Строптивость - сестра таланта
Шрифт:
– Проснулся, спящий красавец? – выглянула из-за двери девушка.
– Э, да?
– то ли спросил, то ли утвердил я. Я такую не помню. Вряд ли это она была вчера.
– А ты кто?
– спросил в недоумении.
– Олеся, - представилась она и уточнила, однако мне от этого не стало ни горячо, ни холодно: - Учусь в твоей параллели, с Денисом.
– Правда? Не помню тебя.
– Думаю, ты не помнишь и того, как тут очутился, не так ли? – ее льдисто-голубые глаза выглядели скорее устрашающе, чем успокаивающее.
– Ты права, - кивнул я и скинул с себя одеяло. – Эм… а где моя одежда? Почему я в одних трусах? Что ты со мной сделала? – я вылупился на нее. Блин, почувствовал себя девочкой, потерявшей девственность по пьяни и не помнящей проведенной ночи.
– Не переживай. Я не лишала тебя девственности. Тем более увидев твое вчерашнее состояние. Твоя одежда лежит рядом с тобой, на тумбочке, - Олеся кивнула в сторону тумбы и вошла в комнату. – Знаешь, ты вчера выглядел не очень аппетитно, лежа на лавке, как бомж, прошу прощения, - и спрятала улыбку за волосами.
– Сомневаюсь. Я аппетитен всегда. Олл дэй, олл найт, - пропел я и натянул на себя штаны. – Слушай, я вроде вспомнил тебя, - в моей голове что-то щелкнуло.
– Точно-точно! Ты мне вчера жвачку давала, я угадал?
– Память хорошая. Я думала, ты такие мелочи не запоминаешь, - кажется, она искренне удивилась.
– Я тоже так думал. Слушай, а ты вчера меня видела с какой-нибудь девушкой в парке? – она на меня как-то странно посмотрела, но потом ее беспечность вернулась.
– Нет. Ты был один, когда я тебя нашла, - и беззаботно пожала плечами.
– А что твои родители сказали на то, что ты притащила пьяного парня домой?
– Ничего. Отец в командировке, а мама в ночную смену работает. Знаешь, - посмотрела она на часы, – ты еще успеешь доехать до дома и переодеться, если поспешишь. Думаю, тебе не в кайф будет ходить по школе в мятой одежде, да и без единого учебника в первый же учебный день.
– А вот это верно подмечено, - согласился я, застегивая рубашку. – Тогда до встречи в школе… Олеся?
– А имя своей спасительницы запомнил с трудом, - покачала она головой. – И у меня к тебе небольшая просьба. Пусть об этом никто не будет знать. Это будет наша маленькая тайна, - улыбнулась она и попрощалась.
Я вышел на улицу, думая о том, как бы мне показаться дома, что сказать предкам в свое оправдание, когда увидел девять пропущенных от мамы и один от папы. Последний - бомба замедленного действия. Звонит мне папа редко, но очень-очень метко. Так что, Артём, жди беды. Он явно звонил не просто так, и уж тем более на вряд ли ему было важно узнавать, где сын, когда это должна делать мама. И с тяжелым сердцем я направился домой, где меня уже ждала, как мне казалось, кара.
POV Олеси.
... это будет наша маленькая тайна, - сказала я, улыбнулась и закрыла дверь.
Но ты, Артём, еще и не подозреваешь, что это только начало конца.
5 глава.
POV Артёма.
Благополучно миновав порку от предков, я оказался в школе. Странно, но папа спокойно отреагировал на то, что я неизвестно где был всю ночь, а наоборот согласился отвезти меня в школу, хотя обычно этого не делал. Странно, неужели он думал, что я еще не отошел?
Оказавшись на третьем этаже, я услышал стук каблуков за спиной и чей-то кашель. Я повернулся.
– Привет, Тём, - чмокнула меня в щеку Вика. – Дополз вчера до дома?
– и ехидно улыбнулась.
– Долетел, черт возьми! Не делай из меня инвалида! Если я был пьян, это не значит, что я был беспомощен!
– поучительно сказал я и поднял палец.
– Ну-ну,- скептически произнесла девушка и оглядела меня с ног до головы.
– Кстати, ты Антону вчера смачно врезал. У него, по ходу, перелом.
– Уверен, коренной перелом в мозгу, - иронично произнес я.
– Надеюсь, теперь он поймет, что пускать слюни на чужое добро, - я остановился и исправился, - мое добро, никто не имеет права.
– Перелом носа, - фыркнула подруга и ушла в кабинет.
Мда… я явно был вчера изрядно пьян. Надо будет ему позвонить после школы, а, может, и зайти. Но думать об этом не особо хотелось, поэтому я поправил ворот рубашки и поднялся на третий этаж, в кабинет физики.
– Всем привет, - чуть ли не прокричал я.
– Что такие убитые? – подошел к Наташе, которая сидела за партой, закрыв учебником лицо.
– Пока, - сиплым голосом проговорила она.
– Мне не до тебя сейчас, правда.
– А что такое?
– с деланным сочувствием произнес я.
– Отвали, Тём, - буркнула она и опустила голову.
– Эй, Ковалёва! – я отобрал у нее учебник и, увидев ее опухшее лицо, разразился диким хохотом.
– Что с тобой сталось, Ковалёва!
– сквозь смех пытался произнести я.
– Знаешь, - наклонился я над ней, - я могу дать тебе совет, - и прошептал на ухо: - Бухай меньше, - и снова начал ржать.
– Заткнись, - стукнул меня кто-то по голове тетрадкой. – И дай пройти, будь так добр.
Я повернулся посмотреть на смельчака, который посмел ударить мою бедную головушку, и увидел стоящую прямо передо мной Яну. Взгляд упал на ноги, которые были практические полностью открыты. Я, конечно, люблю короткие юбки на девочках, но все же это перебор. Я имею в виду, что ей бы следовало носить несколько другие юбки, скрывая свои ноги, а не выставляя их на всеобщее обозрение на радость парням и сплетницам, которые, конечно же, не упустят возможности лишний раз прополоскать кому-нибудь косточки.
– Доброе утро, - спустя несколько мгновений произнес я.
– Не пройдешь.
– Ладно, - пожала она плечами и села на первый попавшийся стул. – Подожду до начала урока.
– Эй! Тебе разве не хочется пройти и сесть на свое место?- наверное, на моем лице она прочитала удивление и недовольство, поэтому на ее губах заиграл намек на улыбку.
– Зачем? Чтобы ты начал до меня докапываться? А я беситься или бить тебя? Макаров, - вздохнула она, - я не так банальна, как кажусь.