Чтение онлайн

— Не учи дедушку кашлять, — отрезал Полковник. — Не в первый же раз. Тут другое хуже. Общественность-то мы с тобой сделаем, так ведь к нам уже комиссия из Столицы едет.

— Медленно что-то едет, — Кузьмич с улыбкой поглядел на загадочно молчавшую Елену. — Но как доедет, бандюги уже должны быть кремированы.

— Но идентификация? — прервал его Полковник.

— А что? Посмотри по архивам, кто у ментов в долгом розыске, сделай выборку… Чтобы чисто теоретически все они могли встретиться и скорешиться. Фотографии трупов только вовремя замени настоящими фотками. В общем, развалить это, конечно, можно, но только если очень постараться. Но вроде в Столице под тебя не копают, Борисыч? Скорее наоборот… А ты эту комиссию еще и прими по-хорошему… Ну, не мне тебя учить, баня там, рыбалка… У нас же места красивые… Девственная, блин, природа, — лицо его дернулось, точно от ожога.

— В первом приближении оно катит, — задумчиво протянул Полковник. — Только вот гладко оно на словах, или на бумаге, а как еще повернется…

— Вот когда повернется, тогда и будем смотреть! — отрезал Кузьмич. — В общем, вроде как закрываем тему, да? Тогда есть предложение перейти к неофициальной части.

Выскользнув из кресла, Кузьмич тут же направился к своему скрытому в стене сейфу, и сейчас же на свет извлечена была бутылочка коньяка и четыре бокала.

— Только без меня! — сейчас же предупредила Елена Ивановна. — Я спиртного не потребляю!

— Ну разве что символически? — предложил Кузьмич, ловко нарезая дольками невесть откуда взявшийся лимон.

— И даже символически! — заявила столичная гостья. — Я, по-моему, ясно выразилась — не употребляю вообще. Могли бы, кстати, заранее озаботиться безалкогольным.

— Нет проблем! — расцвел мой шеф. — Костя, сбегай в «Дорогу», возьми у Боксиса какого-нибудь лимонаду.

— Я предпочла бы нарзан… — задумчиво хмыкнула Елена Ивановна…

Всё это казалось по меньшей мере странным. Будто специально для меня разыгрывался спектакль — настолько слаженно действовали Кузьмич с Полковником. Да и вообще были они похожи, точно родные братья — тощие, лысые, жилистые, стремительные в движениях и осторожные в словах. Отними от Полковника сантиметров двадцать — и у моего шефа получился бы натуральный близнец.

Наверняка они знакомы с давних времен. Аркаша — называл Кузьмича Полковник, и тот принимал это как должное. Воистину близнецы-братья. Только, судя по всему, Кузьмич из этой парочки старший. Некоторые звери равнее других…

Только вот зачем? Зачем нужно было таскать меня и выспрашивать о том, что я и так уже десять раз рассказывал, о чем я сразу же, по требованию Кузьмича, написал объяснение… Неужели только затем, чтобы полюбоваться на мою скуластую физиономию? А сам разговор… Как это было похоже на старый фильм — черные лошади, белые маски… или наоборот…

И совершенно не вписывалась ни во что столичная дамочка Елена Ивановна. Зачем она здесь? Ее что, специально прислали из Столицы разбираться с инцидентом? Сомнительно. Похоже, она по крайней мере неделю торчит здесь — иначе откуда такие познания в местной специфике? Кузьмич, столкнувшись со мной в коридоре этажа, вскользь обмолвился, что Елена Ивановна прислана сюда не случайно, а со спецмиссией и соответственными полномочиями…

Фраза, которую можно трактовать как угодно.

Нет, не так представлял я посетившее нас столичное начальство… Пластмассовые клипсы… обветренные губы… темно-серые, точно грозовые тучи, глаза. Интересно, каковы скрытые в этих тучах молнии? И никакая она не романтичная девочка — это я уже понял. Ей, наверное, уже за тридцать… Хотя с такими особами ни в чем нельзя ручаться заранее.

