Чтение онлайн

Вскочив на ноги, я побежал в сторону, перепрыгивая через упавших, и по телам стонущих людей, когда иной возможности у меня не было.

На последки сдернув у лучницы шнур передней шнуровки корсета, заставив ту схватиться за едва не выпрыгнувшую на общее обозрение девичью грудь, я на ходу третий раз зарядил шаману пяткой в "бубен", перепрыгнул низкую каменную ограду и понесся вдоль едва заметной прозрачной стены, закрывающей куб магического источника.

Если возьмусь писать мемуары, никто не поверит… Если еще доживу… Может быть.

Внезапно я понял, что оказался во внутренней границе защиты и люди, которые гонятся за мной, бегут параллельно мне и не могут меня достать. От неожиданности я затормозил.

Передние попытались повторить мой финт, однако задние так сильно напирали, что образовалась новая гневная куча-мала. И вот я стоял и смотрел как народ, который гнался за мной, вот-вот на смерть передерется между собой.

Кар-Карыч, словно, не замечая прозрачной преграды, перелетел границу щита и плавно опустился мне на правое плечо.

— Кар-р! Стадо бар-ранов!

Пожав плечами, я повторил свой недавний интернациональный жест, которые поняли абсолютно все, судя по граду посыпавшихся в мой адрес оскорблений, после чего я спокойно развернулся и пошел к границе второй защитной стены магического поля.

Поневоле вспомнилось выступление сатирика Задорнова, которое видел в детстве. Русский человек в зоопарке всегда найдет, чем разбудить животное чтоб его сфотографировать или сфотографироваться на его фоне. Вот и эти "добрые" люди напоминали стаю бандерлогов беснующихся у решетки клетки.

Второй магический купол защитного поля я смог преодолеть без каких-либо проблем. Система Максвелла в лучшем своем виде. Нужно было спокойным шагом переступить черту. Точнее О-о-о-очень медленным шагом. Первая стена плохо пропускала магическую энергию, амулеты, и колотящих по прозрачной стене людей. Судя по звукам народ где-то добыл бревна и теперь ритмично пытался протаранить стену.

Стоило мне пересечь границу второго круга, как я буквально несуществующей кожей ощутил магическое давление и буйство энергий в источнике.

Если удастся проникнуть за третий круг и начертить печать накопления и трансформации естественных частиц направленным… Шансы есть! Шансы есть! И я как никогда близок к осуществлению своих далеко идущих планов!

Третья стена вызвала у меня оторопь. Это было детище не магического, а технологического мира. Да это был купол кинетическо-биологической защиты. Я сталкивался с такой технологией только один раз, когда нас возили по мирам веера для экскурсии и ознакомления на первом курсе, еще, перед тем как я попал для написания диссертационной работы, в этот богами забытый и проклятый мир.

Преодолеть невозможно.

Любой небиологический материал отталкивается с силой обратно пропорциональной воздействию. Любой биологический материал не соответствующий показанию сканеров просто уничтожается. В очень и очень мелкую, атомную пыль…

— Анализ объекта завершен. Доступ ограниченный. — Механический женский голос. — Пройдите по желтой линии!

В земле вспыхнула желтыми бликами прямая линия с пробегающими по ней небольшими указательными стрелками.

Не понял…

Стандартный имперский язык веера миров, на котором общались практически все путешественники.

За поворотом в широкой каменной стене была врезана аккуратная рамка с дверьми лифтового типа.

— Осторожно двери открываются…

У меня банально отвисла челюсть.

— Чер-ртовы колдуны! Кар-р!

Я вошел в прямоугольную кабину два на два и три в высоту. Двери за моей спиной с тихим жужжанием закрылись.

— Пожалуйста, не шевелитесь, идет санобработка!

Из стен пола и потолка ударил контрастный душ воды и пены. Я еле сумел поднять перепугавшееся насмерть ворона. После чего волны теплого воздуха мгновенно высушили одежду. Бедная птица в ужасе дрожала в моих руках.

Двери распахнулись.

— Приятного вам дня…

Все тот же полуразрушенный город, только внутри третьего купола. Выйдя наружу я убедился, что действительно внутри купола.

Когда я обернулся повторно посмотреть на кабинку санпропускника, то едва не выругался. На том месте, где я только что прошел, мерцало магическое марево. Я умудрился пройти через какую-то хитрую магическую ловушку. Никакого санпропускника не было, просто чья-то дурная шутка…

Интересно ворон видел то же что и я? Или у него было что-то другое?

— Этого великого шутника бы сейчас сюда! Ох, я бы с ним поговорил! От всей своей широкой, и бессмертной души!

"Чистая" одежда вновь пришла в прежнее состояние. А именно сухая, грязная и местами порванная и в подпалинах.

Судя по бушующим надомной энергиям, вскоре куб дойдет до своего предела и во все стороны, проникая сквозь уровни и ткань пространства пройдет сильнейшая магическая волна. Сколько волн будет всего, только одному создателю сего агрегата известно. Я же постараюсь воспользоваться этим щедрым даром фортуны по полной.

На выбор места и создание магической печати у меня ушли последние магические чернила. Осталось едва-едва на донышке второго использованного пузырька. Оставалось только встать в центр и ждать прибытия первой магической волны.

Через полчаса ожиданий куб резко сменил колер с угольно-черного на багрово-красный, а затем на светло-голубой…

Оглушительный треск энергетических разрядов, после чего в мою печать ударила молния чистой энергии, в мгновение ока, зарядив ее и активировав. Следом от куба пошла огромная полупрозрачная волна искажений, словно разрастающийся мыльный пузырь. Стоило волне коснуться границы защитных куполов, как те мгновенно исчезли и волна дикой неподвластной человеческому восприятию энергии, ушла вовне, снося на своем пути все магические преграды.

В мою печать и в мое тело безостановочно била ослепительно белая молния. Я чувствовал боль! Я впервые за год жизни и странствий с момента моего воскрешения чувствовал боль. Я кричал! Чемоданчик выпал из моих рук и упал за границу печати. Плащ, и вся одежда на мне мгновенно вспыхнула и осыпалась черным пеплом.

Ударной волной, которая пошла после магической волны меня вжало в печать, с такой силой, что казалось еще чуть-чуть, и я рассыплюсь мелким костяным крошевом как недавно вся моя одежда.