Студент-медик из Дублина
Шрифт:
— Да, это просто удивительно. Будем благодарны за то, что отвоевали еще одного.
Они подошли к двадцать первой палате.
— Доброе утро, Джейн, Китти, — произнес Чарли.
— Доброе утро, Китти, — подхватил Фингал и подмигнул ей. В больнице сэра Патрика Дана это не сошло бы ему с рук. Китти улыбнулась.
— Мистер Доннелли рвется домой, — сообщила сестра Хоуи, протягивая врачу карту.
Чарли просмотрел ее.
— Взгляни. — Он протянул карту О’Рейли.
Все показатели были в норме, рана не кровоточила. О’Рейли вернул карту Китти.
— Можно нам взглянуть на него?
— Ваш тост и чай уже на кухне, — сказала сестра Хоуи, и О’Рейли поблагодарил ее.
Китти забрала у него карту.
— Сюда, пожалуйста. — Она направилась в палату, эффектная в своей красной форме. По плечам рассыпались некогда смоляные, а теперь — посеребренные локоны. Вместе с Чарли следуя за ней, О’Рейли думал, что с такими икрами Китти следовало бы носить юбки по колено, а не платья длиной до щиколоток, как в ее студенческие дни. Спасибо, что вернулась, девочка, и дала нам еще один шанс. Ты удивительная.
Донал приподнялся на подушках. Его голова была перевязана, но бинты остались чистыми. Лицо по-прежнему казалось слишком бледным.
— Ну, Донал, как твои дела? — спросил О’Рейли.
— Какой-то зас… — Он осекся, взглянув на Китти. — Прошу прощения, мисс Китти. Кто-то со всей дури играет на барабане прямо у меня в голове, вот здесь.
— Ничего странного, — ответил О’Рейли. — Ты, должно быть, здорово треснулся своей тыквой, когда свалился с мотоцикла.
Донал нахмурился и одной рукой ощупал повязку.
— Это мистер Грир. Он хирург, Донал. Это он прооперировал тебя вчера ночью.
— Приятно познакомиться, сэр. — Донал снова нахмурился. — Это что же, он мне мозги оперировал? — О’Рейли заметил, как сошлись на переносице брови Донала, каким сосредоточенным стало его выражение. — Вроде как та операция, что Сисси Слоан перенесла на свадьбе Сонни и Мэгги?
— Как это? — удивился О’Рейли.
— Да вы сами знаете, сэр. — Донал понизил голос. — Это когда врач вынимает мозг целиком, чистит и ставит на место.
От стараний удержаться от смеха у Фингала уже ныли мышцы лица.
— Не совсем. У тебя кровь скапливалась в голове. Мистер Грир остановил кровь. Вот поэтому у тебя и болит голова.
А ведь ты мог погибнуть, мысленно добавил он. Считай, что ты дешево отделался.
— Донал, — вмешался Чарли, — мне надо осмотреть вас.
Пока Чарли проводил быстрое, но тщательное неврологическое обследование, О’Рейли сказал Китти:
— Надеюсь, ты успела выспаться.
Она пожала плечами.
— А вот ты, судя по виду, явно недоспал.
— Ночевать в студенческих комнатках — это уже не для меня.
— Да, много воды утекло с тех пор, как ты жил при больнице сэра Патрика Дана вместе с… — она кивнула в сторону Чарли, — …с ним, с Кроми и бедным Бобом.
Прошел тридцать один год с тех пор, как я встретил тебя, девочка, думал Фингал.
— Много.
Чарли выпрямился.
— Мистер Доннелли, все у вас в порядке. Но вам надо побыть здесь несколько дней.
— За Джули не беспокойся, — добавил Фингал. — Доктор Лаверти зайдет к ней и все объяснит, чтобы не волновалась зря. А я сообщу Берти Бишопу, что ты болен. Так что работу ты не потеряешь.
— Спасибо, сэр. Умеете вы обо всем позаботиться, этого не отнять. Вы только держитесь, не бросайте нас.
А разве не в этом заключается роль врача общей практики? Он не просто врачует болезни. Фингал понял это давным-давно, когда нашел работу для Падди Кьоу. Доктор О’Рейли любил свою деревню вместе со всеми жителями.
— Значит, решено, — заключил Чарли, взглянув на часы. — Я слышал, Джейн заварила чай. Не откажусь от чашки перед операцией. — Он повернулся к Доналу. — Завтра увидимся.
— Спасибо, сэр.
— Идем, Фингал. Чай ждет. — Чарли широкими шагами направился на кухню.
— Поправляйся, Донал. — Китти наклонилась, чтобы одернуть одеяло.
— Сестра О’Хэллоран, в среду я оставлю вместо себя Барри и заеду за вами в два.
Что было бы с нами, если бы мне хватило ума жениться на этой чудесной девушке еще тогда, в тридцатые годы? Он снова подмигнул ей.
— Поедем покупать кольцо.
Она выпрямилась, повернулась к спиной к Доналу и послала О’Рейли воздушный поцелуй.
Легкими шагами О’Рейли вошел в кухню отделения, где Чарли уже наполнил две чашки. Он протянул О’Рейли конверт.
— Прочти. Я получил его в пятницу.
Дорогой Чарли!
Очень жаль, что я не могу усерднее поддерживать связь: работа консультанта-кардиолога в Королевской больнице Северного побережья в Сиднее отнимает у меня слишком много времени, как и воспитание двух помешанных на спорте мальчишек, один из которых недавно женился — кстати, на ирландке.
Вот мне и вспомнился Дублин и Тринити-колледж. Ты знаешь, что прошло почти тридцать лет с тех пор, как мы получили дипломы? Как смотришь на то, чтобы организовать встречу выпускников в Дублине? По такому случаю я охотно съездила бы на родину.
Пожалуйста, сообщи, что ты думаешь по этому поводу, а если увидишься с Фингалом О'Рейли, передай нашему приятелю мои наилучшие пожелания.
С уважением,
Хильда Бронсон (урожденная Манвелл), доктор медицины, член Королевского терапевтического колледжа (Ирландия).
— Что скажешь насчет встречи? — спросил Чарли.
— Блестящая мысль. Давай устроим встречу — ты, я и Кроми. С удовольствием вспомню былые времена, — О’Рейли отпил чаю. — Дай знакомые лица повидать не прочь. Почти все.
Чарли хмыкнул.
— Твои мысли написаны у тебя на лбу, О’Рейли. Я помню, что он работает в Киннегаре, неподалеку от тебя. Но мы все-таки пригласим и Рональда Геркулеса Фицпатрика.
— Ох, да ладно, я не против. На прошлое Рождество я даже слышал, как он рассказывал анекдот. Со временем он смягчился. — Фингал Флаэрти О’Рейли глотнул еще чаю. — Со временем… — повторил он. — Кто бы мог подумать в 1934 году, когда мы наряжали Глэдис в чулки, а потом пили в «Дэви Бернсе», что все сложится именно так? Четверо юнцов, полные сил и радующиеся весне! А теперь посмотри на нас: Кроми лыс, как коленка, зато вечно трезв и посвящен в рыцари. А тебя, я знаю, Королевский хирургический колледж наградил медалью Листера — два года назад, за выдающиеся достижения в хирургии.