Чтение онлайн

Я растерянно посмотрела на руль и увидела, что на нем находятся кнопки управления магнитолой.

Боже, что я натворила? У нас был шанс, а я так глупо его упустила. Пусть у нас бы не сложилось, пусть Женя разлюбил бы меня со временем, но я бы, по крайней мере, попыталась! Тяжело вздохнула. Женя повернулся и посмотрел мне в глаза, в которых до сих пор стояли слезы. Я проклинала себя за эту слабость. Что он сейчас скажет? Но… Женя просто отвел взгляд. Как хладнокровно он держится. Плевать ему на мои слезы. Его это ни капли не тронуло.

Боже! Дожила! Так мне и надо! Я что рассчитывала разжалобить его? Да, что со мной случилось? Я сейчас больше похожа на размазню, которая не знает себе цену. Никогда бы не подумала, что буду себя так вести.

Надо взять себя в руки! Ничего уже не вернуть. Пора смириться. Мне предстоит провести здесь месяц, так не буду портить его себе бесконечным самобичеванием. Больше времени стану уделять подруге. Забуду обо всем остальном. Даже о Жене. И теперь я точно знаю, что больше никогда не вернусь в этот город. Как только получу назад свой паспорт, сразу же куплю билет в Париж. И уеду. И больше не вернусь. Мила сама сможет приехать ко мне, так же, как и родители.

Дорога казалась бесконечной.

— Долго еще? — не выдержав угнетающего молчания, спросила я.

— Еще минут десять, — спокойно ответил Женя, даже не взглянув на меня. Ему так легко давалось наша близость. Когда-то он и секунды не мог продержаться, чтобы не коснуться меня.

Таким вот образом мы, наконец, добрались до дачи. Въехав в заранее раскрытые ворота, Женя припарковал свой здоровенный Лексус рядом с не менее огромным Ровером Андрея. Вышел из машины и опять даже не посмотрел на меня. Его холодность уже начинала меня бесить, понимаю, что сама виновата, но… Никогда бы не подумала, что так невыносимо быть для него никем. Когда-то я мечтала, чтобы он отстал от меня, забыл. А теперь мечтаю убедиться, что у него ко мне осталась хотя бы капля симпатии.

Почти весь вечер мы провели в беседке, но когда стемнело и воздух стал заметно прохладнее, перебрались в дом. Накрыли стол на кухне, включили музыку. Стол был относительно небольшой, поэтому получилось так, что Мила, конечно же, села рядом с Андреем, а я — с Женей, который по-прежнему смотрел куда угодно, только не в мою сторону.

Через некоторое время Андрей вышел на улицу покурить, попросив Женю составить ему компанию, а мы с Милой вернулись к ее главному секрету.

— Ну, и когда ты скажешь Андрею, что беременна?

— Не знаю. Как это вообще делается? — хихикнула подруга. — Я же не могу просто встать сейчас и сказать: «Милый, я беременна».

— А почему нет? — удивилась я.

— Ну, это ведь как-то по-другому делается. Где, кстати, они? Что-то долго.

Я бросила взгляд на дверь, но ни голосов, ни самих парней не было ни слышно, ни видно. Интересно, о чем они сейчас разговаривают? Может, спросить у Милы, есть ли у Жени девушка? Бред. Если бы была, наверняка сейчас сидела бы здесь. Ведь так? Черт! Глупо спустя столько лет думать об этом. Тем более ответ мне никакой погоды не сделает. Жене на меня плевать. Это я уже поняла, но…

— О чем вы говорили с Женей, пока ехали сюда? — прервала мои мысли подруга.

— Эм… не поверишь. — Я пожала плечами и, подняв бокал с шампанским, повертела его в руках. — Ни о чем.

— Совсем? — Мила перегнулась через стол, ладонями упираясь в столешницу. Она была явно удивлена, что два таких любителя поболтать просто молчали. — Не может такого быть!

Откинувшись на спинку стула, она недоверчиво сощурила глаза:

— Ты снова решила оставить меня в неведении?

