Строптивая для негодяя
Шрифт:
— Да, — киваю утвердительно головой.
— А если ты будешь ко мне приставать, тоже нельзя? — ехидно улыбается, прищуривая один глаз.
— Нельзя, — отрезаю категорично, — потому что я приставать не буду.
— Ладно, — медленно убирает руки с моей талии, а я усмехаюсь, глядя, как Пашка вздыхает тяжело и как-то невесело. — Посмотрим, какая ты стальная леди.
Ведет себя, как обиженный мальчишка, но так смешно при этом выглядит, что даже злиться не могу. Продолжаю заниматься приготовлением праздничного ужина, а Пашка…продолжает путаться у меня под ногами, то случайно дотрагиваясь до груди или попы, то обнимая, вроде как отодвигая в сторону, так как не может дотянуться до ложки или ножа. При этом делает такие невинные глаза, а после поднимает обе руки вверх “Это не я — я не пристаю”. И как можно на него злиться или обижаться?
Когда за окном уже непроглядная темень, хотя часы показывают всего лишь начало шестого вечера, Балабанов заставляет меня оторваться от кухни и вздремнуть.
— Иначе после бокала шампанского свалишься под ёлку и захрапишь — кто тогда мне будет подарок дарить? — произносит строгим тоном и тянет меня в спальню.
— Какой ты корыстный, — усмехаюсь в ответ. — Я-то, наивная, думала, что заботишься исключительно о моем здоровье, а ты…
— А я хочу еще получить свой десерт, — заводит в спальню и укладывает на кровать. — В Новом году. Но чтобы был он свеж, бодр и румян, а не растаял от одного прикосновения. Спи, давай.
И укладывается рядом, прижимаясь к моей спине, так как лежу я на боку. Пытаюсь вырваться или хотя бы отодвинуться, но руки крепко держат меня за талию.
— Ты слишком громко сопишь мне в ухо, — в очередной раз попытка освободиться и отползти в сторонку не приносит успехов.
— Если ты и дальше будешь крутить своей очаровательной задницей, то десерт я съем раньше срока, — ворчит, залезая рукой под мою футболку.
— Балабанов, — шиплю в ответ.
— Спи, сказал. И не дразни меня.
Хоть я и возмущалась тем, что мне мешает его сопение, именно оно через какое-то время убаюкивает, и я засыпаю. Рядом с любимым мужчиной. Да так крепко, что чуть не просыпаем праздник — первый совместный Новый год.
— Ну, ты и копуша, — громко ворчит Пашка, открывая бутылку шампанского. — Дарина, давай быстрее. Сейчас уже президент речь свою начнет толкать, а ты еще марафет до сих пор не навела.
— Не мешай, а то тушью в глаз попаду, — кричу ему в ответ, хоть Балабанов находится в нескольких шагах от меня.
Слава Богу, стол успели накрыть вовремя, а то бы сидели перед телевизором с двумя салатами и фруктовой нарезкой. Журнальный столик хоть и небольшой, но с двумя стеклянными ярусами, поэтому все наши скромные блюда поместились. Непривычно, конечно, и тесно, но зато так романтично.
Заканчиваю красить ресницы, быстро провожу блеском по губам и бегу к дивану, где сидит Паша и разливает шампанское по бокалам. В черных стрейчевых брюках и белой рубашке с расстегнутыми двумя верхними пуговицами он выглядит потрясающе. Безумно сексуально. Так и хочется дальше расстегнуть эти злосчастные пуговицы на его рубашке и провести по голой груди рукой.
Энергия во мне бьет ключом после продолжительного отдыха. Но надо держать себя в руках — еще ж подарок дарить, который, надеюсь, Пашке понравится. Что там говорила моя подружка — позу и место выбирает он? Боюсь даже представить, до чего дойдет Пашкина фантазия.
Чулки с новым нижним бельем надела заранее. Но пока ограничилась строгим светло-бежевым платьем до колена. Зато в комплекте с туфлями на высоком каблуке. И, кстати, обнаружила новую деталь в своем гардеробе. Уверена, что утром этих вещей не было, а значит, Балабанов притащил их сегодня в обед, после того, как отвез Макса. Неужели догадался о моем подарке? Раз так, доставлю ему удовольствие и надену то, что он купил, как я понимаю, для меня.
— Загадывай желание, — Паша выводит меня из раздумий.
— Что? — поднимаю на него глаза.
— В каких облаках ты витаешь? Президент речь заканчивает, сейчас куранты начнут бить. Желание, говорю, загадывай.
Не думала, что Паша верит во всё это. Помнится, раньше все мои попытки сделать “по правилам” или “так надо” она называл предрассудками.
И я загадываю — чтобы моя мама поправилась и больше не болела. Чтобы Анька родила здорового малыша, а Катерина помирилась с Артемом и выбросила все глупости из головы. А главное — чтобы у нас с Пашей всё было хорошо.
Он первым протягивает бокал, и я отвечаю — раздается звон хрусталя, после чего мы синхронно пьем шампанское.
— С Новым годом, дорогая, — Паша наклоняется и целует меня в губы.
Медленно, не торопясь, смакуя каждый миллиметр кожи.
— С новым счастьем! — произношу тихо в ответ, прикрывая ресницы от удовольствия чувствовать его губы на своих.
Я такая голодная, что готова сейчас съесть и слона. Зато Балабанов, кажется, испытывает немного другой голод, то проводя ленивым взглядом по моей груди, то опуская глаза вниз каждый раз, как я перекидываю ногу на ногу.
— Я надеюсь, ты в чулках? — поднимает обе брови вверх, откидываясь на спинку дивана.
— Может, мне надо было голой за столом сидеть? — наклоняюсь немного к нему, намекая на дальнейшие действия.
— Как же я раньше-то не подумал об этом, — бьет себя рукой по голове, после чего усмехается. — Я не против.
— Ты хоть иногда можешь быть серьезным? — произношу на выдохе и отправляю очередной кусок мяса в рот, отодвигаясь подальше от Паши. А то как бы действительно не принял мои намеки всерьез, устроив десерт раньше времени. — Вроде взрослый мужчина, а иногда ведешь себя, как маленький ребенок.
— Ну-у, — тянет Пашка и допивает остатки шампанского в бокале. — Серьезным я стать еще успею, но ведь тебе нравится, когда я тебя провоцирую? — и ехидно улыбается, после чего снова выпрямляется и наливает нам в бокалы спиртного. — Давай лучше выпьем. За нас!
— Согласна, — киваю утвердительно головой.
Раздается очередной звон бокалов, и я очень надеюсь, что на счастье.
Пашка начинает меня веселить, рассказывая, как они с Артемом в детстве, а потом и в юности встречали Новый год. Как однажды чуть не подпалили дом, купив бракованные фейерверки. Я заливаюсь смехом, потому что из Пашкиных уст любая история звучит ярко и позитивно. Самый веселый и счастливый Новый год в моей жизни.
Паша переходит на коньяк, а я на мартини, мешая его с апельсиновым соком. Немного нервничаю в преддверии своего подарка, точнее реакции Балабанова на мое раздевание. Хоть бы получилось всё так, как запланировала.
— Ты опять витаешь где-то в облаках, — мой любимый мужчина во второй раз выводит меня из раздумий.
— Немного, — делаю паузу. — Нервничаю, — и смотрю на Пашу, а он в ответ поднимает одну бровь вверх. — Кстати, — игнорирую его немой вопрос, пытаясь полностью отвлечься от своих мыслей. — Дед Мороз придет сегодня ко мне в гости или девочка Дарина останется без подарка?