Чтение онлайн

Мой отец владел фирмой, и я стала наследницей. На меня возлагали большие надежды.

Мое сердце болело, когда я думала о причине. На этом месте должен был быть Джош.

Как и мой отец, он любил все элементы бизнеса. Он впитывал все как губка. Будучи золотым ребенком, он готовился взять на себя правление и продолжить наследие Престон.

А я просто была маленькой девочкой, любимой за то, что была малышкой семьи без каких-либо возлагаемых на меня надежд, пока Джош не заболел.

Это произошло быстро. В одно мгновение он был в порядке, а в следующее - уже опасно болен. По крайней мере, так казалось ребенку, которым я тогда была. Жизнь вращалась вокруг больницы и Джоша. Все, что я слышала - это обсуждение различных способов лечения. Ничто другое не имело значения. Были опробованы все варианты, но ни один не увенчался успехом, и мои родители начали закрываться.

Когда врачи предложили лечение стволовыми клетками, их протестировали, но результаты были неутешительными - родители не подошли. Затем Джош был помещен в сеть OneMatch (п.п.
– сеть донорских стволовых клеток и костного мозга), но время было упущено. Я безумно скучала по своему старшему брату и хотела, чтобы он вернулся домой, хотела, чтобы жизнь вернулась в прежнее русло. Когда врачи предложили мне, несмотря на возраст, пройти тестирование, это был хороший шанс, что я смогу стать донором, и я увидела надежду в глазах родителей. Я знала, насколько важно, чтобы это сработало - я была последней надеждой спасти Джоша.

Но это не сработало, и я никогда не забуду разочарованный взгляд на лице отца, когда он отвернулся. Я провалилась.

В день смерти Джоша умерла вся моя семья. Как будто они забыли обо мне. Я так старалась привлечь их внимание, чтобы вернуть людей, которых когда-то знала, как моих родителей. Я отлично училась в школе, отложила в сторону свои глупые мечты о том, чтобы быть кондитером, и сосредоточилась на бизнесе. Я пошла на работу к отцу, так как была уверена, что это его желание.

Я пыталась занять место Джоша, чтобы восполнить родителям его потерю, отдав им свою жизнь.

И также облажалась.

***

Было уже поздно, когда я выключила настольную лампу. Мои часы пробили восемь, в то время как я надела пальто, растягивая свои больные мышцы. Сегодня я не стала паковать ноутбук в сумку. Когда я вернусь домой и что-нибудь поем, настанет время ложиться спать, а на работу вернусь пораньше.

Я сидела в метро, не замечая ничего вокруг. Мой мозг все еще обрабатывал прошедший день. Встречи, бесконечные письма и списки дел сливались воедино. Я едва могла соответствовать темпу. Я плохо спала и почти не было аппетита.

Я не была уверена, как долго смогу продолжать идти этим путем.

Поезд остановился на моей станции, и я встала, чувствуя печаль от того, что не увижу его сегодня вечером. На прошлой неделе я однажды уже скучала по нему. На следующий день, когда наши глаза встретились через платформу, я была уверена, что увидела вспышку облегчения на его лице, но, вероятно, приняла желаемое за действительное. Несколько минут я сидела и слушала его, позволяя музыке впитаться в мою душу, а затем направилась домой для очередного вечера за работой.

Сегодня вечером у меня даже не было этих нескольких минут.

Однако, завернув за угол, я остановилась в шоке, когда увидела его. Он прислонился к стене и лениво бренчал на своей гитаре абстрактную мелодию, которую я раньше не слышала. Он поднял голову, наши глаза встретились, и счастье затопило мою грудь. Я не знала, почему он был там так поздно, но мне было все равно. Он был там. Это все, что имело значение.

Станция была свободна, и я села поближе, чтобы послушать. Он начал еще одну песню - одну из моих любимых - и я откинулась назад, закрыв глаза, когда чувственная и сладкая музыка окутала меня. Когда он запел, слеза скользнула по моей щеке от глубины его бархатного голоса. Мне казалось, что он поет только для меня. Еще одна не слишком мудрая мысль, но это то, что я чувствовала.

Его голос обернулся вокруг меня, как объятия любовника. Я чувствовала себя тепло, спокойно, и мое тело расслабилось впервые с тех пор, как я оставила его вчера вечером. Когда песня затихла, началась другая, и я позволила себе остаться. Я нуждалась в этом – в нем - так сильно сегодня вечером. Вздохнув, я опустила голову, погружаясь в песню. Его пальцы ласкали гитарные струны, а его голос сплетал заклинание между нами.

И мой несчастный мир исчез.

***

Что-то изменилось. Музыка все еще играла, но совсем близко. Моргнув, я открыла глаза и с ужасом поняла, что заснула на станции метро.

Я села прямо, запаниковав.

– Все хорошо. Ты в порядке, - успокоил голос.

Я знала этот голос, но не по разговорам. Он всегда звучал в песне. Я повернула голову, оторопев от его близости. Он сидел рядом, его гитара лежала на коленях, и он играл какую-то мелодию, никогда не пропуская ноты.

– Я присматриваю за тобой.

– Ч… что?

Он перестал играть.

– Ты уснула. Я убедился, что ты в порядке.

Я не знала, что сказать.

– Спасибо.

Он наклонил голову, изучая меня.

– Ты слишком усердно работаешь. Ты измучена.

Я поерзала, испытывая неудобство от его точного наблюдения.

Он перестал бренчать, положив руки на гитару.

– Я переступил черту. Прошу прощения.

– Ты не знаешь меня, и я не уверена, что ты должен делать подобное заявление.

Он протянул руку.

– Тогда давай изменим это. Я Монтгомери Логан.

Я уставилась на его руку. Пальцы были длинные, ногти аккуратно подстрижены. Он терпеливо ждал, пока я не вложила свою руку. Обернув вокруг пальцы, он слегка сжал ее. И снова ждал, подняв одну бровь.

– Шарлотта Престон.

Он пожал мне руку.

– Приятно познакомиться, Шарлотта.

– Лотти. Мои друзья зовут меня Лотти.

Он улыбнулся, его ямочки углубились.

– Мои друзья зовут меня Логан. Монтгомери слишком сложно выговорить.

– Логан, - повторила я.

Он кивнул.

– Теперь мы познакомились, и я полагаю, мы друзья?

– Ладно?

Он наклонился вперед и подмигнул.

– Ты выглядишь уставшей, Лотти. Тебе нужно лучше заботиться о себе.