Чтение онлайн

Сегодня, увидев фотографию бирки из роддома, до меня наконец дошёл смысл слов мамы. В тот момент, когда я заметила свою дату рождения, фамилию и имя незнакомой женщины, у меня что-то оборвалось внутри. Просто перекрыло кислород, словно кто-то завязал петлю на шее. В голове сплывали картинки из детства, когда я приносила маме со школы подарки, сделанные своими руками, а она даже на них не смотрела. Вдруг, все чувства, обида, отчаяние, переживания, нахлынули на меня мгновенно. Она мне не родная мать, и где та женщина, что меня родила и почему она бросила меня? Это все правда?! Знать, что тебя бросили младенцем, не менее больно, чем то, что тебя предала мать, хотя, кто знает, кто моя мама?

Очутившись в объятьях Бульдозера, моё дыхание начало приходить в норму, мне стало так спокойно от его внутренней силы, не знаю каким чувством, но я поняла, что могу ему доверять. Приступ паники постепенно начал отступать, а вот когда он начался, я даже не успела понять. Я всегда скрывалась от всех, если чувствовала, что меня начинает колотить, чтобы не показывать своё уязвимое место другим, а сегодня не успела вовремя среагировать.

Собирала вещи, не глядя, что кидаю в сумку, просто бросала всё подряд. Надела спортивный костюм чёрного цвета и белые кроссовки. Как дошли к машине — не помню, у меня из головы не выходила Варвара. Кто эта женщина? Если она моя мать, то почему бросила меня и папу? Почему папа скрывал правду от меня? Вся моя жизнь — обман?! Как же хочется просто спросить, поехать к папе и спросить. Но, не думаю, что он мне даст ответы на все мои вопросы. А если его сердце прихватит, я себе этого не прощу никогда! Надеюсь, что Трактор мне поможет! Поворачиваю голову к мужчине, он смотрит на дорогу, уверенно ведёт машину. Красивый, нет — очень красивый, жестокий, но справедливый. Сегодня я увидела его, с другой стороны, лучшей. Опять отворачиваюсь в окно, разговаривать нет желания, и мы молчим. Только изредка Бульдозер отвечает ребятам.

На улице середина сентября, деревья уже начали менять цвет своей одежды. Ещё достаточно тепло и ярко светит солнышко. А мне кажется, словно всё в тёмных тонах, я перестала различать цвета, за какой-то час, проведенной в моей квартире, стала дальтоником. Нет желания даже узнавать всё, я настолько опустошена, что не вижу смысла во всём этом. Только мысли о папе меня держат на плаву. Он единственный человек на земле, который меня любит, значить, я должна всё преодолеть и жить дальше.

Краем уха улавливаю скрип, поворачиваюсь к водителю. Трактор с такой силой сжимает руль, что странно, как он вообще ещё не отвалился. Смотрю в боковое зеркало, машину с ребятами подрезали, а к нам мчится другой джип. Бах! Бах! Трактор одной рукой толкает меня под переднюю панель, матерясь сквозь зубы. Мне никогда ещё не было так страшно! Пять лет назад всё обошлось без жертв и перестрелок. Сижу, не шевелясь, плотно прикрыв глаза, сердце скачет, руки трусятся. Машина резко сворачивает вправо и мою голову сносит Бульдозеру на колени.

— Прости, кукла, но сейчас не время для минета, — ржёт, но держит ситуацию под контролем. Уверенно ведёт машину, виляя по трасе, словно пьяный, обходя другие автомобили.

— Издеваешься, как, ты, можешь сейчас об этом думать? Лучше бы придумал план, как нам отовраться от них! — кричу перепуганным голосом.

— Всё по плану, кукла, не переживай! — идиот, весело ему! Я тут чуть не описалась со страху, а он развлекается. Бах! Бах! Машину заносит и мир переворачивается несколько раз.

— Ляль, давай, быстро! — слышу где-то вдалеке голос Трактора.

— Вставай! — тянет меня за руку. Моя голова! Одна сторона словно онемела, не чувствую её совсем! Вижу руку Бульдозера, хватаюсь за неё. Оказавшись на улице, осматриваюсь.

— Падлы! Пальнули по колесам! Надо бежать! Ты как? — машу головой и смотрю на кусок железа позади, странно, что, мы, вообще остались живыми. Машину снесло в кювет, поднимаю голову и замечаю двух бритоголовых.

— Миш, там! — говорить толком не могу, показываю пальцем в сторону, откуда бегут бандиты.

