Чтение онлайн

– Я хотела оборотней посмотреть, – чуть смутившись, призналась она.

– Оборотней?!

– Ну да. Мне про них баба Дуся рассказывала. Мол, живут в лесу три медведя. Только они не настоящие медведи, а люди, которые умеют превращаться в зверей. Мама говорит, что это сказки, и оборотней на самом деле не бывает. Вот я и решила проверить.

– Ну дает! – покачал головой Мишутка. – А если бы вы правда встретились? Они бы тебя разодрали на мелкие кусочки!

Щеки девочки побледнели.

– Хорошо, что оборотни действительно встречаются только в сказках, – поспешил сказать Миша. – Но гулять по лесу в одиночку действительно очень опасно. Можно увязнуть в болоте или сгинуть в чаще. Тебе, Варенька, здорово повезло, что ты набрела на нашу загородную избушку.

– Точно, – кивнула я. – Однако нашей гостье пора возвращаться домой. Скоро наступят сумерки, и Варина мама наверняка начнет волноваться.

– Я не знаю куда идти, – призналась Варя. – Если вернусь в лес, снова заблужусь.

– Я тебя провожу до деревни, – улыбнулась ей. – Мишутка, ты с нами?

– С вами, – кивнул сын. – На обратном пути малинник проверим. Там как раз ягоды должны были поспеть.

Прежде чем отправляться в обратный путь, я хотела напоить гостью чаем, однако она от угощения отказалась. Судя по пустой упаковке от печенья, голодной девочка уже не была.

Муж остался приводить в порядок стул и окно, а мы двинулись в сторону деревни. Мишутка с Варей шли впереди и тихонько переговаривались.

– Миша, а почему ваш домик стоит в лесу, а не в деревне, как у других?

– Чтобы отдохнуть от шума и людей, – важно ответил мой сын. – Побыть одним, понимаешь? Тишину послушать, воздухом подышать…

– Но ведь это скучно! В лесу же не с кем играть!

– Ну да, – согласился Миша. – Это, конечно, не очень приятно. Но ведь мы приезжаем сюда ненадолго – только на выходные, да и то не каждую неделю. Мама и папа в городе работают, поэтому задерживаться мы не можем.

– Миша, а можно я к вам завтра снова приду?

– Ты что! А если опять заблудишься? Давай лучше я к тебе.

– А ты сам-то не заплутаешь?

– Не заплутаю. Я в этих местах каждый куст знаю.

– Здорово! Тогда, конечно, приходи. Наш дом третий с краю, ты его сразу узнаешь – у него зеленый забор и большой деревянный петух на крыше…

Мы проводили Варю до околицы. Когда девчушка скрылась из вида, я повернулась к сыну и хитро улыбнулась.

– Хорошая девочка, правда, Мишутка?

– Правда, – кивнул он.

– Ты, что же, действительно собираешься завтра ее навестить?

– Почему бы и нет, – он пожал плечами. – Она, конечно, рева, но в целом ничего, веселая. Мам, а можно я ей лесной малины нарву?

– Сначала нужно проверить, поспела ли она.

– Я проверю. Прямо сейчас. Можно?

– Можно, – кивнула я. – Только сначала разденься. Твои шорты, если помнишь, совсем новые. Будет обидно, если ты их порвешь.

Сын кивнул и живо сбросил с себя одежду. Потом потянулся все телом, и спустя пару мгновений на месте десятилетнего мальчика стоял крупный мохнатый медвежонок.

– Я пойду домой, – предупредила его. – И ты надолго не задерживайся. Сегодня нужно лечь спать пораньше – завтра с утра на охоту пойдем. Договорились?

Мишутка снова кивнул и неслышно юркнул в кусты. Я подобрала его одежду, и двинулась вперед по тропинке.

Миша прав, деревянные окна действительно стоит заменить на пластиковые. Мало ли какая любопытная Варенька к нам заберется в следующий раз?..

Мои дни проходят одинаково, каждый следующий похож на предыдущий. Я сижу на пороге и пряду. Когда-то это было моим любимым занятием, однако теперь пальцы быстро устают, и нить то и дело рвется.

Ближе к полудню я оставляю кудель и иду поливать грядки. Мой огородик скуден и мал – на узкой полоске земли растут только репа и капуста. Но я рада и этому. Когда они созреют, их можно будет засолить и понемногу есть в холодные зимние дни.

Когда солнце минует зенит, я отправляюсь варить похлебку – на ужин для себя и мужа. Выношу из землянки котел и готовлю прямо на улице на небольшой старой печурке, которую много лет назад за вязанку сушеной рыбы нам сложил местный мастер.

Муж возвращается домой до темноты, приносит невод и морских окуней. От него пахнет потом и соленой водой. Он очень устал, однако при виде меня на его лице появляется улыбка.

Мы женаты так давно, что я даже не вспомню, сколько десятилетий прошло со дня нашего венчания. Мы пережили много радости и горя, обнимались, бранились, порой крепко друг на друга обижались. Однако, на протяжении всех этих лет, приходя домой, муж по-прежнему улыбается. Он рад меня видеть, даже если я бываю не в духе, и ворчу, как глупая гусыня.

Впрочем, не в духе я бываю редко. Моя память стала дырявой, как решето, и я быстро забываю, из-за чего собиралась рассердиться. Поэтому тоже улыбаюсь – гораздо чаще, чем раньше.

Иногда мне кажется, что я забыла что-то важное. Что-то серьезное, из-за чего временами чувствую себя виноватой, но никак не могу вспомнить, что именно.

Муж говорит, я выдумываю чепуху, а потом переводит разговор на другую тему, явно пытаясь отвлечь меня от грустных мыслей.

Раз в неделю к нам в гости приходит сосед. Глядя на нашу землянку, он озабоченно цокает языком и помогает моему старику выровнять дверь или подправить крышу. На меня сосед бросает странные взгляды, будто ждет, что я взлечу в небо или отчебучу еще что-нибудь в этом роде.

Я не понимаю его взглядов, но стараюсь не обращать на них внимание. Задавать вопросы бесполезно, на них все равно никто не ответит.

Перед уходом сосед отводит старика в сторону и заводит разговор, который тоже кажется мне непонятным.

– Что же ты, Митрий, к морю ходил?

– Ходил.

– Рыбу видал?

– А как же. Целую плетушку окуней принес.

– Да я не про эту рыбу, а про ту, блестящую… Видал?

– Нет. К чему мне она?

– Ну как же! Кликнул бы ее, поклонился в пояс и попросил вернуть все, как было.