Чтение онлайн

Днем плыть было хорошо. Волны небольшие, управлялось легко. В темное время суток — труднее. Приходилось рассчитывать только на радар и навигатор.

Уже второй ночью она провалилась в сон от усталости. Сильный удар разбудил ее. Вода наполняла рубку и сверху, и сбоку. В чем была, Оксана выбралась наружу. Дул сильный ветер. Яхта лежала на боку. Мачты и парусов не было видно из-за волн. Еще минута — и ноги ее уже не чувствовали палубы. Кругом была вода и непроглядная тьма.

Ее держал на плаву только спасательный жилет. Волны накрывали с головой, соленая вода заливала рот и нос. Оксана захлебывалась, кашляла, но, стиснув зубы, боролась. Рука наткнулась на что-то твердое — сигнальную шашку! Выдернула ее, сорвала крышку. Щелчок — и в лицо ударил яркий розовый свет, из трубки повалил дым. Зажмурившись, она из последних сил подняла руку. «Все ушли… Но, может, меня заметят с воздуха», — пронеслось в сознании. Рука онемела и стала нестерпимо тяжелой. Шашка потухла. Оксана отбросила ее и затихла. «До утра уже недолго… В такую погоду акулы, наверное, не охотятся».

И вдруг чьи-то мощные руки подхватили ее и рванули из ледяной воды. «Спасение…» — мелькнуло перед тем, как провалиться в беспамятство.

Очнулась от тепла. Кто-то укутал ее в шерстяное одеяло, накинул плед. В каюте мягко горел свет, было тихо. За иллюминатором все еще бушевала стихия, но здесь, в этой маленькой надежной гавани, Оксана чувствовала себя в безопасности. Она окинула взглядом каюту. В этот же момент дверь приоткрылась, и на пороге появился… Патрик.

— Вы пришли в себя. Слава Богу. Хорошо, что соленой воды не наглотались.

— Знакомая обстановка. Как вы здесь оказались?

— Очень просто. Я тоже участвую в регате.

— Так вы ради меня поплыли?

— Не только. В Соединённых Штатах сделали мой протез, надо забрать. Чего лететь, если можно вплавь? Вспомню старые времена, а если гонку выиграю, так еще и в плюсе буду.

— Так это вы последним плыли?

— Я успел подать заявку, а со старта ушел с запозданием.

— Если плыть последним, разве можно всех опередить?

— Можно. Главное — знать как. В морском деле есть много нюансов, которые познаются и приобретаются за годы плаваний. Тем более я модернизировал свою яхту, чтобы по палубе не бегать и за бортом не висеть. Ей, — он похлопал ладонью по стене, — и буря не страшна. Проверено. Нам еще дня три пути. Если увеличить скорость хотя бы на полмили — за сутки набежит дюжина, а если умножить на три — еще больше. Буря нам на руку. Можно еще и один из комплектов переднего паруса поставить с учетом такого ветра. — Патрик помолчал немного. — Мне пришлось вас раздеть, чтобы постель не вымочили. Вы уж извините.

— Спасибо, что жизнь мне спасли.

— Любой поступил бы так же.

— Не скажите. Сейчас мужчины больше о себе думают, чем о подругах.

— Я старой закалки. Меня так воспитывали.

— Еще раз спасибо.

— Пожалуйста. Здесь вам все знакомо. Согревайтесь. Белье в сушилке. А мне надо за штурвал. По прогнозу еще часа два погода будет плохой, а дальше поутихнет. Воспользуемся тем, что остальные пережидают стихию, и будем двигаться.

Яхта действительно вела себя спокойно, несмотря на непогоду. Оксана натянула плед и снова окунулась в сон.

Когда открыла глаза, в иллюминатор ярко светило солнце. Она поднялась с койки и проследовала в ванную, где умылась и оделась. Поднявшись на палубу, взглянула на море. Шторма как не бывало. Небольшие волны разбивались о борт. Она перевела взгляд на носовую часть, а потом — на горизонт. Впереди виднелись треугольники парусов. Патрик сидел у штурвала.

Она подошла к нему и улыбнулась.

— Доброе утро.

— Выспались?

— Так было хорошо!

— Еще пару часов — и мы их нагоним. А пока пойдем завтракать.

