Чтение онлайн

– Мама, я не об этом… У меня не осталось друзей, парня…

Мама обхватила моё лицо ладонями и посмотрела в глаза:

– А разве это были друзья? К тому же кто тебе мешает завести новых, только теперь уже настоящих.

– Где я их возьму, если меня отправят в тюрьму или на исправительные работы?! – я потёрлась о её нежные руки и с грустью посмотрела на мать.

Какая же она у меня красивая. Длинные шоколадные волосы, как у меня. Высокая причёска в виде пучка и нескольких игриво выпущенных локонов. Большие зелёные глаза на идеально вылепленном, без единой морщинки, лице. Стройная фигура, маникюр, лёгкий макияж. Изысканный наряд: длинное тёмно-синее платье, соответствовавшее последним модным тенденциям; белый пиджак, небрежно накинутый плечи; туфли на устойчивом каблуке, элегантная сумочка, скромные драгоценности. Но больше всего её украшало не это, а любовь и доброта, исходившие от неё.

– Лакшми, ты должна понимать, что какого бы хорошего адвоката ни нанял твой отец, он не поможет. Да и сам бог тут не помог бы. Оборотни постараются добиться высшей меры наказания и положат на это все свои силы и средства. Но ты, мой ангел, должна быть храброй и сильной. Знай, мы всегда будем любить тебя, неважно что произойдёт и чем закончится суд. Даже если тебя отправят на исправительные работы, помни, что и оттуда люди возвращаются. И ты выберешься!

Мама говорила так решительно и была так не похожа на саму себя, что мне стало даже стыдно за свои слёзы.

– Выше нос, ты же моя принцесса! Ты со всеми напастями справишься! Я верю в тебя. Все мы верим. Ты же дочь своего отца! Савицкая!

Я обняла маму. Умеет она найти нужные слова. Родительница крепко сжала в ответ и несколько минут просто посидела рядом, слегка покачивая меня, как ребёнка. А потом отстранилась:

– Ладно, будет тебе! Хватит киснуть, тебе пора собираться. Суд будет в одиннадцать часов. А тебе ещё надо помыться.

Мама раскрыла сумочку, вытащила шампунь и кучу всяких волшебных масочек, кремов, тоников, патчей.

– Решила побаловать меня на прощание? – я улыбнулась, рассматривая это богатство.

– Просто хочу, чтобы ты выглядела красивой, и пусть они там сдохнут от злости, – возразила мамуля и сжала свои кулачки.

В итоге на суд меня снарядили как на свидание: намыли, накрасили, причесали и одели в очаровательное нежно-голубое платье длиной до колена. Несмотря на простой крой узкого полуприлегающего силуэта, оно выглядело роскошно. Его изюминкой являлась сама ткань с нежным цветочным узором. Мамуля создала мне самый невинный образ из возможных.

Я оценивающе посмотрела на себя в зеркало. За время болезни я не похудела и не растолстела. Какой была, такой и осталась. Только в глазах появилась усталость. В палату вошла бабушка и кинулась меня обнимать, прерывая моё самолюбование.

– Верочка, ты что думаешь, они её не узнают или восхитятся и отпустят? – переспросила она, рассматривая меня.

– Нет, мама хочет, чтобы они лопнули от злости, – возразила я.

– Ах, ну это вполне возможно. Лакшми выглядит как цветочек, – усмехнулась ба. – Ой, я вам перекусить принесла, – спохватилась она. В общем, бабушки, они у всех бабушки. Всегда и всех кормят.

Ровно через пять минут мы жевали домашние пироги, запивали их домашним компотом и хвалили бабулю. Вскоре пришли отец и брат, чтобы пожелать удачи на суде и обнять меня напоследок. Я еле удержалась от того, чтобы не расплакаться. Мои родные любимые и самые близкие, как я была рада, что они у меня есть – моя семья.---------Всем прекрасного утра) Продолжение завтра!

