Струна и люстра
Шрифт:
«Не верь…» — предупредил осторожный Митька. Но автор поверил…
Март.
Из Москвы прислали 1-й и 2-й номера «Путеводной звезды» — роман «Воздух той давней ночи».
Автор глянул — нет вступления. Стал звонить в журнал. Там: «Ох, мы думали, это не предисловие, а просто ваше письмо в редакцию…» Автор стал раскаляться от праведного гнева.
«Плюнь, — посоветовал заяц Митька. — Вспомни, было ли хоть одно издание без ляпов и опечаток?» Автор повспоминал и махнул рукой…
Май.
«Уральский следопыт» начал печатать «Прохождение Венеры по диску Солнца». На обложке лозунг: «Владислав Крапивин — вот это фантастика!!!» Да, мы живем в век рекламы…
Июль.
2-го числа поехал на водную станцию, где «Каравелла» готовилась к открытию очередных парусных гонок. Дал нынешним командирам нагоняй за непорядок в стоячем такелаже. Расстроился — раньше такого кавардака не было… Но все же на базе хорошо. Повеяло молодостью. И… мыслью: не пора ли написать еще один роман о парусном отряде «Эспада»? Про нынешние времена?
Август.
В Москве («Эксмо», серия «Русская фантастика») вышла книга «Прохождение Венеры по диску Солнца». Там два романа — «Прохождение…» и «Топот шахматных лошадок». В эти же дни (но уже в серии «Детская библиотека») появилась на свет и книжка о Симке Зуйке. По просьбе издательства пришлось сменить название «Воздух той давней ночи» на «Стеклянные тайны Симки Зуйка». «Понимаете, «Воздух…» это как-то напоминает дамские романы», — убеждали автора редакторы. Может, они и правы. Возможно, чтобы утешить автора, издательство в аннотации обозвало его «классиком детской литературы».
«Терпи…» — сказал заяц Митька.
Сентябрь.
Из Севастополя дал о себе знать Вадим Хапаев — тот четвероклассник Вадик, который в 1978 году вместе со своими одноклассниками «толкнул» автора на написание повести «Трое с площади Карронад». Он историк, старший преподаватель в севастопольском филиале МГУ. Остался верен своему городу — пишет о Севастополе книжки и снимает фильмы… Повеяло черноморским ветром. Писатель вспомнил, как долго не был в любимом городе…
Октябрь.
Автор закончил роман «Рыжее знамя упрямства» — про современную жизнь отряда «Эспада». Хотел сделать это в начале будущего года, но стало торопить издательство…
14 октября.
Неожиданный визит гостей из Тюмени — сотрудники университета. Масса подарков: прекрасные книги, большая картина И. Станкова с любимой Командором Спасской церковью. И предложение выпустить несколько «академических» книг с произведениями, в которых есть Тюмень…
До чего же здорово, что родной город не забывает своего «первоклассника Славку»… Давно уже не было такого хорошего дня рождения. (Командор даже забыл, что радоваться нечему: шестьдесят семь лет…)
Ноябрь.
Прозаик опять переквалифицировался в графика — рисует старинные храмы и мальчишек для обложек тюменских книг. Дело, конечно, ответственное, но, по правде говоря, все же более легкое, чем сочинение романов и повестей…
Декабрь.
Запись в дневнике:
«…Не то сон, не то воспоминание в полудреме — о переулках, уходящих влево от улицы Дзержинского. Это какой-то полузнакомый, таинственный район. Пустые, широкие, как полигоны, зеленые дворы. Мальчик лет восьми тащит на веревке странную тяжелую конструкцию. Она парит в небе, хотя не обтянута бумагой, да и ветра нет ни малейшего. У мальчика странное имя — Лыш (видимо, от «малыш» и «лыжник»), Это наверняка один из героев будущей книги…»
Январь.
Чтобы не нарушать традицию, автор 1-го числа сел за письменный стол и к середине месяца закончил маленькую повесть «Пять скачков до горизонта» (из «мемуарного» цикла).
31 января автору вручили Всероссийскую литературную премию им. П. П. Бажова — за романы «Стеклянные тайны Симки Зуйка» и «Топот шахматных лошадок».
Февраль.
1-го числа автор собрал все рукописные черновики и вплотную сел за роман под условным названием «Ампула» (не про наркоманов, а про мальчика Грина и его друзей и про город, которого вроде бы нет на свете)…
Март.
26—29 марта. Под, Москвой, в пансионате «Клязьма», проходила литературная конференция «Роскон» (Российский конвент по фантастике). Писатель В. Крапивин привез оттуда «полную коллекцию лошадок», т. е. призов-статуэток, изображающих всадников, поражающих змея копьем. «Золотой» приз — за общий вклад в фантастику, «серебряный» — за повесть «Синий треугольник», бронзовый — за роман «Прохождение Венеры по диску Солнца».
Писатель вдруг вспомнил, что у него скоро юбилей: 50 лет литературной работы. Потому что 25 марта 1956 года, он в газете «Тюменский комсомолец» напечатал стихотворение «Весна», за которое получил первый профессиональный гонорар. После этого писать он уже не переставал: стихи, рассказы, повести. И то, что он сочинял в 57, 58, 59-м годах, печаталось в газетах и журналах (хотя некоторые вещи не сразу).
«Имею право… — сказал автор в юбилейный день, доставая бутылку коньяка, и пригласил зайца Митьку: — Присоединяйся…»
«Посчитай, сколько всего насочинял за полвека», — посоветовал Митька.
«Да ну, зачем…» — застеснялся автор.
«Интереса ради. Раз в полвека-то можно…»
Автор стал считать. Получилось, что рассказов наберется около восьмидесяти, повестей — примерно шестьдесят…
«Точнее», — велел Митька.
«Точнее не могу, сбиваюсь!» — взмолился автор.
«Но хотя бы романы можешь сосчитать?»
«Ну… кажется, шестнадцать…»
«А по-моему, двадцать», — сказал въедливый Митька.
«Ты рехнулся? Считаем вместе… Сам видишь — шестнадцать!»
«Ты забыл роман-справочник «Фрегат «Звенящий», трилогию «Алые перья стрел», которую написал вместе с братом, и кинороман про яхту «Кречет»…»
«Это не считается!»
«Считается!.. А еще тот роман, над которым сидишь сейчас…»
«Но я же его только начал!»
«Не ври! Когда ты говоришь «только начал», это значит на самом деле перевалил за половину…»