Чтение онлайн

На протяжении последующих четырех лет Яков курсировал между двором своей матери в Париже, резиденцией сестры, герцогини Оранской, в Гааге и островом Джерси, который продолжал признавать Стюартов своими правителями. Он также поддерживал Карла II в подготовке его похода в Шотландию и старался уладить свои финансовые проблемы путем поиска достаточно состоятельной невесты. Когда зги планы провалились, а шотландский поход его брата закончился поражением, принц в 1652 году решил вступить во французскую армию. Сражаясь под командованием виконта Тюренна, Яков получил ценный опыт ведения военных кампаний, который, как он писал в своем дневнике, надеялся использовать в будущем, чтобы поддержать попытки Стюартов вернуть себе корону. Он завершил службу по приказу брата, который хотел, чтобы Яков был рядом с ним. Позже Карл, в надежде на мощную поддержку Габсбургов, распорядился, чтобы он поступил в испанскую армию.

Для Якова это означало, что он будет сражаться со своими прежними товарищами по оружию. Несмотря на это, он хорошо справлялся с обязанностями офицера испанской армии. Много времени он провел в Нидерландах, что позволяло ему поддерживать регулярные контакты со своей сестрой Марией. Во время пребывания при ее дворе у Якова случился роман с одной из фрейлин, Анной, дочерью Эдуарда Хайда-советника Карла. Когда оказалось, что Анна ждет ребенка, Яков обещал жениться на ней. После того как об обещании узнал Карл, отказаться от своих слов Яков уже не смог.

Брак вызвал огромный скандал, тем более что очень скоро ситуация Якова диаметрально изменилась. После реставрации монархии в Англии в 1660 году он оказался наследником английского и шотландского престолов, а также лордом-адмиралом английского флота. Будучи самым старшим из живых братьев короля, он стал вторым лицом в стране, а следовательно, мог жениться на женщине, значительно превосходившей положением Анну.

Однако Карл был непреклонен, и пара, которая, вероятно, тайно обвенчалась еще в Голландии, в сентябре 1660 года официально предстала перед алтарем в Лондоне.

В последующие годы Яков, по утверждению одного венецианского дипломата, в очень незначительной степени участвовал в государственных делах и занимался прежде всего собственными утехами. Он был известен большим числом любовниц и был страстным охотником, хотя в отличие от своего брата избегал алкоголя и никогда не играл в азартные игры. Он также почти не занимался политикой, сосредоточив свое внимание на флоте, командующим которого был назначен. Будучи лордом-адмиралом, он отвечал за строительство новых кораблей и действия эскадры во время военного конфликта с Голландией. В сентябре 1666 года брат поручил ему контролировать ситуацию после Великого лондонского пожара — отряды под его командованием стояли на страже общественного порядка в городе, а сам Яков координировал акции по тушению огня.

Вероятнее всего, в конце 60-х принц начал склоняться к католичеству. Неизвестно, когда именно он перешел в католическую веру, но с середины 70-х это уже было секретом Полишинеля — принц не принимал участия в англиканских богослужениях, он оставил пост командующего флотом, дабы не приносить присягу, противоречащую учению Католической церкви, а Папа признал его заключенный в 1673 году брак с католичкой, дочерью герцога Моденского Марией Беатриче. (Анна умерла еще в 1671 году, оставив Якову II двух дочерей: Марию и Анну.)

Принимая во внимание положение Якова, вопрос его вероисповедания имел политическое значение, особенно в связи с усилением в Англии антикатолических настроений. В 1678 году появились слухи о заговоре католиков (Папистский заговор), целью которого якобы было совершение государственного переворота. Большая часть общества и политиков, опасаясь все более реальной угрозы восшествия на трон монарха-католика, старалась исключить Якова из числа наследников. Однако это встретило сопротивление со стороны Карла II, который заблокировал внесение соответствующих изменений в законы. Политический спор вокруг Якова существенным образом повлиял на формирование двух политических лагерей, которые в будущем стали доминировать на британской политической сцене: сторонников короля, не соглашавшихся исключить Якова, герцога Йоркского, из числа наследников трона, начали называть тори, а их противников, стремившихся обеспечить преемника короля — протестанта, прозвали вигами.

Поскольку ситуация зашла в тупик, было подготовлено обращение к Якову, призывавшее его вернуться в лоно Англиканской церкви, но тот ответил отказом. В этой связи король согласился на некоторое время устранить герцога из общественной жизни — весной 1679 года Яков выехал в Брюссель, а с октября того же года до весны 1682-го он находился в Эдинбурге, где даже сумел завоевать некоторую популярность.

