Чтение онлайн

— Этот лоб пусть к невесте идет, а то на сеновале кувыркаются, а дом свой никак не построит!

Я вообще не заметила в деревне новых домов. Или они сразу такими черными становятся? Но женщина пояснила, что молодежь сейчас строит подальше от болот, в глубине леса. Там и посуше, и огород можно разбить.

Это было логичным поступком, потому как вблизи болот жить практически невозможно. Я чувствовала, что, несмотря на протопленный печкой дом, одежда моя влажная, и уже хотелось начать кашлять, потому как грудь начало щекотать.

Время было уже позднее, мы ждали возвращения мужчин этого дома, когда я решилась начать разговор о том, что меня интересует. Хотя странно, что женщина ни разу не спросила о том, кто я такая и зачем сюда приехала.

— Скажите, Марва, — начала я. — Кто у вас здесь долгожитель? Кому-нибудь есть больше восьмидесяти пяти лет?

Женщина мыла посуду после нашего с ней скромного ужина, но внезапно замерла и спросила подозрительно:

— А вы, кстати, с какой целью интересуетесь?

Видимо, только сейчас до нее стало доходить, что все это время разговаривала исключительно она и о своей гостье не знает ровным счетом ничего.

— А, — притворно воскликнула я, будто забыла что-то важное. — Я же не представилась! Меня зовут Мики Оос, я приехала написать статью о вашем земляке, о мальчике по имени Тонис Грэм, который семьдесят лет назад стоял на обороне крепости Ширас и не дал темным захватить нашу империю.

Я старалась говорить так пафосно, чтобы у женщины даже не осталось сомнения в том, что ее земляк совершил поистине героический поступок.

— Да вы что? — изумилась она, и я поняла: она теперь моя союзница. — А я о таком и не слышала, может, мама моя? Так ее и в живых нет!

А вот это уже хуже, надеюсь, хоть кто-то остался достаточно старый, чтобы вспомнить об этом человеке, мне было важно знать, умер он здесь или отправился куда-то. А может, он все еще жив, но точно не в этой деревне. Марва четко сказала, что понятия не имеет, о ком идет речь,а в таком малолюдном поселении все друг друга знают.

— А может, все-таки есть у вас долгожители, которые могли бы вспомнить этого мальчика? — я еще раз задала вопрос, на который так и не получила ответа.

— Есть у нас нас один старикашка, дед Фимодий, правда вредный, — протянула она, вытирая руки о фартук.

— Покажете завтра, где найти его можно? — воодушевилась я, подпрыгивая на стуле.

— Да уж конечно, покажу! Только с вами не пойду, а то еще кинет в меня чем-нибудь! — замахала она руками.

Я и не собиралась ее с собой брать, ведь спрашивать буду не совсем о том, о чем сказала Марве, поэтому и хотела с этим стариком поговорить один на один.

Вскоре пришли мужчины, и я поспешила скрыться в другой комнате, где сразу же легла в кровать. Знала, что лучше в сейчас на кухне не суетиться. Марва сама со всем справится, пусть семья отдохнет и поговорит без посторонних глаз.

Рано утром я проснулась от холода, печка уже давно прогорела и больше не являлась источником тепла в доме. Я не знала, проснулись ли уже хозяева дома, но на всякий случай плотнее укуталась одеялом и попробовать еще поспать. Но замерзшие ноги говорили о том, что пора вставать и как-то согреваться.

За шторкой никого не оказалось, значит хозяева уже принялись за работу.

Действительно, Марва растапливала печь и при моем появлении загремела кастрюлями. Мужчин нигде не было видно, но женщина объяснила, что перед едой они хотели успеть натаскать дров и воды. До их прихода я успела отведать предложенный завтрак и быстро ретироваться, потому как на маленькой кухне и вдвоем тяжело развернуться, а уж вчетвером и подавно.

Бодрой походкой отправилась на поиски дома, снабженная подробными инструкциями по его местонахождению. В деревне было очень пустынно, я снова почувствовала себя героиней страшного романа. Чудилось, что за каждым углом меня поджидает опасность. Я замечала, как из-за мутных оконных стекол на меня поглядывали женщины.

Пока двигалась в указанном направлении, из домов начали выходить мужчины и двигаться в сторону болот. Они походили на зомби, которыми пугают детей, когда те не слушают родителей. Плечи опущены, ноги шаркают по земле. Казалось, что эти люди сломлены и подавлены. Их будущее точно такое же, как настоящее, и оно очень безрадостное.

Дед Фимодий жил на другом конце деревни, в одном из крайних домов, рядом было только заброшенное полуразрушенное строение, больше похожее на шалаш. Я неуверенно подошла к двери дома, которая опустилась практически до земли, хотя когда-то, наверное, к ней вели ступени.

Пришлось стучаться несколько минут, прежде чем мне открыл дверь сухонький старик, который еле ноги передвигал. Он посмотрел на меня полуслепыми глазами, подернутыми белой пеленой.

— Че надо? — рявкнул он, и стало понятно: разговор будет непростым.

Даже не знала, как к нему подступиться, с чего начать наш диалог.

— Здравствуйте, мистер Фимодий, я к вам, — не нашла ничего лучше как просто поздороваться.

— Нечего ко мне ходить, что тут фифе городской понадобилось? — проскрипел он, но дверь перед носом не закрыл, и это вселило в меня уверенность, что смогу у него что-нибудь выведать.

— Я пришла, чтобы узнать про одного человека — Тониса Грэма! — решила сразу перейти к сути дела, не затягивая приветствие.

— О Тони? — ахнул он и пошатнулся.

Странная реакция мужчины натолкнула меня на мысль, что он очень хорошо его знал.

— Он ваш брат? — спросила наугад.

Старик замотал головой и начал пятиться, открывая для меня путь в дом.

— Сын, — прошептал он.

Мы прошли в дом и старик просто упал на единственный колченогий стул. Я встала у окна и подождала пока он придет в себя. Наверное, уже много лет не вспоминал о нем, скорее всего и не в курсе, где он сейчас, жив или нет.

— Кто вы? — прохрипел он, положив локти на стол и уронив на них голову.

— Меня зовут Мики Оос, я хотела бы написать статью о вашем сыне, он же один из немногих, кто остался в живых после событий в крепости Ширас, — осторожно сказала я, не зная, какой реакции ожидать.

— А у него-то чего сами не спросили? — он поднял на меня глаза.

— Я не знаю, жив ли он, не знаю, где он, вот и приехала сюда, чтобы проследить его путь после того, как он уволился из армии, — мягко проговорила я.

— А что я вам скажу? Он и был-то тут пару месяцев, да пил все время, горе какое-то заливал! — покачал он головой.