Суд на Янусе
Шрифт:
– А я считаю, что нам надо идти на запад, – протестовал Дерек.
– Она права в одном, – перебил его Торри. – Они, кто бы ни управлял этим местом, будут думать, что мы пойдем именно на запад, чтобы не делать большой круг. Если же мы пойдем на восток, а затем на юг, к реке, это будет, пожалуй, как раз ближе.
– Мы пойдем к Танту! – повторила Иллиль, и теперь Сейшенс согласился с ней, хотя и не полностью.
– На восток… сначала.
И они пошли от заброшенного корабля на восток, стараясь пройти как можно большее расстояние за оставшиеся ночные часы.
Долина, в которой приземлился старый корабль, замыкалась утесом.
Перебравшись через него, они оказались в пустыне с хрустальным песком, а в нескольких ярдах стоял Белый Лес, где отражался и горел лунный свет.
– Здесь нет пути, – сказал Монро, указывая на лес. – Как мы узнаем, что действительно идем на восток?
– Видите те ветки? – Сейшенс указал на ближайшее «дерево», – все под прямым углом и растут по определенному образцу. Посмотри на это и вон то.
Мы будем смотреть на третью ветку каждого второго дерева и постараемся пройти до восхода солнца.
Странный способ прокладывать тропу в прозрачной дикой местности, но Разведчик Инспекции, тренированный, замечающий всякие такие странности, был совершенно прав. Третья ветка каждого второго дерева указывала то же самое направление – длинный сверкающий палец был обращен на восток. И они поочередно смотрели сквозь очки на этот палец, а остальные прикрывали глаза от яркого блеска.
Была очередь Нейла вести группу, когда он увидел на стволе ближайшего дерева отражение темного пятна и резко остановился. Несмотря на искажение, можно было безошибочно узнать космический костюм.
Беглецы собрались кучкой и уставились на ломаное отражение. Они не знали, где находится оригинал отражения.
– Он не движется, – нарушила молчание Иллиль.
– Это верно. Может, он ждет, когда мы подойдем, и снова схватит нас, – прокомментировал Монро.
– Не думаю, – покачал головой Сейшенс и перевел взгляд с отражения на другие деревья. – Он позади нас и, возможно, правее. И он совершенно неподвижен.
– Скоро рассветет, – сказал Торри. – Может, эта штука считает, что ей незачем торопиться, поскольку нас можно поймать и утром. По-моему, нам надо поторапливаться.
Все ускорили шаги. Время от времени они оборачивались к отражению, но оно по-прежнему не шевелилось. Может быть, предположение врача не было лишено справедливости – страж Белого Леса не имел оснований торопиться.
Беглецы снова остановились, чтобы окончательно подготовится к восходу солнца. Торри объявил, что он первый поведет, чтобы как следует проверить очки. Остальные завязали глаза лоскутками одежды, а затем обвязались одной веревкой.
Они шли медленно, чуть ли не ползли, а Торри снабжал их описанием дороги, предупреждая от неверного шага. Но, конечно, и падали, и ушибались, и натыкались на хрустальные деревья. Вообще, это была отчаянная попытка, и только ободряющая уверенность Торри помогала им продвигаться вперед.
Солнечные лучи уже палили тело, и свет в какой-то мере проникал через повязки на глазах.
– Как очки? – хрипло спросил Сейшенс.
– Не хуже, чем идти в лунном свете, – ответил Торри.
Значит, они могли идти. Но что, если их ждет впереди стая вайтов?
Сражаться вслепую нельзя. Да еще костюм – может, он лениво тащится за ними, готовый схватить их с такой же легкостью, с какой взял Нейла и Эшлу на границе пустоши?
– Лес кончился, – сказал Торри. – Впереди открытое пространство. Я буду говорить насчет рельефа.
Но наступила очередь Нейла. Он протянул руки за очками. Через несколько минут он уже смотрел в утренний свет; очки превратили его в нечто вполне терпимое. Нейл поспешил помочь Торри завязать глаза и повернулся лицом к открытой местности. Там были только скалы и песок.
Песок непрерывно двигался потоками, как вода. Один из этих песчаных потоков шел на восток. Нейл погрузил в него ноги и пошел, ведя за собой цепочку товарищей. Время от времени он оглядывался, каждый раз ожидая увидеть часового в скафандре, появляющегося из слепящего сияния Белого Леса, и заодно прислушиваясь, не раздастся ли рычащий вопль вайтов.
Песчаная река, которая могла оказаться неплохой дорогой от леса, не могла долго служить им, поскольку повернула на север, и Нейл встал перед фактом, что им придется взбираться вверх по краю. Они отдохнули, поели орехов и сушеных ягод, выпили немного воды.
– Сейчас моя очередь, – сказал Монро, но Эшла резко сказала:
– Подождите! – она стояла лицом к Белому Лесу, который теперь был только блестящим пятном. – ОНО шевелится! ОНО знает! Размышляет! Скоро двинется!
Ее руки сжались в кулаки. Нейл видел только ее губы из-под повязки.
– Иллиль права, – сказал Сейшенс. – Начинается погоня.
– Мы не можем бежать или лететь. Похоже, что нам конец, – сказал Монро.
– Нет! – протестующе вскричала девушка и повернулась к Нейлу, словно видела его через повязку. – Сейчас поведу я!
– Но твоя очередь…
– Дело не в очереди, а в знании. А у меня есть знание, понятно? Как раз время!
– Дай ей очки, – сказал Сейшенс, и тон его приказа победил протест Нейла.
Его повязка была уже на месте, когда Эшла сказала:
– Я готова. Теперь мы возьмемся за руки, не надо веревки.
Ее пальцы крепко сжали руку Нейла. Он осторожно вложил другую руку в ладонь Монро. А затем…
У Нейла не было слов, чтобы описать дальнейшее, а Айяр туманно называл это потоком Силы. Нейл как бы видел – не физически, а мысленно что через него течет сознание окружающего, идущее не от его собственных ощущений, но от девушки, и проходит по всей цепочке людей, держащих друг друга за руки.
Связанные таким образом, они вышли из песчаной реки и перешли через гребень. Нейл почувствовал такое напряжение и подъем, идущий от Эшлы, что, как и другие, пошел гораздо быстрее, чем раньше.
– ОНО узнало! – сказала Эшла. – Теперь ОНО двинется по-настоящему.
ОНО собирает своих слуг.
И Нейл услышал далекий бездушный плач вайтов.
– Соединяйтесь с моей волей! – взмолилась Эшла. – Воины Ифта, Мастер Зеркала, Повелитель Моря, все вы однажды подняли меч и силу против Тех, Кто Ждет. Объедините свою волю с моей, боритесь с чужой волей, как сражались мечами в давно прошедшие времена.
Нейл не знал, что ответили ей остальные, но в нем поднялась волна ярости и жестокой решимости встать против Врага. Он издал давно забытый боевой клич, даже не сознавая этого, потому что он был теперь не с группой беглецов, а выступил во главе своих воинов из Первого Круга Ифткана. И его радость и вера были теперь светлыми и чистыми, как зеленая вспышка, что была на кончике его меча на Сторожевом Пути Зеркала. Ифткан и зрелище пустоши слились для него в одно, так что голые скалы как бы покрыла растительность, на песок легла плодородная лесная почва. И он, Нейл, был Айяром, таким, каким тот был в самые великие дни своей жизни.