По возвращении в Лондон он вновь начал участвовать в политической жизни и делах флота, однако не смог договориться с противниками католичества. Когда в феврале 1685 года он стал королем, первые недели его правления были довольно спокойными. Более того, созванный им парламент был настроен к нему положительно, хотя это могло быть обусловлено стремлением любой ценой избежать гражданской войны, которая разразилась бы, если бы король не смог усмирить бунт под руководством графа Аргайла и старшего незаконнорожденного сына Карла II Джеймса Скотта, герцога Монмута, объявившего себя претендентом на трон, а Якова назвавшего узурпатором. Мятеж довольно быстро был подавлен — уже в июле бунтовщики были схвачены, приговорены к казни и обезглавлены.

Однако «медовый месяц» короля и его подданных продолжался недолго — действия монарха, который решительно ослабил антикатолическое законодательство, и конфликты между придворными и высокопоставленными политиками действовали во вред королю. Постепенно при дворе начала формироваться хорошо организованная оппозиция, которая могла рассчитывать на поддержку королевского зятя Вильгельма, герцога Оранского. Когда было объявлено, что Мария Беатриче беременна, ситуация накалилась до предела, а когда королева родила сына, оппозиционеры уже не намеревались сидеть сложа руки. Семеро из них (так называемая «Бессмертная семерка») обратились к Вильгельму с официальной просьбой начать военное вторжение против Англии и захватить власть в стране. Через несколько недель стало ясно, что герцог на самом деле готов к оккупации. Однако это не склонило Якова на уступки по отношению ко все более сильной оппозиции. Король, убежденный, что он храним провидением (доказательством чего якобы было рождение сына и факт, что первая попытка высадки отрядов Вильгельма на английский берег закончилась неудачей из-за плохой погоды), не мог понять, что его покидают прежние сторонники и даже собственные дочери. В середине декабря ситуация настолько ухудшилась, что ему пришлось бежать из Лондона. Во время побега он был узнан и захвачен в плен, но верный ему отряд сумел отбить его. Король вернулся в столицу, однако вскоре перед лицом приближающегося противника ему пришлось бежать снова. На этот раз его отступление прикрывали голландцы. 23 декабря 1688 года ему удалось (очевидно, с молчаливого согласия зятя) провести своих «защитников» и убежать на побережье, откуда он отплыл во Францию.

В Париже Якова уже ждала жена, сын и несколько самых верных соратников. Английских беженцев разместили в довольно комфортабельных условиях в замке Сен-Жермен-ан-Ле, где бывшему монарху пришлось провести остаток жизни. Правда, гостеприимство Людовика XIV не было бескорыстным. Для французского короля весьма желательным было поражение армии Вильгельма, поэтому в марте 1689 года Яков отплыл в Ирландию, чтобы возглавить там силы сопротивления. Экспедиция закончилась поражением. Яков, побежденный силами оранжистов при Бойне, сдался и вернулся во Францию.

Последующие годы он посвятил прежде всего своей семье — в 1692 году на свет появилась его самая младшая дочь, Луиза Мария Тереза, — а также написанию религиозных трактатов и воспоминаний. Их чтение показывает, что свои неудачи у кормила власти и последовавшее за этим изгнание он считал расплатой за проступки, совершенные в молодости. Он также никогда не смирился с фактом, что его собственные дочери выступили против него. Когда в 1697 году Людовик XIV официально признал Вильгельма королем Англии, Яков стал так набожен, что его религиозные практики начали беспокоить даже его исповедника, опасавшегося за здоровье бывшего короля, которое и в самом деле неумолимо ухудшалось. В августе 1701 года его настиг недуг, оказавшийся последним. Яков умер 5 сентября после двухнедельной агонии. Его тело было захоронено в парижском костеле бенедиктинцев на улице Сен-Жак. Похороны в Вестминстерском аббатстве, на которые он, будучи коронованным монархом Англии, имел право претендовать, никогда не состоялись. Во время Французской революции гробница короля была осквернена, а его тело в течение нескольких месяцев было выставлено на потеху зевакам.

О Марии когда-то говорили, что она попрала четвертую заповедь «Почитай отца своего», чтобы ее муж Вильгельм Оранский наконец перестал грешить и пренебрегать шестой заповедью «Не прелюбодействуй». В этих язвительных словах было много правды. На личную жизнь Марии, ее отношения с отцом, мужем и даже сестрой постоянно влияла большая ноли гика.

Мария, старшая дочь Якова II, герцога Йоркского, и его жены Анны Хайд, родилась 30 апреля 1662 года в Лондоне. Вначале ничто не предвещало, что когда-либо она может занять престол, — она была дочерью младшего брата Карла II, который вот-вот должен был жениться. Кроме того, у ее родителей также мог родиться сын, который имел бы преимущество перед ней в вопросе наследования трона. Однако довольно быстро оказалось, что леди Мэри, как ее называли, в будущем может сыграть значительную роль, так как брак ее дяди остался бездетным, а отец перешел в католичество.