Сам процесс я не запомнила, видимо, переволновалась. Зато хорошо запомнила лица на стороне потерпевших. Оборотни – красивые, с атлетическими фигурами, надменные и гордые. Они разглядывали меня, кто с интересом, кто с ненавистью, кто с презрением, кто с жалостью. Я делала вид, что мне плевать, что я выше этого. Да, мне искренне жаль того парня – Джорджа Ладлоу, но и калечить свою жизнь, я не желала.

Меня пару раз спрашивали о случившемся, и я добровольно всё рассказывала, как мы условились с адвокатом. По его прогнозам, мне грозил всего лишь штраф, так как парень был сам виноват в случившемся. Однако он не рассчитывал, что осерчавшие родители представят иные доказательства. Откуда-то взялись свидетели и снимки, что я проехала на красный свет, а бедный "мальчик" стал добропорядочным пешеходом. Мои заявления, что там и в помине не было светофора, снова отмели как наглое враньё. Ибо, оказывается, светофор там стоял ещё до моего рождения, и стоять будет даже после моей смерти. В общем, проиграли мы с треском. Суд меня приговорил к высшей мере наказания – пяти годам исправительных работ, по устранению последствий вторжения внеземной формы жизни.

Мама упала в обморок, судорожно прижав ладошки ко рту, отец чуть было не полез в драку, хорошо хоть Аркадий Валерьевич вовремя его удержал. Бабушка плакала и причитала: «Ой, сгубят мою кровиночку». Только Костик стойко всё воспринял. Я подмигнула ему. Он лишь улыбнулся в ответ. Хороший парень растёт. Я отвернулась, больше не в силах смотреть на семью.

Некоторые из присутствовавших сторонников потерпевших хмурились, шептались и качали головой. Видимо, жалели бедную девочку. Мне уже стало плевать. В конце концов, мы предполагали, что всё закончится худшим образом. Я думала лишь о том, как мне выжить в надвигающемся кошмаре. Кажется, это будет пострашнее моих ночных игр воображения и куда смертельней.

Адвокат попробовал оспорить приговор, но суд заявил: «Решение окончательное и обжалованию не подлежит».

Моим родным не дали даже со мной попрощаться, тут же взяли под стражу. Мама едва сумела передать сумку с необходимыми и дозволенными вещами.

Конвоиры грубо толкнули меня в спину, вывели из здания и усадили в машину без окон. Я поудобнее устроилась на лавке и прислонилась спиной к разделяющей меня и водителей перегородке.

– Вот девке не повезло, – констатировал факт один из охранников.

– Да, просто бедолажка попалась под горячую руку и других виноватых не найти. Клан Ладлоу самый мстительный, – ответил второй конвоир.

Я отодвинулась подальше, не желая слушать эти разглагольствования. Не хочу, чтобы меня жалели! Судьба преподнесла мне великолепный урок. Теперь я буду следовать всем мерам безопасности и выбирать друзей более тщательно.

***

Пару дней меня продержали в одиночной камере, а перед тем как выпустить, выдали стандартную серую форму. Это значило одно – сегодня день отправки в колонию. Я быстро собрала свои нехитрые пожитки и переоделась, сложив красивое платье на дно сумки. Едва успела застегнуть молнию, как дверь камеры открылась и вошла надзирательница.

– Савицкая, на выход! – скомандовала женщина в чёрной форме с зачёсанными назад волосами.

Меня и ещё два десятка таких же девушек и женщин построили на площадке перед СИЗО. Вперёд вышла надзирательница и начала речь:

– Итак, сегодня, дорогие дамы, вас ждёт увлекательное путешествие к месту отбытия вашего наказания. Вы едете на самую красивую колонию Марса, которая славится своими курортами, – она ехидно посмеялась. – Правда, сначала вам там придётся немного прибраться, а потом вам, так и быть, разрешат искупаться в кристально чистых водах. Недавно там был совершён прорыв гидр, и вам предстоит устранять последствия этого бедствия, а также ликвидировать токсины, оставшиеся от монстров. Подробнее узнаёте на месте.-----Доброго утра! Продолжение завтра)