Чтение онлайн

– Я говорила, что их было двое! – лупила и обнимала она меня одновременно.

Я ничего не понимала, сонная. Она склонилась над ногой, читая вслух стершийся номер и рыдая.

– Вторая где!!!

Я сонно послушно подняла вторую ногу.

– Я спрашиваю про сестру! – взревела она. – Я говорила, что их двое! – сквозь зубы повторяла она, лупя меня. – Как можно было так издеваться над матерью, не сказать?

Она тут же заливала меня слезами и прижимала меня.

– Она что, моя бабушка? – сонно равнодушно спросила меня привставшая Принцесса. – Люба что, тоже дура, тоже теряла дочерей и не могла вспомнить, что ты ее дочка?

Люба яростно сверкнула на нее.

– Где вторая!!?? – со слезами заорала она мне. – Немедленно сюда ее!

Я ничего не понимала. Но взяла купленный мне Любой телефон и набрала Юлин номер в больнице. Мне молча кинул бумажку с ним один из ее бойцов, когда я освобождала заложников. Нужно было разобраться. Люба – мама?

– Ю..., привет, это я, – растеряно сказала я, не в силах понять, как мне вести себя с сестрой.

– Ты где!? – тут же перебила она меня Юля.

– Слушай, а ты говорила, Люба-кардиохирург... Она говорит...

– Где ты с ней встретилась? – вскрикнула Юля.

– Я у нее дома... – растеряно сказала я. – Она...

– Что!? Я сейчас! Как ты там оказалась?! – как-то подозрительно и мрачно ввизгнула сестра. – Без меня, сама, не подождав и меня...

– Ну, я у нее дома лечилась месяц от ранения... – неловко маясь, сказала я. – Живу несколько месяцев...

– Чтоооо?!? – ахнув, страшно прошипела Юля, и в голосе ее были слезы. – Ну! Б! – она задохнулась в ярости и от слез. – Я сейчас... Ты опять первая!!!!

Трубка замолкла.

– Немедленно сюда! – яростно скомандовала Люба в трубку.

Но трубка молчала. Только за окном раздавался далекий шум мотоцикла где-то далеко-далеко.

Я молча сидела. И ни о чем не думала. Почему Юля так заревела? Что случилось?

Я посмотрела на окно. Там мелькнула тень.

Не успела я одуматься, как через открытое окно ворвалась Юлька, непонятно как возникшая на этаже.

– Я тебя первая нашла! – закричала она Любе.

И стала меня бить.

– Гадина, боже, какая гадина! – со слезами кричала она мне. И обернув голову к Любе, отчаянно по детски выкрикнула, размазав дикие слезы: – Это я тебя нашла!!!

Это было чудовищное горе души.

Я попыталась немного вырваться.

– Я тебя нашла и сказала ей, – плакала Юля. – Я тогда была ранена, а, выздоровев, все ждала ее, чтоб пойти к тебе вместе. Как сестры. Ждала ее как сестру. А она... пока я больна... Ах, гадина!!! – Юля снова накинулась на меня.

Я изловчилась, и попыталась обхватить ее.

– Тихо! – успокаивающе прошептала я. – Люба подобрала меня мертвой и спасла от убийц. В больнице меня просто б убили. Этот месяц я так же была без сознания, а тебя она вообще лечила первую, я вызвала...

Юля не сдавалась, и, ревя, отчаянно меня лупила. Я терпела. Должен же быть козел отпущения!

– Успокойтесь и сядьте! – рявкнул на нас белобрысый, странно с болью смотря на нас обеих.

Мы мгновенно почему-то сели на стульчик.

– А это кто такой? – нагло спросила Юля, подозрительно и пронзительно глядя на него. Мне показалось, что она все понимала, но просто не хотела принимать.

– Твой непосредственный начальник... – тихо сказал он. – Простить себе не могу, что не изучил все дела... Я муж Любы. Это наши дочери, Люба.

– А Саня как же?! – подозрительно фыркнула Юля.

– А Саня была мне как дочь вместо вас, – горько сказал белобрысый, – ведь я во всех девчонках вашего возраста все равно видел своих дочерей... Не было у нас с ней ничего, можете посмотреть в архивах курса в отчетах следящих за преподавателями курсантов...

Юля примолкла.

Я подтвердила его слова.

Люба лишь укоризненно покачала головой на Юлю, но особо не обратила внимания на это. И странно смотрела на нас обеих.

А потом отлупила Юлю и посмотрела тату. Отлупила с наслаждением.

– Я же думала, что я схожу с ума! – в сердцах сказала она, со слезами рассматривая Юлю. – Как вы могли так поступать с матерью?!

– У нее все признаки не зеркальные, а пересаженные, как у Пули, – тихо сказал папа в ответ на взгляд Любы, что недоуменно смотрела на родинки не с той стороны. – Я их обеих проверил на генетический анализ на отцовство, взял пробу, пока они были ранены. Они обе наши дочери. Послушай, у Юли сердце бьется справа.

Люба как обняла Юлю, так и не расставалась. И плакала.

Я ревниво подлезла к ним под руки.

Люба сравнила нас.

– Не ищи зеркального расхождения, – тихо сказал белобрысый. – Его нет, Юлю сделали пластическими операциями полностью похожей на Пулю.

– Зачем? – механически спросила мама, изо всех сил прижимая нас к себе.

– Чтобы убить и заменить собой Пулю, – брякнул папа.

– Что?

– Это они так думали, я же была, чтобы защитить и охранить Пулю... – Юля тут снова вспомнила обо мне, – эту гадину!

Она попыталась больно ударить меня снова, но мама остановила ее.

– Не бей бедную неразумную девочку, она оказалась раненной и нищей на улице...

Я быстро спрятала письмо брата в кулаке. А то еще сестра подумает плохо.

– Что?!? – завопила яростно Юля. – Это она то неразумная и бедная!? – она, заметив, как я схватила письмо, с ходу вырвала конец его из моей руки, разорвав письмо по линии.

– “Пуля, зачем тебе “Микрософт”?” – недоумевающе прочитала по слогам она отрывок, а потом выкрикнула. – Мама, это она бедная!? Это она глупая, полтора квадрата только за один день ухнула – фук, и нету? Это она идиотка, “зачем тебе Микрософт”?!

Я растеряно сидела и не понимала, почему меня ругают. Зачем мне этот Микрософт?

Белобрысый, не став разнимать детей, молча выложил на стол коробку с “моими” драгоценностями и раскрыл ее. Рубины и алмазы чудовищно сверкнули огнем. Все ахнули. Вся женская часть склонилась над ними.

Юля недоверчиво взяла руками рубины.

Люба побледнела как полотно.

Я сидела молча и отвернулась, пока они все трое разглядывали их.

.- У тебя есть еще тетка, Люба, сестра твоей матери, а у вас бабушка, дети, с которой всем придется познакомиться... – сказал белобрысый.