Чтение онлайн

3. Проводить тотальные проверки на детекторах лжи всех чиновников, от которых зависят решения (то есть тех, кто ставит утверждающую визу на документе).

4. При работе с гражданами установить порядок приема документов, исключающий их потерю, проволочку по срокам решения. Уличенных в нерадивости чиновников карать как за должностное преступление.

5. Чиновников, уличенных в должностных преступлениях, увольнять без права когда-либо поступать на гос-службу. Сейчас технически проследить за этим вполне возможно. Уволенных таким образом лишать права на повышенную пенсию (75 % от последнего оклада), которую чиновники сами себе назначили, наплевав на конституционные права остальных граждан страны.

Однако автор понимает, что все, что здесь сказано, никогда в России реализовано не будет, уж слишком сладкий кусок пирога отнимается у захватившей реальную власть бюрократической структуры.

И наконец, последний вопрос. А когда же мы построим демократическое общество, управление которым опирается на интересы народа?

Ответ. Когда наше правительство и подвластные ему бюрократические и силовые структуры перестанут вести себя как оккупанты в недоразвитой стране.

Чтобы не быть голословным, постараемся классифицировать признаки оккупации.

1. Управляющая элита (пришлая или своя) боится народа, поэтому отгораживается от него бронированными автомобилями, многослойной толпой охраны, прикормленными спецслужбами и, главное, запрещает право честного и законопослушного гражданина на приобретение и тем более на ношение любого оружия самозащиты (вплоть до нунчака — цепа для обмолота стеблей риса, кстати!), что делает его совершенно беззащитным перед самодурством силовых структур (у нас — милиции; в переводе это — «вооруженный народ», на деле — бюрократическая, карательная, подотчетная только правительственным органам структура).

2. Управляющая элита старается не смешиваться с народом, который она считает за быдло, отгораживаясь четырехметровыми заборами, своими системами снабжения, медобслуживания, отдыха и т. д.

3. Управляющая элита сама себе устанавливает содержание (да такое, которое нормально и честно работающему человеку недоступно) за счет народа и присвоенных природных ресурсов. Причем, учитывая нестабильность своего положения, они покупают недвижимость за границей, где также держат свои основные капиталы.

4. Управляющая элита практически не реагирует пи на какие разоблачения в СМИ, а особо настырных находит способ заставить замолчать; это касается и судей, в основном обслуживающих интересы элиты.

5. Даже в Уголовном кодексе жизнь чиновника (скромно именуемого общественно-политическим деятелем) оценивается выше, чем жизнь простого гражданина, что противоречит «подаренной» народу Конституции.

6. Какие-то подачки и уступки народу делаются лишь в случае возможных массовых выступлений. Руководителей общественных партий или организаций стараются или купить, или убрать.

7. Уровень жизни народа поддерживается минимально допустимым, а малейшее послабление (ну, например, прибавка к пенсии рублей в 100, когда это никак не дотягивает до прожиточного минимума) расценивается как величайшее благодеяние.

Государство с таким набором особенностей вряд ли сможет сформировать гражданское общество. Если я не обладаю возможностью защитить себя и свой дом любым способом, в том числе и судебным, если на любую инициативу надо получать где-то разрешение от заведомо не заинтересованных в этом структур, если доход от честного труда обеспечивает лишь выживание, если мое мнение правительству малоинтересно, то за что бороться? Отсюда и политическая апатия у большинства населения, и попытки улучшения материального положения не всегда законными (а с ними вообще ничего не получишь) методами, что очень удобно государству, так как всегда есть повод в чем-то обвинить гражданина, и он тоже будет более покладистым.

Если же государство действительно заинтересовано в создании сильного демократического общества, то следовало бы начать с изучения зарубежного опыта, например США, к которому так «неровно дышит» наше руководство.

Там создание общества начиналось снизу, то есть небольшие поселения, коммуны, городки (и даже семьи) организовывались в муниципальные объединения, наделенные всеми полномочиями для решения любых местных задач. В органы самоуправления и суда выбирались действительно знакомые всем и проявившие себя ЛЮДИ. Исполнительную власть осуществлял шериф — выборное лицо, подотчетное населению этого места и осуществлявшее на основании местных и законов штата самые жесткие меры по поддержанию порядка. Каждый законопослушный гражданин имел право на приобретение и применение оружия против любых посягательств на его жизнь и собственность. Центральные власти вмешивались в жизнь таких объединений только по их просьбе (посылка солдат для наведения порядка и т. д.), присылая своих инспекторов для помощи в законотворчестве, решении вопросов, связанных с интересами государства, и не очень обременяя налогами. Только такой подход и позволил воспитать самостоятельных, инициативных и политически (на своем уровне) активных людей, то есть граждан!

Также нестандартно был окончательно решен вопрос прекращения Гражданской войны в США 1861–1865 гг., которая грозила перерасти в вялотекущий партизанский конфликт. Просто каждому участнику войны с обеих сторон был выделен достаточно большой участок земли и предоставлены существенные льготы для его освоения. Противостояние сразу прекрати лось, так как все были заняты делом, а отвлекаться на всякие глупости — время было жалко тратить. Вот бы что-то подобное и нам в Чечне создать.

Подводя итоги раздела, хотелось бы надеяться на то, что здравый смысл в государственном строительстве в России восторжествует, но на основе создания таких законов, выполнение которых будет полезно и отдельному гражданину, и стране в целом.

Не касаясь вопросов о происхождении, особенностях, атрибутике и времени существования религий, следует остановиться на феномене религиозного сознания.

Одними (и, видимо, основными) элементами выделения человека из остального животного мира являются его стремление (на уровне способности и желания) к целям, не направленным на исполнение сиюминутных желаний, а также внутренняя потребность осознания своей роли в мироздании. Наиболее полно это формулируется и реализуется для каждого индивида в форме религиозного сознания. В этом случае абстрагированная от повседневных забот и достаточно удаленная по времени цель начинает прямо или косвенно влиять на все действия человека.

Структура человеческого мозга позволяет производить большое количество операций по дополнительной — обработке всей имеющейся у индивида информации на аналоговом уровне и строить идеальную модель существования, основываясь на данных граничных условиях и долговременной цели. Основную роль в этом играет убежденность в правильности цели, то есть вера. Она и является основой религиозного сознания.

Сейчас нет единого мнения о том, как и под каким влиянием реализуется религиозное сознание. Однако феномен веры существует и является важнейшим фактором развития человечества.

В настоящее время генетики делают осторожные намеки на возможность существования гена, обусловливающего появление религиозного сознания. Такое предположение не противоречит представлению о том, что формирование качественно новой мозговой структуры человека должно закрепляться в физических системах на генетическом уровне.

Вероятнее всего, развитие религиозного сознания шло по следующей аналого-цифровой схеме.

А. На первом этапе развития сознания, когда появилась вторичная знаковая система (первые абстрактные обобщения и от них — перспективное планирование), люди, обнаружившие возможность общения друг с другом на практическом и теоретическом уровнях, по аналоги и перенесли эту возможность и на окружающую природу, то есть одушевили ее.