Он нажал пару кнопок на стойке, поднялся, и они спустились в каюту. Омлет с ветчиной и кофе с печеньем были невероятно вкусные. Потом Оксана помыла посуду, а Патрик вернулся к посту рулевого. Закончив возиться на кухне и надев жилет, она вышла к своему спасителю и присела рядом.

— Как здесь хорошо!

— Это еще и от еды так бывает. Когда человек сытый, то он и доволен. Можно ходить, смотреть, а когда голодный, то злой и мрачный. Ученые доказали, что мужчина может контролировать голод, а вот женщины — нет, поэтому им и надо по пять раз в сутки с перекусами питаться.

— Может, я порулю? Вы же почти не спали.

— Привычка. Я и сам справляюсь. Женщине место в доме, а не веревки тягать и экстримом заниматься. Боженька давно все распределил: дети и уют — вот главное для хозяйки, а не так, как в лозунгах за равноправие. В итоге слабый пол берет на себя непосильную ношу, тянет все, пытается быть главным. Я слышал, что и в тяжелой атлетике они хотят быть равными. Приучают мужчин бездействовать, плыть по течению, а потом сами удивляются, возмущаются и недовольны ими.

К обеду они уже нагнали пару яхт, которые пестрели парусами и флагами. Беседуя, незаметно перешли на «ты».

— Ты же из Австралии, а у тебя на корме вывешен другой флаг.

— Это флаг Сербии.

— Почему?

— По разным причинам. Австралийцев и американцев знают во всем мире как лучших яхтсменов, а вот когда их обыграет спортсмен из малоизвестной страны — это будет им на пользу. Плюс дополнительные деньги от правительства и льготы. Так что есть стимул.

— Ты, оказывается, еще и мудрый. Я слышала историю про одну девочку, которая любила петь и хотела на сцену. Но ее не допускали на конкурсы. И однажды после отбора один из зрителей предложил ей выступать за его страну — государство, где из-за многолетних войн и разрухи почти не осталось ярких талантов. Она согласилась — и впоследствии не только добилась мировой славы, но и прославила свою страну, в итоге оставшись там жить. На новом месте она занялась популяризацией языка и поддержкой местных музыкальных коллективов, помогая им раскрутиться.

— Если есть возможность, как у вас говорят, убить двух зайцев одним выстрелом, то почему бы и нет.

Оксана подняла глаза, осматривая паруса.

— Вроде были другие.

— Точно. Ветер поменялся, а эти как раз подходят. Видишь, мы здорово обгоняем всех. Хороший капитан, как и полководец, должен уметь планировать и заранее быть готовым к маневрам. У ласточки моей и корпус как тело у акулы. Я не зря пару месяцев на ремонт потратил, зато сейчас как торпеда идем. Подсказано природой! Это увеличивает скорость.

Их яхта действительно опережала остальные. Сперва это было не очень заметно. Но когда очередной соседний борт, идущий бок о бок, остался позади, уступая первенство, Оксана поняла, что это правда.

С обеда до ужина за штурвалом стояла она, пока Патрик высыпался перед ночной вахтой. Это были последние сотни миль до финиша. Утром они должны быть у берегов Северной Америки. Впереди еще мелькала пятерка лидеров — опытных яхтсменов, и бороться с ними было нелегко.

Вечером они плотно поужинали вместе. Оксана не знала, что происходило ночью, — только их яхта пришла на финиш первой.

После поздравлений она решила связаться с подругой в Сочи. Нужно было перевести деньги на возвращение домой — яхта была разбита. Кроме паспорта и небольшой суммы наличных у нее ничего не осталось.

Оставив свою яхту в порту у причала, Патрик уехал в соседний город за протезом. После разговора со Светой, которая отказала в помощи, Оксана вернулась на яхту и два дня до возвращения Патрика грустила. Никогда бы не подумала, что ее предадут, оставят ни с чем. Оказалось, что, пока Оксана обучалась мастерству водить яхты в Австралии, ее напарница продала их совместный бизнес, все деньги забрала себе, а долговые обязательства легли на Оксану. Суд конфисковал ее квартиру для выплаты задолженностей. Возвращаться было некуда — жить оказалось негде.