Чтение онлайн

– Чёрт знает что - Алексей отбросил в сторону упакованный в тонкую папку о трёх кольцах свод документов - как они работали?

Сидевший напротив начальственного стола молодой начальник группы сводного планирования неопределённо пожал плечами. Был он таким же новичком в госслужбе, как и его недавно назначенный шеф. До переноса Константин Михайлович работал в консалтинговой фирме, занимавшейся оптимизацией управленческого учёта на предприятиях области. В свои двадцать восемь лет он успел пройти все ступеньки карьеры, от простого консультанта до замдиректора. Дальше ему двигаться было некуда, поскольку директор фирмы являлся её же владельцем. Фактически Константин Михайлович Хмара и был первым лицом, поскольку его влиятельный в области босс периодически пропадал на всяких разных увлекательных соревнованиях, от джиперских забегов по сибирскому бездорожью до скоростного сплава по гималайским рекам. Консалтинговый бизнес был для Строгаля всего лишь довеском к большому набору фирм и фирмочек, который бывший завсектором обкома КПУ успел наплодить за незалежные годы. С Мишиным Хмара пересекся в славные годы его работы в холдинге Левадского. Несмотря на давность лет, Алексей запомнил совсем зелёного тогда консультанта и после своего неожиданного назначения постарался его разыскать. Уговаривать уже 'замдира' ему не пришлось - быстро ухватив суть дела, Константин согласился. Пройдя обязательную проверку и психологическое тестирование при зачислении, он был назначен Мишиным сводить в одно целое кучу разнокалиберных запросов и пожеланий. 'Оптимизация продаж и закупок, знакомо' такой сверхкраткий релиз выдал Хмара, когда уяснил суть проблем, решаемых внешнеторговым департаментом.

– Тогда это никому не надо было - по приобретённой за годы работы привычке, несколько обтекаемо выразился Константин - советская система количественного учёта в нашем капитализме была как пятое колесо в телеге. Статистика велась, конечно, но охват её - он усмехнулся - меньше трети экономических субъектов. В основном то, что от СССР осталось. Реальную картину мы сможем получить только сейчас.

– Не сразу - глядя куда-то поверх Хмары, сказал в пространство Алексей.

– Да - спокойно подтвердил Константин - квартал, минимум.

– И кто же нам даст, этот квартал?
– язвительно спросил Мишин - товарищ Сталин или пан Червоненко? У нас в приёмной, считай, целая делегация из Москвы сидит, во главе с Вознесенским. Им, в отличие от нас, точно известно, сколько там паровозов или кастрюль недополучит страна Советов в текущем отчётном периоде. Сколько тонн чугуна и стали составят недопоставки пропавшим заводам. А что мы им скажем? Что сами не знаем, что нам нужно? Вот это покажем?

Он зло покосился на лежащий с краю стола талмуд. Там были сведён, на основании данных прежнего управления статистики областной администрации, 'внешнеторговый' баланс области за первые пять месяцев 2008 года. В гривнах и евро, с разбивкой по отраслям и крупным предприятиям. Там были такие весёлые пункты, как доход от перевозок российских грузов по железной дороге, выручка от роуминга операторов сотовых сетей, объём закупок нового и подержанного автотранспорта с разбивкой по странам. Зато торговый раздел совсем не учитывал, сколько и чего привезли челноки на 'Барабан' и прочие оптовые базы и рынки.

Алексей подтянул к себе компьютерную мышь, включил браузер.

Пока шла загрузка страницы, он успел мельком подумать, что рассчитывать на какой-либо внятный анализ ситуации действительно рано, но сказать об этом правящему тандему будет самой лёгкой формой самоубийства. В конце концов, его облекли доверием не для того, что бы он расписался в полном неумении.

– Смотри - он развернул экран поперёк столешницы, Хмара заинтересованно пододвинулся - это сайт областного бизнес-справочника. Они организовали у себя - он щёлкнул мышью по нужному разделу - что-то вроде бартерной биржи, видишь?

Константин кивнул, внимательно вглядываясь в скользящие по экрану строки.

– Быстро они - сказал Хмара, деликатно забрав у начальника мышь и составив пару запросов, использовав выпадающие меню - какой процент просят? А, вижу ... Так ...

Он прошёлся ещё по разделам, выбирая разные варианты. Поняв суть работы системы, вернул мышь Алексею.

– Предлагаете использовать наработанный опыт?
– Константин кивнул в сторону монитора.

– Не просто использовать, а построить на его основе учётную систему. Весь сбор первичных запросов вести через сеть, не абы как, конечно, а после соответствующей регистрации. Таким образом, мы избавимся от львиной доли бумажного труда, получим структурированный поток стандартных данных.

– Базу кто вести будет?
– спросил Хмара.

– Наш департамент, кто же ещё?
– широко улыбнулся Мишин.

Хмара кивнул, пряча в глазах улыбку. Контроль над такой системой, если, конечно её удастся вскоре создать, давал контролирующему неявную, но весьма значительную власть. Перефразируя известное правило бюрократии, можно было сказать 'без системы ты - букашка'. Особенно для внешнеторговой деятельности.