— Так, ты можешь бежать или нет? — положительно машу головой.

— Моя сумка, — сделав несколько шагов, замираю, — там есть ценная вещица для меня.

— Беги в ту сторону, — показывает к трассе, — я достану сумку и догоню!

Делаю так, как велел Трактор, несусь, что есть мочи, не оглядываясь. Бум! Слышу взрыв, оборачиваюсь и застываю на месте.

— Миша!!! — хватаюсь за голову и начинаю выть, падаю на колени. В груди вместо сердца — раскалённый металл, жжёт невыносимо.

— Кукла, подымайся! — открываю глаза, возле меня стоит Трактор, собственной персоной, с головы течет кровь, а он улыбается. Подскакиваю на ноги и вешаюсь ему на шею, глажу по макушке.

— Я думала ты т-т-т… там, в машине! — начинаю заикаться. Он поднимает меня и шагает дальше, несёт меня и мою сумку, которою я замечаю в его руках.

— Кукла, я же сказал, что всё по плану, — и опять ржёт. Обвиваю талию ногами, ещё сильнее вцепившись в мужчину. Только в его объятьях я чувствую себя защищённой. Это очень странно, учитывая то, что знакома с ним без году неделя, а такое ощущение, что всю жизнь.

На трасе нас ожидала машина, посадив меня на переднее сидение, сам садится на заднее, за рулём находится мужчина похожий на скалу, вдвое больше Бульдозера.

— Здрасти, — это всё, что я смогла из себя выдавить.

— Мадмуазель, расслабься, всё в ажуре, а то позеленела как жаба. — а как тут не позеленеть, только от одного вида этой горы, можно богу душу отдать. Прости меня Бульдозер, ты просто лапочка, по сравнению с этим танком.

— Кончай трёп, Хромой! Запрягай лошадей! — Трактор начинает злиться. Машина срывается с места. Среди потока автомобилей, как только вижу джипы, моё сердце тут же начинает скакать как арабский скакун. Сколько себя помню, я всегда смотрела проблемам в глаза, но сегодня мой стержень, словно поломался, и я стала как мягкая игрушка. Мне нужен перерыв, чтобы подумать и прийти в себя.

— Босс, скрипка на месте, сегодня репетировали, играет отменно, — они что ещё и в оркестре играют?! Представляю эту антресоль со скрипкой в руках!

— Меньше трынди! — Бульдозер злится. Поворачиваюсь к нему и меня начинает мучить совесть. Половина его головы в крови, видно, как он морщится от боли.

— У вас здесь есть аптечка? — пока едем, хочу обработать рану, возможно и моя голова разбита, но крови на себе я не ощущаю, только адскую боль!

— В бардачке посмотри, — антресоль отвечает и улыбается. Кидаю взгляд на мужчину сидящего за рулём. Думаю, он ещё выше Бульдозера, по габаритам, даже невооружённом взглядом видно, что намного больше, лысый и лицо гладко выбрито.

Достаю аптечку и перелажу на заднее сидение. Смотрю внутрь коробки и хочу треснуть хозяина машины. Содержимое, не для первой помощи потерпевшем, а для оказания экстренной помощи сексуально озабоченным.

— А нормальной аптечки нет? — оба начинают ржать, клоуны.

— Не дуйся цветочек, а то лопнешь, — поворачиваю голову к водителю, — для нас существует только такая аптечка. Смотри, презерватив выполняет роль жгута, — объясняет и давится от смеха.

— Понятно, тогда гелем для анального секса, вы обрабатываете раны, вместо антисептика? — поддерживаю разговор, снимаю кофту и прикладываю к голове Трактора.

— А ты умная девочка, тогда скажи, для чего эта резиновая штучка? — берёт в руки резиновый член и вертит им в воздухе.

— М-м, думаю, чтобы закрывать пленникам рот, или для пыток? — я уже начинаю злиться, моё лицо красное, как бурак. Вроде взрослые мужики, а ведут себя, словно подростки.

— Спасибо, цветочек, это мысль! — отвечает Хромой и прибавляет газу.

— Хром, это ещё от Тайки? — не поняла, от какой ещё Тайки, эй, Бульдозер, ты охренел? Смотрю на сидящего рядом мужчину и хочу вцепиться ему в глотку. Не поняла, а мне какое дело, с кем спит Трактор? Я что ревную?! Нет, невозможно, тьфу-тьфу, сплёвываю в уме.