— Мил… — Я поставила бокал на стол и посмотрела на подругу. — Я серьезно говорю. Мы просто тупо молчали. За всю дорогу я спросила только, долго ли ехать, и все! Честное слово.

— Офигеть! — Мила потрясенно уставилась на меня и покачала головой.

— А что? Прошло больше четырех лет. Все! Поезд ушел!

— Ты мне расскажешь когда-нибудь, почему сбежала со свадьбы?

— Расскажу. Но не сегодня. Хорошо? Ты лучше подумай, как мужу сказать про беременность.

— Может ночью в постели сказать? Как думаешь?

— О чем ты собралась мне в постели говорить? И вообще постель не для разговоров. — Андрей прошел мимо, оставляя после себя запах сигарет. Он поцеловал Милу в щеку и сел рядом, положив руку на спинку ее стула. — Так о чем рассказать?

Андрей посмотрел на меня, затем на Милу.

— О том, что ты скоро станешь отцом, — выпалила Мила на одном дыхании.

Меня позабавило то, как она призналась в этом. Столько размышляла, планировала, а в итоге — как снег на голову.

Андрей, не мигая, смотрел на Милу. На кухне воцарилась полная тишина. Все ждали, что же он скажет. Но Свиридов, не был бы Свиридовым, если бы среагировал как-то иначе: он прикоснулся ко лбу Милы своим и закрыл глаза, затем обхватил ладонью ее затылок и, что-то прошептав ей на ухо, крепко поцеловал. Мила обняла его в ответ и с улыбкой кивнула. Через несколько секунд Андрей откинулся на спинку стула, обнимая Милу за плечо.

И что? Все? Это все, на что он способен? Другой мужчина подхватил бы свою жену на руки, пробежался с ней по всей улице, делясь со всеми жителями дачного кооператива важной новостью. А этот… в своем репертуаре.

Для Жени, по-видимому, было нормальным такое поведение друга, потому что он сорвался с места и кинулся поздравлять сестру и Андрея. Искренне улыбаясь, он наклонился к Миле, обнял ее и поцеловал в висок. Затем протянул руку Андрею. Тот поднялся и ответил крепким рукопожатием. Женя похлопал друга по спине. Как же мило это все смотрелось. И какой чужой я почувствовала себя на фоне этой идиллии.

— Поздравляю, Андрей! — произнесла я после того, как все расселись по своим местам.

Он, не сказав ни слова, просто кивнул в ответ и сильнее прижал к себе Милу. Мне уже стало все равно, что он ей сказал, поблагодарил ли, главное, что он любит ее. Слишком много они пережили, чтобы сейчас сомневаться в их любви. Но один поступок я все равно ему никогда не прощу…

Вибрация на моем телефоне заставила меня вздрогнуть и вывела из глубоких раздумий. Я открыла сообщение: «Милая, мы в Марселе. Устроились в отеле, ложимся спать. Завтра позвоним уже, как будем на корабле. Скучаем. Любим тебя. Мама».

На душе стало так тепло от ее слов. Я тоже уже успела соскучиться по ним. Не думала никогда, что мы с мамой станем лучшими подругами. В последние годы она постоянно была рядом. И это даже несмотря на то, что после моего побега, именно она настояла, чтобы отец заблокировал мою карту. Денег от них я не получала. Пришлось идти работать в чужом городе: висеть на шее брата мне не хотелось. Несколько месяцев проработала в кафе, затем — в парфюмерном магазине. Хорошо, что получалось совмещать работу с учебой. Отец помог оформить студенческую визу, а затем прислал мои документы из университета. Мама первые несколько месяцев со мной даже не разговаривала. Но любым разногласиям приходит конец, тем более в семье. Когда мне понадобилась помощь, мама все бросила и прилетела ко мне в Париж. С тех пор мы с ней почти не расставались. Она уезжала на несколько месяцев домой, но потом снова приезжала. Мы сняли с ней небольшую квартиру в Буживале, кредитку мне снова вернули. Но тратить деньги направо и налево к тому времени я уже разучилась.