– К трём жду план работ - озадачил подчинённого Алексей - а пока попробуем с этим - он посмотрел на трёхкольцовую папку - что-то полезное сделать. В конце концов, сегодня только первая встреча. Всё, иди работай.

Когда Хмара ушёл, Мишин стал быстро набрасывать на листе бумаге основные тезисы предстоящего разговора. Закончив, он посмотрел на плотно исписанный лист и совсем не по теме подумал, что заниматься этой Интернет-самодеятельностью не пришлось бы, имей область на своей территории в физическом виде базы данных системы госзакупок и таможни. Но, увы и ах, с недавних пор хостится они стали на Киевских серверах и теперь были так же недоступны, как обратная сторона Луны. 'Такая вот незалежность' подвёл итог прошлому Алексей, вкладывая файл с тезисами в папку, вместе с остальными материалами. До начала переговоров оставалось менее часа, а ехать предстояло через полгорода.

Советская делегация разместилась в небольшой, но уютной гостинице. Вернее, даже не гостинице, а компактном бизнес-центре. В двухэтажном здании современной постройки кроме номеров на втором этаже, наличествовал конференц-зал, блок офисных помещений и даже небольшой, но уютный ресторан в старогерманском стиле. Всё это коммерческое великолепие из красного кирпича окружал парк, с выложенными плиткой дорожками и автостоянкой вокруг шестиметрового в диаметре фонтана. Разумеется, о заборе со шлагбаумом и монументальной будочкой охранника устроители сего бизнес-уголка позаботились заранее, ещё при строительстве. Так что харьковским властям не пришлось придумывать ничего нового, передав конфискованное у одной из старомэрских структур здание под советское представительство. В доказательство особого статуса над крыльцом развевался красный флаг, а в караулке сидел самый настоящий энкаведешник, правда, без оружия и за тонированными стёклами. С улицы его знаменитую портупеею и фуражку с васильковым околышем было не разглядеть, да и разглядывать особо было некому. По согласованию сторон работу представительства решили пока не афишировать, высоко над зданием флаг не вывешивать и табличку на воротах не прикреплять. Внешнюю охрану объекта несли харьковские милиционеры, без затей заворачивающих любопытных подальше от закрытой для посторонних ног, глаз и ушей территории.

Харьковская делегация приехала на одном микроавтобусе фирмы 'Тойёта', уже существующей в этом мире, но даже не смеющей и мечтать о подобном транспортном великолепии. Такая же машина была выделена советской делегации для поездок по городу, для главы, товарища Вознесенского, был презентован добротный немецкий седан 'БМВ518'. Не по причине неуважения к статусу гостя, а по здравому расчёту - седан, как и микроавтобус, был переоборудован под газовое топливо. Сжатый газ, в отличие от нефти для высокооктанового бензина, добывался на территории области и проблем, с его поставками для транспортных нужд, не могло существовать ещё лет двадцать - дебит месторождения после переноса увеличился почти на шестьдесят процентов. В газовой компании сей факт научно объяснить пока затруднялись, но неожиданным подарком пользовались на всю катушку, подключая к сети уже выведенные из эксплуатации скважины.

– Прошу - Михаил Щербинин широким жестом пригласил советскую делегацию в конференц-зал.

Хотя резиденция была уже официально передана советским властям, граждане пролетарского государства ещё не совсем освоились в его евроотделанных недрах. Поэтому участники переговоров до выхода начальства неторопливо фланировали перед открытыми дверьми конференц-зала, рассматривая дизайнерские изыски начала 21 века. Харьковчане, в большинстве своём впервые попавшее в это здание, так же не торопились. Они небольшими группами ходили по как-бы мраморному полу, сидели на кожаных диванах и в основном старались незаметно рассмотреть своих советских коллег, расположившихся в западной части фойе, ближе к лестнице на второй этаж и переходу в закрытый пока ресторан.

Когда руководители обеих делегаций спустились вниз, после кратких предварительных переговоров, среди их подчинённых возникла небольшая заминка - никто не решался идти первым. Пришлось Михаилу взять инициативу в свои руки, пропустив вперёд Николая Алексеевича.

Алексей сел по правую руку от Щербинина, согласно расставленным на столе табличкам с фамилиями и должностями присутствующих. Напротив него разместился довольно молодой, лет тридцати на первый взгляд, как значилось на стоящей перед ним на дубовой столешнице табличке - 'начальник отдела сводного планирования Госплана СССР Скворцов Евгений Моисеевич'. Мишин успел просмотреть в остатках местного Интернета несколько статей о довоенном Госплане, но такого человека тогда в списках сотрудников не значилось. Даже должность называлась немного по-другому. Было ли это одним из изначальных отличий двух миров, таким же, как нежданно живой конструктор Т-34 Кошкин или извивы сталинской воли успели перетасовать кадровую колоду совправительства за те дни, что отделяли предков и потомков от времени неожиданной встречи друг с другом? О таких вопросах следовало подумать несколько позже, после работы. Пока делегации рассаживались и раскладывались, они всё так же исподволь оглядывали друг друга.