Чтение онлайн

— Джеки, пусть это закончится, — прошептала Лиза, прижимая руки к обнажённой груди.

— Молчать, безвольная сука! Дай мальчику насладиться тем, что он заслуживает, ведь он хотел сделать это с тобой, не мы. С самой первой встречи мысль вертелась в твоей испорченной голове — изнасиловать её. Доставить удовольствие себе, не задумываясь о последствиях. Да тебе вообще было плевать, что с ней станется после того, как ты закончишь.

— Заткнись, мразь! — крикнул я, тут же получив удар в лицо, заставляющий на мгновение потеряться в пространстве.

— Кто это мразь? Ты, видимо, чересчур много о себе возомнил. Ещё раз напоминаю тебе, кто ответственен за смерть этой милой девчушки, — Все люди, находившиеся в помещении, протянули указательный палец в мою сторону, в тот же момент обретая черты лица тех, кого я когда-то убил. — Либо ты делаешь по-моему, либо же история приобретёт более трагичный финал. Выбирай, лжец, — Бишоп презрительно фыркнул, подходя к Лизе за спину, после чего резко схватил её за волосы, задрав голову. В его свободной руке блеснуло что-то острое, аккуратно прислонившись к шее девушки.

— Я убью тебя! Остановись, ублюдок….
– точное движение вскрыло глотку от края до края, давая крови выплеснуться наружу.

— Ты сам сделал свой выбор, как и тогда, — враг из прошлого отпустил волосы Лизы, подталкивая хрипящую девушку ко мне.

Её глаза поблекли, она повалилась, орошая кровью моё лицо. Руки пытались освободиться от наручников, только сильнее заставляя их вгрызаться в кожу, вызывая сильную боль. Я почувствовал горячее дыхание у самого уха и услышал слова, её последние слова.

— Это из-за тебя всё произошло, ты виноват в моей смерти, только ты….

Очередной виток, осточертевший коридор с множеством дверей и голубым туманом. С каждым разом становящимся всё более густым, непроницаемым, всё ярче освещая пространство вокруг. Две прошлые двери были так же подвергнуты завариванию, как и самая первая. В некоторых местах прорастали грибы, часть поверхностей была заполнена мхом, мерцая при взаимодействии с туманом. Да и само помещение изрядно постарело, поизносилось, словно я прыгнул вперёд во времени, наблюдая явные изменения окружения. Мои руки сами обхватили колени в надежде почувствовать себя хоть чуточку в безопасности, привести себя в относительный психологический порядок.

— Это всё нереально…. Нет, не может быть такого, этого просто не может быть, — окровавленные руки вцепились в волосы, крик мой, вероятно, был слышен на всём проклятом дредноуте. Я медленно лёг на пол, поджав под себя ноги как можно ближе.

Сотни голосов неустанно кричали в голове: женские, детские, мужские. Пытались осудить, успокоить, в каком-то роде подбодрить. Стоило прислушаться к одному, как его сразу же перебивали трое, ловишь пару слов троицы, присоединятся шестеро, и так до бесконечности, превращая всё в несуразную кашу нежного шёпота и яростной ругани. Только одна мысль металась в звенящем черепе, перебивая весь шум постоянно прибавляющихся голосов — «Я хочу, чтобы это закончилось!». Лихорадочные движения в надежде нащупать «Ластик» в набедренной кобуре, крик радости, когда оружие, наконец, в руках. Неприятный на вкус металлический ствол показался мне амброзией, тем, что я никогда в жизни ничего вкуснее не пробовал — вкус избавления. Палец нащупал спусковой механизм экспериментального оружия, нежно поглаживая, желая растянуть сладостный момент перед вечным забвением. Ещё немного, совсем капельку, вот оно! Чувство, когда ты сам владеешь своей жизнью, решаешь, жить тебе, или умереть — вот настоящая эйфория. Никто не способен доказать мне обратное, пока сам не окажется в данной ситуации.

Где-то на грани уплывающего в омуты безумия сознания послышался голос, точнее два голоса. Женский и мужской, они не кричали на меня, не осуждали, лишь шептали что-то сквозь почти непроницаемую завесу психической нестабильности. Мне удалось ухватиться за них, подтягивая всё ближе и ближе, различая целые слоги вместо отдельных букв. Заслушавшись странным дуэтом, я даже на миг забыл о том, что хотел сделать мгновение назад, настолько родными и спокойными были эти голоса.

«Ос-та-но-ви-сь»

Мозги рывком встали на место, запоздало сработал рвотный рефлекс из-за ствола «Ластика», засунутого мне в рот. Оружие мигом полетело в дальний конец коридора, давая, наконец, вдохнуть полной грудью. Я закашлялся, приступы тошноты переросли в спазмы, вызвавшие рвоту. Голова была готова расколоться надвое, из глаз градом лились слёзы. Всё тело било судорогой, знобило в невероятной лихорадке, не слушались ни руки, ни ноги. Не могу точно сказать, сколько я пробыл в таком состоянии: пару минут? Часов? Вечность? Последнее было самое убедительное, когда глаза мои разлепились, а дыхание выровнялось. От тумана осталась лёгкая дымка, окружающая место моего «отдыха», под ладонями ощущалась густая подушка люминесцирующего мха. Приложив немало усилий, мне удалось привести себя в вертикальное положение, вызвав ещё один приступ тошноты, который был подавлен. Почти, считай на волоске от бесславной кончины, распавшись на атомы на дырявой рухляди, которую когда-то величаво называли «Праймос», даже не представляю, насколько крошечного шага мне не хватило, чтобы нажать на спуск…. Меня всего передёрнуло от этой мысли.

