Чтение онлайн

– Сюда - Фёдор повернул налево. В середине окрашенной светло-зелёной краской, как и всё помещение, стене была узкая дверь, слева окошко кассы с расписанием . Из этой же стены в зал ожидания, справа от двери, выступал белёный полуцилиндр печи. Противоположная стена была завешана продукцией агитпропа с вариациями на тему 'пятилетку в четыре года', 'догоним и перегоним'. Вопреки ожиданиям, плакатов с удавливаемой могучей рукой пролетария гидрой империализма не было. Троцкизм так же не упоминался. Зато присутствовал плакат о борьбе немецкого рабочего класса с мировой буржуазией. В лице Чемберлена или Даладье, Олег рассматривать не стал, хватило самого лицезрения свастики в положительном агитконтексте.

Открыв дверь фигурным ключом, Фёдор пропустил Олега в коридор с четырьмя дверьми, одной со стороны площади, двумя со стороны перрона и одной напротив, выходящей в закрытый забором палисадник. Они прошли первую слева дверь с надписью 'Касса', затем вмурованную в стену печь с заслонками и задвижками. У последней слева двери, над которой значилось 'Дежурный', Фёдор остановился и выжидательно посмотрел на Олега.

– Что?
– спросил Олег

– Если ты наврал, смотри. Хреново всем будет.

– Не наврал - Олег решил додавить предка. Достал телефон, - открывай, что в коридоре стоять.

– Сейчас место разрыва уточним - пояснил он Фёдору, когда они зашли в кабинет дежурного.

Набрав номер Сергея, Олег в ожидании ответа рассматривал рабочее место прадеда Вероники. Массивный однотумбовый стол с керосиновой лампой и письменным прибором справа от окна, ещё дореволюционный, наверное. Такой же стул и застеклённый шкаф с другой стороны окна. Дверцы шкафа изнутри занавешены. В углу справа от двери небольшой сейф и вешалка. Слева от входа вовнутрь выпирает угол печи. На стене между шкафом и печкой висит громоздкий телефонный аппарат.

– Я на станции - сказал Олег, дозвонившись.

– Дай кого-нибудь - попросил Сергей.

– Пока не могу - не колеблясь, ответил Олег - ты мне скажи, на каком расстоянии разорвана дорога?

– От меня или от вас - уточнил Сергей

– От Долбино, конечно!

– Сейчас - слышно было, как Сергей переговаривается с кем-то по другому телефону - так, от границы станции до разрыва будет две тысячи двести метров.

– А как место разрыва выглядит, как на автодороге?

– Нет, сама насыпь, и верхнее строение пути сохранились, но они разрезаны и смещены относительно друг от друга. Ось главного хода с нашей стороны смещена вверх на сто сорок шесть миллиметров и на шестьдесят миллиметров вправо. На втором пути аналогично. Да, путейцы говорят, что там лежат деревянные шпалы, но я в этом сомневаюсь - туман был очень плотный, может, показалось.

'Нет, не показалось' - подумал Олег, отключаясь. Он пообещал в течении получаса ещё раз позвонить. Сейчас надо было остановить московский поезд.

Разговаривал он, подойдя к окну. Развернувшись, он увидел немой вопрос в глазах Фёдора 'Что это было?'

– Это телефон - Олег положил сотовый на когда-то лакированную столешницу - точнее, радиотелефон. Я звонил на соседнюю станцию - он усмехнулся - в будущее. О том, что здесь сороковой в год они пока не знают. Пути разрушены, нужен аварийный поезд. Ты можешь в Белгород позвонить?

Фёдор молча подошёл к висевшему на стене телефонному аппарату, снял трубку. Послушал, постучал пару раз рычагом. Растерянно обернулся к Олегу.

– Ничего. Даже гудка нет. А ты можешь сам позвонить?

– Скорее всего, нет. Хотя - он увидел сомнение в глазах железнодорожника - Давай попробуем.

Олег набрал продиктованный номер с кодом Белгорода. В трубке запищало и женский голос ответил 'Данный вид связи временно недоступен'.

– Облом - Олег убрал мобильник в поясную сумочку, - надо самим выкручиваться.

Фёдор достал из другого кармана ещё одну связку ключей и открыл сейф. Достав толстую амбарную книгу, прошнурованную серой верёвочкой, и печать, он положил всю канцелярщину на стол. Олег заметил, что с лицевой стороны книги концы верёвочки проходят через массивную, наверно сургучную, печать.

Фёдор стал быстро что-то писать в книгу, периодически макая перо в стоявшую на столе чернильницу. Сделав запись, он достал из стола тонкий бумажный лист, аккуратно промокнул им уже подсыхающие чернила. Совершив эту процедуру, он поставил печать, убрал книгу и печать в сейф, закрыл его и вернувшись к столу, достал из его верхнего ящика красный круг на длинной палочке и красную же фуражку.

– Пошли, поезд пройдёт через пятнадцать минут. Нам ещё надо закрыть входной семафор.

Вернувшись от входного семафора, судя по монументальности изготовления, так же дореволюционного, как и всё остальное на станции, они остановились на перроне. Фёдор в красной фуражке и с красным кругом почти на краю, Олег отошёл к зданию. Туман рассеялся и полностью вставшее над горизонтом, солнце обещало днём жаркую погоду.

– Три минуты - посмотрев на часы, сказал Фёдор.

Действительно, вдалеке уже появился султан дыма. Судя по скорости его приближения, предки ездили не спеша. 'Километров сорок в час' прикинул Олег.

Дав два сигнала, паровоз притормозил у границы станции и медленно подтянул поезд к перрону. Фёдор всё это время крутил вытянутой правой рукой с предупредительным сигналом поперёк его движения.

Паровоз остановился напротив Олега, с шумом выпустив паровые 'усы'. Никогда ранее не видев эту доисторическую машину в действии, Олег подошёл поближе. От паровоза ощутимо несло теплом, шумели и пищали какие-то невидимые механизмы, в воздухе повис аромат смазки и угольной пыли.

Пока Олег разглядывал действующий антиквариат, к Фёдору из кабины спустился машинист и начал его о чём-то бурно расспрашивать. Буквально через минуту, из первого синего вагона, к нему подошёл какой-то, судя по форме, железнодорожный начальник и с середины состава к ним буквально бежал персонаж в гимнастёрке, уставных брюках и сапогах. 'Аж до сюда ремнями скрипит' - подумал Олег, рассматривая новое действующее лицо - 'ба, да у него фуражка с околышем василькового цвета и кобура с планшеткой на поясе. Кровавая гэбня пожаловала! Сейчас диверсию с вредительством искать начнёт'.

Фёдор в третий раз, уже подбежавшему к нему энкавэдешнику, объяснил причину остановки поезда. Олег не слышал разговора - над ухом шумел паровоз, до четвёрки предков его разделяло расстояние в полпаровоза и один тендер. Видимо, закончив объяснения, он повернулся в сторону Олега. Только сейчас остальные действующие лица - Олег не мог отделаться от ощущения, что сдуру попал в какой-то псевдоисторический фильм - обратили на него внимание. 'Пора дедушку выручать, пока гэбнюк его не закрыл' - подумал Олег и, не дожидаясь особого приглашения, пошёл в их сторону.