций не бывает.
– - Полную потом, -- отмахнулся Димон.
– - Боб, заплати человеку, сколько не жалко.
Скотинец унёсся к своим шкатулкам-ящичкам. Димон с любопытством смотрел на агента.
– - Тебя звать-то как?
– - Андрей.
– - Дмитрий. Очень приятно. Андрей, ты действительно из спецназа?
– - С чего ты взял? Я из спортсменов.
– - То-то, смотрю, к нам в дом живой шкаф прёт… Шутка!
– - поспешно добавил он.
– - Я остроумный.
– - А я просто умный, -- сообщил "шкаф", перелистывая принесенные Бобом купюры.
– - Маловато даёте, но ладно… Значит так, ребята. Чтобы без фокусов. Марьяна профессионал, ей ваши лапы не нужны, даже когда она у вас на коленях извивается. Её работа -- "завести" мужика, ну а дальше уже ваше дело. Остальное без неё, пожалуйста. А то я всякого навидался, -- он подмигнул Скотинцу и вышел.
– - Да кто она тебе?
– - крикнул ему в спину Димон.
– - Марьяна -- моя малышка!
– - гордо ответил "шкаф".
– - Пока, парни! Я за рулём перекемарю.
– - Э… Нет, вы тоже возвращайтесь, прошу!
– - вдруг подал голос Боб.
– - Ну… посмотрим. Спасибо за приглашение.
– - Андрей зашёл в лифт.
– - Крупный какой, -- сказал Димон.
– - Ты правильно сделал, что пригласил. Только вот хавчика сразу мало стало. Иди все свои говяжьи жестянки пооткрывай. Может, цену сбавят.
– - Кстати… У тебя с собой много?
– - робко поинтересовался Скотинец. Но ответа не удостоился.
Сеанс удался. Марьяна прельстила Боба старательной демонстрацией страсти и вынудила котом жмуриться на сверкающую красоту. Осанистая чернявка -- осетинка или молдаванка, не понять -- уже казалась ему давней знакомой, зашедшей в гости, чтобы отдохнуть и немного пошалить. Была она чудесно искусной в искусе, в мистерии соблазнения, и немного назойливой в его показе. Насмешливый взгляд из-под густых бровей мог становиться жгучим и мечтательным, обманывая и обещая, -- но ведь это просто развлечение, пикантное шутовство. И всё же танец завораживал.
Боб погрузился в созерцание как в нирвану. "Как им удалось скрыть от меня то, что она живая? Телевизионщикам приходится долго трудиться, доводя модели до мировых эрзацев" -- думал он.
Димона, ценителя сосков, пробрало по-другому. Он всё рвался на "сцену", пытался убрать дистанцию, и сидевший рядом Андрей в такие моменты тяжелел, наваливаясь на его локоть и колено. Андрей глаз не сводил с танцовщицы, а никаких особых эмоций не проявлял. Работа, мол. Обычное дело.
Одевалась она тоже красиво.
Приближался час расплаты. Боб встрепенулся:
– - Блестяще! Потрясающе! Давайте поедим! Шампанского выпьем!
– - Ребята, хозяин приглашает нас к праздничному столу, -- пояснил Димон.
– - У него даже пиво есть. Вообще, интересный человек.
– - Нет, спасибо, нам пора, -- улыбнулась Марьяна. Отвернулась к зеркалу, коснулась волос, что-то поправила, чем-то провела по губам -- и вновь стала холодной и ослепительной, как Клеопатра на заре. Словно маску нацепила. Или сняла. Подбородок, глаза, даже нос другой, что за диво?
– - Мы едем. Андре, с нами рассчитались?
Андрей красноречиво молчал.
– - Боб обидится, -- предупредил Димон.
– - Лучше не обижать его.
– - Тогда давайте расплатимся за услуги, -- предложил "шкаф".
– - Нет проблем. Прошу к столу! Под шампанское и расплачиваться веселее.
– - Рассмешил. Мне уже весело.
– - То ли ещё будет. Останьтесь, посидите немного с нами, что вам стоит? Боб болен одиночеством. Я лечащий врач этого святого человека. Как врач, хочу его вернуть к жизни и не допустить рецидивов. Он же бешеный. В нём сочетаются чистота ребёнка и свирепость быка.
– - И с чем они сочетаются?
– - спросил Андрей с ленцой.
– - С мозгами Архимеда!
– - Который из ванны воду вытеснял? Этот -- много вытеснит. Если взять и погрузить.
– - Нет, тот был другой, он арифметику изобрёл. Не стойте, гости дорогие, перемещайтесь на кухню. Не обижайте гения.
Клеопатра надменно взглянула на болтуна.
– - Я не давала своего согласия. Вы будете платить?
– - Марьяна, у тебя в лице два овала, -- сообщил Боб.
– - И чужие зрачки. А красота своя. Я тебя полюбил.
– - Ты не коси, Архимудь… -- начал заводиться Андрей. Но девушка взмахом руки остановила его. Спросила удивлённо:
– - И на кого я такая похожа?
– - На царицу юга.
Она взглянула на Боба, затем -- в зеркало. Оставила в зазеркалье гордую египтянку и в три жеста преобразилась в красавицу-еврейку. Глаза Марьяны стали миндалевидными, брови округлились, в зрачках, словно в темнеющем южном небе, появились звёзды. Полуулыбка, румянец, грация, внимательный взгляд…
– - А теперь?
– - На хозяйку бала.
– - Во что мне одеться, мессир?
– - спросила она, чуть наклонив голову.
– - Длинное платье из чёрного бархата. Погоди, вспомню… да, нужен плотный бархат, простой, без вставок и украшений, только здесь, внизу, по самому краю бежит узор. Рисунок мы найдём в "публичке", там эти альбомы есть. Плечи обнажены… как удачно, что их не коснулась татуировка. Сошьём, а где -- сама решай. Ещё аксессуары понадобятся. Колье, браслет, кольцо, вот главное. Остальное, как говорится, по вкусу.
Димон тихонько сидел на диване и офигевал. Андрей чесал переносицу.
– - Подробнее, милый, подробнее!
Услыхав слово "милый", Диди вздохнул, обнял себя за плечи, вжал подбородок в грудь, хитро сплёл ноги и, уже не шевелясь, принялся смотреть в окно. Он стал йогом конкретным -- из тех, кто всегда готов к падению потолков. Или небес, если дело происходит на открытой местности.
– - Колье, тяжёлое и старинное, -- продолжал Скотинец, -- чеканное серебро, алые овалы, огранка… слезинки-бриллианты брызжут в глаза, это важно… Всё должно быть настоящим… -- Боб загляделся на красавицу и замолк.