Отдохнуть в полной мере не дали, за спиной послышался низкочастотный гул вперемешку с писком. Рука рефлекторно дёрнулась к набедренной кобуре, нащупывая лишь пустое место. До меня не слишком быстро начали доходить события недавнего времени, взгляд устремился в дальний угол помещения, выцепив тускло подсвечиваемую рукоятку дезинтегратора. Что-то прыгнуло из темноты, вцепившись в мою шею множеством манипуляторов, так сильно напоминающих лапки паука. Под вспыхнувшим манипулятором разошлась кожа, не способная ничего противопоставить лазерному резаку, способному прожигать листы тонкой стали. Под раздачу попала тыльная сторона ладони, закрывающая уязвимую часть тела от пучка сконцентрированной энергии, принимая большую часть разрушающего воздействия. Свободная рука схватила «Паука» за металлические лапки, обвивающие шею, пытаясь ослабить чудовищную хватку дройда. Луч, сбитый ударом наотмашь, скользнул по атомарной броне, уходя вниз, поджигая мох. С пояса сорвался узкий многофункциональный нож, тут же вошедший в сочленения между лапками «Паука». Ему это не понравилось настолько сильно, что он, ослабив хватку, спрыгнул, испуская ультразвуковой писк.

— Давай, сукин сын! — крикнул я, водя клинком с атомарной заточкой из стороны в сторону. — Только ты и я. Без подлых трюков, что скажешь? — хищная ухмылка расплылась на моём лице.

Оптика дройда блеснула красным светом, отвечая на вопрос лучше любых слов. Но я и не собирался следовать своим же правилам, метая нож в «Паука» уже в прыжке спиной в сторону выброшенного оружия. Тот чиркнул по оптическим сенсорам дройда, заставив того замешкаться и отступить лишь на секунду, которой мне хватило для нацеливания ствола «Ластика» в его сторону.

— Увидимся на том свете, тварь! — мой крик неожиданно громогласно прокатился по коридору. Палец уже вдавил спуск, запуская процесс формирования пучка дезинтегрирующей энергии.

Со стороны дройда внезапно вырвалась ослепительная вспышка света, сбивая прицеливание, уводя выстрел чуть выше положенного. Взрыв ударной волной вышвырнул меня из коридора, словно я ничего не весил, прикладывая меня об ближайшую стену соседнего помещения, отправляя в нокаут.

Пробуждение было не из приятных, спина отозвалась болью первая, после подключилось всё тело. Вот же мразь! Пустил световую вспышку, сбив выстрел, тем самым спас нас обоих…. Удачливая гнида, ничего не скажешь. А главное, умная, мне кажется, даже умнее меня в какой-то степени. Облокотившись на стену, я огляделся, осматривая место, куда меня забросило. Недавний коридор выводил в помещение с несколькими развилками и большой лестницей, уходящей на следующую палубу — «Капитанский мостик для запасного командующего состава». Интуиция подсказывала, что мне нужно именно туда, да и не только интуиция. Каждое из пяти органов чувств кричало об этом, особенно Псионика. Небывалое прежде ощущение эпицентра чего-то зловещего окутало разум, заставляя съежиться всем нутром, уважая невиданное устройство, способное на такое. В глазах двоилось, шум в ушах стал невыносим, мозг вопил от натуги, пытаясь то и дело увести меня в спасительные объятия тьмы, только я сопротивлялся.

Если спросят, никогда не смогу рассказать, как мне удалось встать в тот момент, откуда взялись силы, которых до этого не осталось. Пару минут назад я готов был распылить себя на атомы в приступе безумия, думая о спасении, спасительном забвении, а сейчас вдруг решил продолжить путь в один конец. Он с самого начала был таким, ещё с момента встречи меня и Саймона в том номере на космической станции рядом с поганым Курзатиц, одним из главных поставщиков «Пыльцы» — чумы 22-го века.

Словно древняя развалюха на протезах из прошлого века, я двинулся по лестнице в неизвестность, шаг за шагом приближаясь к источнику самого сильного Пси фона в галактике, когда-либо найденного человечеством. Мы-то открыли в себе талант к Псионике каких-то 50–60 лет назад, и это далеко не эволюционные установки, данные природой — “»Не трогать до 22-го века». Учёные наперегонки опровергали одну теорию за другой, так и не найдя зерно истины о зарождении наших способностей. Да и владели этим даром от силы десять-пятнадцать процентов от всего человечества. Тот, кто создал оружие такой Псионической силы, знает куда больше любого человеческого ученого о природе Пси энергии, мне осталось только дойти и одним глазком глянуть на это чудо инженерной мысли. Стоп, а если я смогу овладеть данной силой? Присвоить её себе, наконец, изменить мир, в котором мы живём. Откуда эти мысли? Когда я начал задумываться о судьбе человеческого рода, мне всегда было плевать на них, лишь бы сам жил припеваючи.