Чтение онлайн

На следующий день

С самого утра уезжаю в Москву. Сегодня много дел. Возвращаюсь часов в шесть, уставший и злой. Ничего удивительного – после наполовину бессонной ночи быть в хорошем расположении духа крайне сложно. А если учесть, что весь день в ушах стояли приторно-сладкие стоны Марины, то быть душкой практически невозможно.

– Что у нас тут почем? – первым делом спрашиваю у Васи. Я всегда так делаю.

– Главная новость – скандальное видео с участием Марины, – докладывает Василий.

– Что, прости? Какое, нахуй, видео?

– Ну то, где они с Максимом зажигают в комнате, – лыбится Пуля. – Некоторые по третьему кругу уже пересмотрели. Дебилы.

– Бляяяяядь... – меня передергивает от осознания того, что произошло. 

Это же практически то же самое, что поделиться Мариной со всеми. Буквально напоказ выставить девочку, в прямом смысле позволить пацанам лысого на неё гонять. У меня внутри ходуном все ходить начинает. Щёлкает тумблер, выключающий все человеческое во мне. Жажда убийства возникает практически из ниоткуда, мгновенно превращаясь в маниакальную, навязчивую идею. Я как будка трансформаторная – «не влезай – убьёт!». 

Хорошо ещё, что на видео Марина наполовину одета и на камеру боком повёрнута – толком не видно ничего. Иначе каждого бы ебалом об стену приложил за то, что позволили глазам своим в ее сторону моргать. Пар из ноздрей выпускаю, как бык разъярённый, а на вид становлюсь краснее тряпки тореадора.

– Где гнида? – спрашиваю Васю, сквозь зубы каждое слово цежу.

– Не знаю, – пожимает плечами, – в общаге, наверное.

Вылетаю из комнаты, как пуля из дула. Уверенным шагом направляюсь в общежитие. Настроен я решительно. Доступ к камерам есть лишь у меня, Васи и двух дежурных, попеременно следящих за мониторами. Я не позволяю остальным без надобности тереть рядом с ними шкуру. Если возникают спорные вопросы, всегда просматриваю записи сам. То, что видео разлетелось по пацанам – прямое нарушение моих правил, а я не прощаю такого.

Братву застаю в кухне за трапезой. Так даже лучше. Показательное наказание будет весьма кстати. В помещении шумно, гогот стоит на весь дом. Веселятся. Завидев меня, успокаиваются, напрягаются даже, ведь я никогда не навещаю их просто так. Целенаправленно подхожу к одному из мужчин, посмевшему пустить конфиденциальные сведения в пиратский оборот.

Хватаю его за голову и со всей дури прикладываю об стол. Поднимаю и проделываю это снова. Потом ещё. Ещё. Сбиваюсь со счета. Мужчина хрипит, а его рожа начинает походить на кровавое месиво. Остальные сидят смирно, засунув головы в задницы. Легче не становится, ведь происходящее сейчас никак не может исправить случившееся накануне.

– Надеюсь, все поняли в чем дело? – скалюсь я, а мой голос разрезает тишину, сопровождаясь приглашёнными стонами виновника торжества. Молчат. Языки при себе держат.

Я уже собираюсь уходить, как вдруг у одного из парней прорезывается голос:

– Кай, ты извини, но так нельзя. Ты уже почти месяц нас до баб не допускаешь. Мы голодные – пиздец! Да и что мы сделали? Просто посмотрели.

– Пуля, дай ствол, – обращаюсь к появившемуся только что в кухне Василию. Он протягивает оружие.

Простреливаю выскочке ногу. Он взвывает, матерится и падает на пол, зажимая место ранения.

– Есть ещё желающие выступить? – обращаюсь к остальным. – Может, у кого-то тоже зародилось собственное мнение на этот счёт?

Молчат. На звуки стрельбы прибегает Марина. Моргает глазами, пытаясь понять, что произошло. Одного моего взгляда достаточно для того, чтобы девушка передумала задавать глупые вопросы.

– Проследи, чтобы все записи стёрли, – командую Васе.

– Лепилу вызвать надо, – отвечает он мне.

– Пусть дохнет!

– Глеб...

– Пусть дохнет, я сказал!

ГЛЕБ

8 августа 2020 года (наши дни)

– Слушай, Глеб, – через полчаса Пуля вновь появляется в поле моего зрения, – в чем-то ребята все же правы.

– В чем же? – я спрашиваю, хотя мне не особо интересно. В данный момент я корю себя за то, что вообще засунул проклятую камеру в комнату, куда поселил Марину.

– Им давно пора потрахаться. Водить баб сюда не разрешаешь, и за территорией особо свободы не даёшь. Ты вообще озверел в последнее время, уж прости! А после сегодняшней выходки, я не удивлюсь, если они заговор против тебя плести начнут. Ты, конечно, авторитет, с этим не спорю, никто не спорит, но не Господь Бог. Рано или поздно пацаны могут сорваться, по-дружески предупреждаю.

– Я им плачу, кормлю, пою, на полном обеспечении держу, а они элементарные правила соблюдать не могут.

– Глеб, не ссы мне в уши. Понятное дело, что ты не разозлился бы так из-за обычного видео с камер. Злишься, что не ты Марину оприходовал?! – довольно скалится. Иногда этот урод меня до чертиков бесит.

– Ты за базаром-то следи, – рыкаю.

– Шлюх надо вызвать, Глеб. Подстраховаться. Пусть парни отдохнут, расслабятся. Что они не заслужили? Как псы цепные тебе верны. А Марина эта, точно стейк сочный у них, голодом заморенных, под носом гуляет.

Это единственное, что меня прошибает. Если снова увижу, что девка под кем-то другим извивается, сдержаться не смогу.

– Ладно, – раздраженно бросаю. – Сейчас Эльвире позвоню.

Эльвира эта, конечно, вовсе не Эльвира, а обычная такая Машка. Но имя в их сфере не солидное, они там все Клаудии, Камиллы, Элеоноры, Доминики. Аристократки хреновы! Но бляди элитные. Фигурки точеные, груди стоячие, кожа ароматная, волосы блестящие, а главное, на все готовы, только скажи.

– Глеб, милый, ну привет-привет! Давненько ты не звонил, – лебезит Эльвира.

– Ребят развлечь хочу. В ближайшее время. За срочность доплачу, если надо.

– Да что ты! Мы с тобой всегда работать рады. Сколько девочек нужно? – вот она каждый раз так, по телефону любезничает, чуть ли ни ковриком передо мной стелется, а потом счета баснословные выставляет, будто шлюхи ее яйца золотые несут.

– Давай всех, что есть, парней много, – лаконично отвечаю.

– А по тарифу что? – сладко интересуется Эльвира.

– Всех на ночь забираю. Счёт на это присылай. За изврат парни пусть на месте доплачивают.

– Хорошо, дорогой, сейчас все подготовлю. Милану присылать? Она по тебе тоскует, говорит, ты ее лучший клиент.

– Я же сказал всех, Эльвира! Народу полно – никто без работы не останется.

– Сам целибат что ли принял? – хихикает женщина.

– Не твоё дело! – резко отвечаю.

– Да ладно тебе, милый, я все понимаю! Рано или поздно надо остепениться. Но если что, Миланка будет. Через два часа ждите. Счёт на почту скину.