Чтение онлайн

Когда мы уже уселись за столом и мама разлила нам аппетитно пахнущий борщ по тарелкам, папа спросил меня: «Наташенька, а какой сказочный персонаж понравился тебе сегодня больше всего?» Что ж, моим родителям тоже ведь нужно посмеяться. Не стану их разочаровывать. С серьезным лицом я ответил ему:

– Продавщица мороженого в буфете…

«Товарищи! До отправления поезда номер 481 Москва – Новороссийск осталось пять минут. Просим пассажиров занять свои места, а провожающих – выйти из вагонов».

Я с родителями сижу на нижней полке плацкартного вагона и жду отправления поезда. Баба Рита машет нам рукой с платформы. Вот поезд тронулся с места и начал постепенно набирать ход. Поехали! Я вообще первый раз в жизни еду на поезде. До этого как-то не доводилось. Живем-то мы в Москве, до сегодняшнего дня покидать город мне было не нужно.

Родителям на заводе профсоюз выделил две путевки в дом отдыха на Черном море, недалеко от Новороссийска. И вот мы едем на курорт. На целых двенадцать дней, не считая дороги.

Мама достала из сумочки огурец, выдала его мне, а сама принялась суетиться, наводя уют. Поправила занавески на окне, расстелила на столике чистую тряпочку, развесила вещи по вешалкам. На боковых полках рядом с нами едут две каких-то толстых тетки, а вот одна из верхних полок свободна. Никто ее не занял, так что мы пока едем тут втроем.

Радостное возбуждение начала пути. Родители переоделись в дорожную одежду, переодели меня, и мы сразу сели ужинать. В дорогу мама сварила целую курицу и полтора десятка яиц. Еще есть огурцы. И хлеб. Яблок-бананов нет. Для яблок еще не сезон – всего начало июля, а бананы в СССР сейчас жуткий дефицит. У нас тут на дворе лето 1966 года, и мне, соответственно, идет шестой год.

Проходил проводник, собрал билеты, выдал постельное белье. Темнеет, после ужина ляжем спать. Мама довольная – в кои-то веки едет на юг. С ее слов понял, что это у них с папой всего второй раз. Один раз они ездили, когда мне было полтора года, но я тогда еще слишком мелким был.

А вот папа, похоже, не слишком доволен. Хмурится. Кажется, я догадываюсь, в чем дело. Нет нужной компании. Поллитру-то он с собой взял, я видел, только в одиночку он пить не станет, а пригласить некого. Толстые тетки в качестве компании его не заинтересовали, а мама у меня не любительница. Вот он и хмурится. Одна надежда на пустую верхнюю полку. Может быть, кто по дороге подсядет.

Наконец мы поужинали и стали укладываться. Перед сном я еще умыться в туалет сходил. Ну, и не только умыться, понятно. Кстати, с неожиданной проблемой столкнулся.

Когда я во времена своего прошлого детства ездил в поездах дальнего следования, то был мальчишкой. Соответственно справить там нужду проблемой для меня не было. А вот сейчас это проблема. Стоя я не могу. Вернее, могу, но все оболью. Садиться на ужасно грязное сиденье голым задом не стану ни за что. В позе орла я падаю. Там есть ручка, за которую можно держаться, но рассчитана она на взрослых. Я до нее не достаю. Позвать на помощь маму? Ну уж нет! Я большая девочка, сама справлюсь.

Немного подумав, способ я нашел. Сняв с себя юбку и трусы, я повесил их на вешалку рядом с полотенцем, а сам залез на унитаз ногами. В таком виде я уже могу писать стоя. Вот так! Не хуже, чем у мальчишки получилось! Гордый своей победой, я оделся, умылся, почистил зубы и вернулся к родителям. Спать пора…

Пару раз за ночь я просыпался на каких-то остановках, но в целом спал хорошо. Я и в прошлой жизни всегда хорошо в поездах спал. Равномерный стук колес меня успокаивает. Проснулся я утром, когда родители уже встали и оделись. Папа сходил за чаем, после чего мы уселись завтракать. Нужно доесть остатки курицы, пока она не испортилась.

Вскоре после завтрака поезд въехал в Воронеж. Тут долгая стоянка, минут сорок. Все втроем мы выбрались из вагона проветриться. Несколько человек с чемоданами ждут на платформе. Это новые пассажиры нашего поезда.

Я немного погулял вокруг, после чего мама загнала меня обратно в вагон. Она опасается, как бы я случайно не отстал от поезда. Все-таки я же, по ее мнению, пассажир неопытный. Впервые так далеко еду. Ну, я девочка послушная. По пустякам никогда не спорю. Так что я шустро забрался внутрь и пошел к нашему месту. А мама осталась, обещала купить мне и себе мороженое. Папа же побежал в станционный киоск за свежей газетой.

Когда я вернулся к своей полке, то обнаружил, что на ней сидит какой-то молоденький лейтенант с небольшими усиками и новыми погонами. Пассажир верхней полки?

– Здравствуйте, – вежливо здороваюсь я с ним.

– Здравствуй, девочка. Это твое место?

– Да. Я с родителями еду на юг.

– Я тоже на юг, в отпуск. Понимаешь, неделю назад летное училище окончил! Погоны дали. Теперь вот в отпуск еду. Отдохну – и на службу! У меня билет на верхнюю полку.

– Понятно. Мы до Новороссийска едем. А вы?

– Я тоже. Не возражаешь, если я пока тут на твоей полке посижу?

– Сидите, конечно.

– А родители твои где?

– Погулять вышли. Мама мороженое обещала купить.

– О, мороженое! Тоже хочу! Эх, не успею! Поздно. Ладно, может, потом где еще по дороге будет.

– Конечно будет, не расстраивайтесь. А вот и мои мама с папой идут.

В купе входят мои родители и с любопытством смотрят на лейтенанта. Отец явно доволен, теперь ему есть с кем сесть вечером поговорить. Лейтенант встает и поправляет свой парадный китель. А мой папа, улыбаясь, протягивает ему руку и говорит:

– Приветствую нового попутчика. Мальцев, Петр Сергеевич. Токарь завода «Серп и Молот». А это моя жена Елена и дочка Наташа. Впрочем, с Наташей вы уже познакомились.

– Так точно. Очень приятно, Петр Сергеевич. Разрешите представиться, лейтенант Дудаев, Джохар Мусаевич…

Ну как же так? Как же так получилось, что мы вдруг стали врагами? Почему? Что за безумие поразило нашу страну?

Ведь нормальный же человек! Улыбается, смеется, шутит. Рассказывает забавные истории из будней своего летного училища. Подарил мне красно-синий карандаш и какой-то офицерский блокнот. А кем он станет четверть века спустя? Что привело его к этому?

Я сижу с ногами на своей полке, делаю вид, что читаю газету, а сам потихонечку смотрю на будущего президента Ичкерии. Нормальный человек. Вовсе не монстр.

Наконец мне надоело смотреть на лейтенанта, и я вернулся к прерванному чтению. Я недавно признался родителям, что умею читать, и теперь папа покупает газеты на двоих – себе и мне. Зато я больше не рву газеты после прочтения. Родители, конечно, жутко удивились тому, что я вдруг научился читать. Я объяснил им это тем, что четыре года очень часто и подолгу «играл в газету» и постепенно, сам того не заметив, научился читать. Сам. Никто меня этому не учил.