Субстратум:Из пепла
Шрифт:
– Где огонь?!
– Воскликнула бывшая официантка с рыжими волосами.
– Все в порядке? О,...святая корова, это ты его так?
Она перевела взгляд то ли на Дэниела то ли на землю, затем на Кэтрин, видимо задавая вопрос ей. В её глазах застыло неподдельное чувство удивления и радости.
– Максин.
– Раздраженно упрекнул Карл её.
– Что? Онауделала демона.
Карлос сглотнул. Он поднял кулон Кэтрин, держащий в руках и показал ей, нахмурившись, впечатывая Максин глазами.
– Главное - как.
Глаза Кейт округлились. Она осторожно посмотрела на отметину на её ладони, затем на кулон повторявший рисунок в точь-точь.
– Не может быть. Я не...- Она заметала глазами, и наткнулась на другое странно подгоревшее черное иссохшее тело. Это был Джозеф.
– О боже!
Она взглянула на Дэниела, который в свою очередь уже был на ногах и оперся на колени, держась за переносицу. Он поймал её взгляд, и прошлой немощности ни следа. Он потянулся, окончательно регенерировавшийся.
– Что-то не так, милая?
– Он посмотрела на кости рядом с собой.
– Хочешь извиниться? Ох, не надо, не смотря на моего бедного брата, в следующий раз я буду вести себя осторожнее, когда оторву твои руки.
Он оскалился и закивал. Сразу после его слов на него направилось странное оружие, похожее на лук у двоих хранителей.
– Ни шагу, - приказал другой парень.
– Ой, да что вы всполошились.- Он махнул на них рукой и снова обратился к ней.
– Я просто хотел сказать спасибо маленькой ведьмочке...- Пауза, - За то, что сделала из него котлету.
Нет, Кэтрин не верила. Разве она могла сотворить такое, хоть даже с демоном? Она попятилась назад и отвернулась, избегая его взгляда.
– Не зная тебя, я бы даже подумал, что ты на моей стороне.
Кэтрин задавалась вопросом о сути слов, хотя она вообще не должна слушать его. Все, что он говорил, была манипуляция или игра.
– Ты еще поплатишься, - На этот раз выкрикнул Карл, сжимающий кулаки.
– Как ты...
– Кэтрин?
Кейт обернулась. На неё смотрела Ниди, осторожно выходивши из кустов в сопровождении того же темноволосого в плаще - видимо Бена, как назвала его Элаиза.
– Я нашел её неподалеку, - Объяснил тот.
Кэтрин с осторожностью стояла, не двигаясь, пытаясь различить признаки сестры. Но по выражению Кейт было видно, что она безмерно рада её видеть живой, несмотря на то, что наговорила Ниди.
– Кэтрин?
– Снова повторила она. Её глаза были полны растерянности и влаги. Она потрясла головой, чтобы хоть как-то стрясти с себя это состояние.
– Кэтрин, прости. Мне так жаль, мне так...Я не понимаю.
Кейт выдохнула. Вот это и есть прежняя Ниди. Она кинулась к ней и обняла. В ответ Ниди сжала её в более крепких объятиях.
– О, куколка наконец поумнела?
– Послышался голос Дэниела.
Ниди невольно разжала объятия и оглянулась с еще больше растерянностью.
– Что произошло?
– Хотя нет, извиняюсь, не поумнела.
Кейт кинула на него грозный взгляд. Если она его пыталась убить то, почему он остаётся таким нахальным весельчаком?
Ниди снова посмотрела на неё.
– Я не понимаю, что на меня нашло. Прости, я...Джозеф и я пытались убить тебя?
– Послушай, он прикасался к тебе?
– Спросила она, обеспокоенно осмотрев её с грозным видом.
– Нет, нет, но он...он все рассказал.
– С удивления её лицо сменилось на ясность и трепет.
– Я не твоя сестра.
Кейт яростно сглотнула, и посмотрела на бабушку. Конечно, она была права! Кэтрин кивнула. Боль исказилась на обоих девушках.
– Я поражаюсь, посреди всего хаоса, разрушения и войны, ты испытываешь милосердие?
– Дэниел медленно подходил в их сторону, Кейт смотря перед собой, не оборачиваясь, чувствовала, что он говорит именно ей и прожигает её нутро.
– Какая глупость.
Карл быстро загородил проход, яростно взметнув свой лук. Кейт заметила, что стрелы на нём горели каким-то странным веществом.
– Стой, где стоишь демон, а то покончу с твоим сердцем раз и навсегда.
– Нет!
Бабушка встала рядом с ним и подняла руку.
– О чем вы, Элаиза? Позвольте, завершить начатое!
– Умерь свой пыл, Карлос, и перестань потакать ему в гневе. Сейчас не время для войны.
– Она коснулась лука, отодвигая его и не сводя глаз с демона, который тем временем продолжал лукаво улыбаться.
– Но...
– Он уже труп. У слуг тьмы не было пощады в Пандемониуме. Pandemonium (прим. пер.
– столпотворение), - это мир или места, где царит разврат и распутство, места сборища злых духов и обиталище всех демонов в греческой мифологии, способностью чьих становится привносить в окружающее пространство - хаос, выпуская в мир смертных, странные и жуткие вещи.
Кривая улыбка Дэниела резко исчезла. Кейт поняла, что Элаиза говорила правду и так же поняла, что охота на неё и провалом стоило Дэниелу жизни во всех смыслах. Он яростно осмотрел их, пылая испепеляющим злом. После чего проблеск бешенства показался в его глазах, когда он послал новую угрожающую улыбку Кэтрин.
– Еще увидимся.
– И с этими словами исчез, превращаясь в какой-то странный сгусток черного дыма, взметая пыль и высокие листья.
– Я так не думаю.
– Ответил кто-то из хранителей и странно окрестился.
– Не время расслабляться, он может быть хоть где.
– Напрягся Бен, заражая тем самым остальных.
Карлос оглядывал с чересчур внимательностью вокруг и наткнулся на девушек, задержал свой взгляд на Ниди, с любопытством и удивлением изучив её, затем обратился к Кэтрин:
– Ты в порядке?
Она кивнула.
– Тогда давайте немедленно убираться отсюда.- Сказал Карл и напоследок оглянулся по сторонам.
Теперь Кейт прочувствовала и осознала, о какой войне шла речь. Все кто находились здесь, были настороже и понимали, как опасно находиться не только в городе, но и за пределами, и какой безрассудный поступок Кейт совершила. Элаиза нахмурено разглядывала Кэтрин, но молчала.
И война, поняла Кэтрин, война пробуждает умы самые жестокие и самые милосердные. Войной руководят люди жаждущие власти. И в каждом человеке, в каждой невинной личности живет крохотный демон, жаждущий прорваться наружу и низвергнуть весь свет. До этих пор она верила, что они есть и живут где-то внутри, в слепой ярости, под землей, в голове, но она не знала, что они явятся на землю, что они уже давно были здесь, и из маленьких они превратились в больших. Они являлись нам в виде подобных нас самих, чтобы напомнить, что мы также жестоки и красивы, но только они - изощренная увеличенная копия, маньеризм, своего рода одни слова из гиперболы. Но может это надежда или может это всего лишь отговорка, что человеком управляют демоны, а не он сам, что человек по праву и сущности самый чистый и милосердный?