И наверняка она поработала с моим личным делом… Логично? Вполне. А ну как начнет копать? Последние месяцы я сильно расслабился, втянулся в здешнюю кутерьму, а ведь мое существовании подвешено на тонкой, невидимой глазу ниточке. Любая глупая случайность, нелепое совпадение — и нынешние друзья-приятели, хищно оскалясь, обгрызут до костей… А ведь громкое дело может получиться — враг-глиняный пробрался в Цитадель Света, прикрылся овечьей шкурой… И плевать, что здешние овцы имеют острые клыки и питаются волчатиной.

Я рывком встал с койки, не надевая тапок, подошел к окну, распахнул его. Мокрый, пахнущий дымом ветер ворвался в комнату, выдувая из нее затхлое тепло зачем-то работавших батарей. Нет, определенно нажалуюсь завтра завхозу. Лето уже на пороге, а тут как при старом режиме — борьба за расход топлива…

Я едва ли не по пояс высунулся в окно, ловя губами наполненный крошечными холодными брызгами воздух. Абсолютной тьмы не было — фонари исправно горели, и светились синеватые огни на горизонте — начинавшийся город. Да и мутное белесое пятно нет-нет да и мелькало в разрывах туч — это неумело пряталась луна. А ведь сегодня полнолуние, неожиданно подумал я. Оборотни, не в силах сдерживать позывы, обрастают волчьей шерстью… И тогда, осенью, тоже было полнолуние… И застывали черные кляксы под равнодушной желтой мордочкой…

Ладно, что будет — то будет. В конце концов, вместо свинцовой птички в затылок я смотрю довольно занятное кино. Хотя могу и не увидеть конца — строгие контролеры выведут безбилетника из зала.

…Лирика — оно, конечно, здорово, мильон терзаний и интеллигентская рефлексия, но насущных дел никто не отменял. А мне еще поработать с данными надо, завтрашний выезд нельзя откладывать. Эх, собирались с Женей, и все было б легко и просто. А теперь придется самому. И чувствовал я себя крайне неуверенно.

Пришлось щелкнуть выключателем, и желтый, точно апельсиновый сироп, свет залил комнату.

Терзания подождут. До времени.

Я задумчиво доедал яичницу и потягивал остывший кофе, когда в кармане моем заверещало. Вынул «мыльницу», недоуменно поднес ее к уху. Ну и кого там черт принес?

Черт, разумеется, принес Кузьмича. Шеф попросил меня прямо сейчас зайти к нему в кабинет. И тут же дал отбой, суховатый голос его растаял в комарином писке фонового сигнала.

Мне это, мягко говоря, не понравилось. Особенно в свете недавних событий. И тут же вспомнился глупый и мутный сон, навалившийся на меня в третьем часу, когда я все же оторвался от монитора, ощущая гулкую пустоту в голове. По идее, там не пустоте должно быть место, а утрамбованной информации по фирме «Комфорт-А». Только вот глупая голова не могла уже принимать байты, и сил моих хватило разве что разобрать постель и шмякнуться щекой в пахнущую грозовыми облаками подушку. И тут же растаяла дневная суета, сменившись странным.

Я шел по зимнему парку, чистому и безлюдному, где припорошенные белым еловые лапы прямо-таки просились на новогоднюю открытку, а в мягких солнечных лучах искрился еще не тронутый оттепелью снег. И лишь спутанные цепочки птичьих следов заполняли пустоту этих ненаписанных никем страниц.

Однако настроение мое ничуть не отвечало окружающей безмятежности. Я знал: ничего уже не изменить, грядущее записано и оприходовано в каком-то потертом гроссбухе, и мне остается лишь идти по скрипучей, утоптанной дорожке навстречу тоске. Даже повернись я и шагни обратно — все равно дорожка, лукаво искривившись, привела бы меня в залитый бледным светом Мраморный зал, где уже выгнулась мне навстречу огромной голубой запятой Струна, а в наэлектризованном воздухе сгустилась музыка.