Чтение онлайн

Вот так. О-хо-хо! Во что же это я вляпался-то, а? Ну, Эльза, и заварила ты кашу! Что улыбаешься, колбаса? Это ведь с тебя все началось…

– Здравствуйте.

Большой т-образный стол. Два ряда стульев по бокам стола. На столе – письменный прибор, стеклянная пепельница и лампа с зеленым абажуром. Обшитые деревом стены. На полу – красная ковровая дорожка. Все окна плотно зашторены, горит яркий свет. За столом, на одном из стульев возле «ножки» буквы «Т», сидит хорошо знакомый мне по фотографиям в газетах и по телепередачам пожилой человек.

– Здравствуй, Наташа. Проходи, садись.

Удивительно, но я совсем не волнуюсь. Спокоен, как сытый удав. Мне не страшно. Перегорел уже, должно быть. А ведь когда неделю назад, в берлинской гостинице, я услышал в телефонной трубке голос этого человека, то чуть не подавился собственным языком. Вот, оказывается, кого Андрей Степанович называл в тот раз «руководящими работниками»! Разговор у нас тогда вышел довольно коротким, он всего лишь поздравил меня с победой в олимпиаде и попросил навестить его в Москве.

Я подошел к столу, отодвинул один из стульев и уселся на него. Не прямо напротив своего собеседника, а чуть вбок, поближе к двери. Сложил перед собой руки на столе и жду. Что дальше?

– Чаю хочешь?

– Хочу.

Буквально через пару десятков секунд после отданного по телефону распоряжения в боковую дверь вошел человек в штатском, молча поставил на стол два стакана чая в подстаканниках, вазочку с сахаром и тарелку с печеньем, а затем так же молча удалился туда, откуда пришел.

– Удивлена приглашением?

– Мягко сказано. Можно задать вопрос?

– Спрашивай.

– Это Его кабинет?

– Да. Тут все осталось так, как было при Нем. Даже кукурузник не осмелился ничего тронуть.

– Никогда не думала, что когда-либо попаду сюда. Так что вы хотели?

– Поблагодарить тебя за отлично выполненную работу. И еще поближе познакомиться с самым известным пионером страны.

– Вы сами сделали меня такой.

– Не скромничай. Тот знаменитый хоккейный матч видели миллионы, даже я смотрел выжимку. Ты получила известность после него, я тут ни при чем.

– А вы потом добавили.

– Это все Эрих. Его идея. И она сработала! Уже есть первые результаты. Мне доложили, что за последние два месяца количество писем из ГДР в СССР и из СССР в ГДР выросло почти втрое. Цензура зашивается.

– Да, письма. Мое больное место.

– Почему?

– Мне скоро жить будет негде. Почтальонша с почты тащит мне письма отдельно. То есть сначала всему дому, а потом новой ходкой – мне. Иначе унести не может.

– Ничего, скоро переедешь.

– Перееду? Куда?

– В новую квартиру. На проспекте Калинина.

– Новую квартиру? Но… мы же не нуждающиеся. Мы даже в очереди не стоим, у нас две комнаты на четверых.

– Не строй из себя дурочку. Все ты понимаешь. На тебя три папки материала уже собрали.

– 5-е управление?

– Это не я сказал – ты. Так вот, мне тут недавно бумажку интересную показали. Провели экспертизу твоей книжки. Сподобились, наконец-то! Козлы. Там десятки мест с двойным, а то и с тройным смыслом. И есть очень спорные моменты. Наивные дурочки так не пишут.

– Теперь книгу запретят?

– Невозможно. Нельзя запрещать книгу Мальцевой, лучшего друга пионеров ГДР и члена Совета пионерской дружины Москвы.

– А членом совета-то я когда успела стать?

– Сегодня. Noblesse oblige. Тебе известно такое выражение?

– Да.

– Это не все еще. Также сегодня вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР. Ты награждаешься орденом Дружбы народов. За огромный вклад, ну и так далее. Сама потом в «Пионерской правде» почитаешь, там напишут. Поздравляю.

– Спасибо, конечно, но, по-моему, орден – это уже перебор. Ведь я ничего, совсем ничего не сделала. Просто публично прочитала несколько раз полстраницы текста, который для меня сочинили. И все!

– Это не так. Эрих был прав. То, что ты там читала – самая вершина айсберга. В операции были задействованы сотни людей из Штази и КГБ. Знаешь, сколько человек охраняли тебя в ГДР?

– Думаю, человек двадцать. Но я ни разу никого не заметила.

– Неудивительно, что не заметила. А охраняли тебя больше трех сотен человек.

– Зачем так много?

– Чтобы тебя не убили. А в воздухе твой самолет на всем протяжении полета и туда и обратно сопровождали советские истребители.

– Бред. Кому я нужна? Зачем убивать безобидную девчонку? Да еще и сбивать ради этого полный людей пассажирский самолет? По-моему, это паранойя.

– Насчет самолета я согласен с тобой. Не стал бы его никто сбивать. Истребители нужны были не для охраны.

– А для чего?

– Наташа, в ГДР на тебя было совершено два покушения. Один человек погиб, спасая тебя.

– Покушения?!! На меня?! Но…

– Основной целью твоей поездки было вовсе не чтение той бумажки. Хотя и это нелишнее. Основной целью было как раз спровоцировать врагов напасть на тебя. Это была ловушка. Ты стала сыром в мышеловке. Именно поэтому и у нас, и в ГДР так раздули это мероприятие. О твоей поездке написали все центральные газеты, тебя несколько раз показывали в программе «Время». И одновременно мы потихоньку шептали в нужные уши о том, какое значение придаем тебе и твоей миссии и как сильно Москва обидится на Берлин, если с тобой что-то случится на территории ГДР. Теперь поняла, для чего был нужен эскорт истребителей?

– Да. СССР выделяет мне истребительное прикрытие, а в ГДР меня охраняют спустя рукава. Небось каких-нибудь двух олухов посадили на самое видное место, изображать мою охрану? Удивительно, как я сама их не заметила.

– Потому, что ты еще больший олух в этом вопросе.

– Почему вы все это мне рассказываете? Разве это не секретные сведения?

– Секретные. Но они уже обо всем догадались. Операция завершена. Покушения на тебя готовились в спешке, из расчета на твою слабую охрану. Поэтому они и провалились. А потом Штази начали копать и раскрутили целую сеть, больше двухсот человек. Ты не заметила, родители твоей Эльзы в последний день, когда ты жила у них, нормально себя вели? Как обычно?