Чтение онлайн

Но впереди был повторный приезд Пола Маккартни, теперь уже в Питер. И следующая Юрина идея, выступить за двое суток перед этим концертом, разогрев московскую и питерскую публику в ночных клубах, тоже пришлась нам по душе. А в качестве «хэдлайнера» супруги Потаповы и часть московских битломанов пригласили легендарную звезду британского рок-н-ролла Тони Шеридана, когда-то играющего с ливерпульской четвёркой. Вот уж, воистину запахло настоящей историей!

Однако, приближался чемпионат Европы по футболу, и я был в числе счастливчиков, которые должны были вылететь 11-го июня, за день до моего 55-летнего юбилея. Причём не только в качестве болельщиков, а и как защитник «Старко». Давыдов задумал провести в Португалии параллельный футбольный турнир 16 любительских команд России. Я, буквально разрывался! 16-го и 17-го уже рекламировались концерты с Шериданом в Москве и Питере, значит, мне придётся недосмотреть один из трёх матчей нашей сборной и вылететь раньше на четыре дня!

В такой же ситуации оказывался Михаил Боярский, и нам уже купили обратные билеты. Но, в последнюю минуту, Миша отказался от Португалии. Видимо, готовился к встрече с Маккартни.

И вот я лечу на чемпионат!

…Салон одного из чартерных рейсов, гудел, как улей! Все братались посредством алкоголя и к пятому часу полёта, перед посадкой, многие ходили на полусогнутых… Всё бы ничего, если бы не белая горячка одного из пассажиров. По прилёте, у таможни, он обложил «камасутрой» всю Португалию. Даже не понимая по-русски, полиция быстро отреагировала на его красноречие надеванием на запястье первых португальских «сувениров». Завязалась небольшая потасовка, в которой пришлось поучаствовать Николаю Трубачу. Желая успокоить земляков, он получил травму руки, и будущая игра на гитаре стала проблематичной.

Но эта первая ложка дёгтя не нарушила нашего праздничного настроения. Особенно моего, так как наступала полночь, а с ней начало моего дня рождения, который теперь называется Днём России.

Поселили нас в разных корпусах гостиницы на побережье Алгарве.

Мне достались удивительные соседи — знаменитый вратарь, играющий тренер Алексей Прудников и Владимир Пресняков-старший. Петрович, как всегда хорош! Вот где кладезь философских и жизненных умозаключений! Хождение по улицам в день матча чем-то смахивало на наши недавние первомайские демонстрации. Море флагов, крики «Россия — чемпион!» Но главное — очень много российских болельщиков. Прудников сознался, что такое он видит впервые.

Прибыли на стадион за три часа до начала матча, где нас ожидал шмон, к которому мы, впрочем, приготовились. Я, например (учитывая то, что меня четыре года назад в Бельгии не пустили на матч с гармошкой), оставил инструмент в гостинице. Не повезло моему коллеге-баянисту Володе из Краснознаменска. Он взял громадный пятирядный баян, но горе-музыканта вернули. То есть, изымалось всё, что напоминало метательный снаряд или травмоопасный предмет.

Признаться, я впервые наблюдал такое количество соотечественников на трибунах. А какие лозунги! «Взял мяч — х…ячь!» Надписи на одеждах радовали и удивляли одновременно: «Руссо туристо — облико морале!», «Х@й вам!» Петрович придумал себе фразу на груди: «Бедный Рауль!» Очень оригинальные майки с текстом гимна России на спине позволяли вышестоящим петь его со словами… Мне очень понравился смелый десант наших болельщиков в «логово врага». Зелёный многометровый плакат на английском — «Бузулукские фаны» — нагло висел в центре красной испанской толпы. Короче, на несколько часов мы превратились в братьев и сестёр десятитысячной российской диаспоры. Правда, «сестёр» было немного, и они смущённо рассматривали свои педикюры, делая вид, что не слышат «пятистопных ямбов» фольклорных глашатаев.

Вдруг, звонит мобильник. Удивляюсь, кто же это? Женя Осин из Москвы поздравил меня с днём рождения. Единственный из артистов, не забыл… Приятно…

Увы, наши проиграли сборной Испании. Вернувшись в гостиницу, мы занялись собственным чемпионатом. К тому же скоро мне придётся выступать перед болельщиками уже в качестве артиста…

Забегая вперёд, скажу: наша команда «Старко» на турнире футбольных ветеранов заняла первое место! Это весьма удивительно. Как правило, артисты всегда были в таблице где-то пониже середины. Всё очень просто. За нас играл…. Егор Титов. Из 15 голов 8 — на его счету! (По регламенту — в команде можно было иметь не более двух спортивных звёзд). Ещё один «супербизон» помог нашей команде. Это был Лёша Прудников — олимпийский чемпион 88-го года, который стоял в защите, как скала! С ростом в 190 и весом 107 кг — он походил на боксёра Кличко, и нападающие отскакивали от него, как мячики… Красавец Егор был неподражаем! Видимо, соскучившись по большой игре, не делая скидку на профанов, с хорошим настроем, витиевато плёл комбинации. Мяч, как бы, прилипал к его «плисецким» ногам. Нас, музыкантов выпускали только для того, чтобы дать передышку «грандам».

А вечером я уже был «в своей тарелке» — выступал перед болельщиками-футболистами в качестве музыканта. Взяв простую гитару, спел несколько своих хитов вместе с залом. Потом пел Юра Давыдов, Крис Кельми, Коля Трубач, Владимир Петрович Пресняков выдал на саксофоне свои душевные переживания, здесь я ему подыграл на своём баянчике, в общем было весьма тепло…

И вот второй матч нашей сборной с хозяевами. За три часа до игры столица Португалии гудела, словно улей! По улицам бродили толпы наших, и, случись мгновенная перепись населения — португальцы бы сиротливо выглядели гостями. Вдруг сзади рявкнул гудок локомотива. Толпа вздрогнула. Тут же мелькнула догадка: какими же лёгкими обладает этот горнист? Всё оказалось просто — это наш фан торжественно демонстрировал последнюю новинку — аэрозольный баллон с сиреной. Оказывается, сейчас уже не надо драть глотку, а слегка нажать на кнопочку, и добрая дюжина прохожих тут же превращается в глухонемых… В надписях на майках, как всегда, пытались остроумничать. Наш Петрович, например, придумал себе фразу: «Фигу тебе, Фигу!» А евсеевское двоесловие, ставшее хрестоматийным, уже в наглую рисовали без купюр…

И когда пол-стадиона мощно выдохнуло: «Росси-я, Росси-я!», я испытал давно забытое чувство гордости, что напрочь отсутствовало у тех, ради кого приехало, прилетело, приплыло такое количество болельщиков. Даже на восьмой минуте, при счёте 0:1, мы на трибуне мы на трибуне не прекращали насиловать голосовые связки. Тут было и «О-ле, о-ле» и «Шайбу-шайбу!» После удаления с поля нашего вратаря десятитысячная диаспора, в одном порыве скандировала: «Судья — пи… арас»… А тот, видимо не зная, что его причислили в разряд сексменьшинств, и подумавшего, что его хвалят португальцы, с удовольствием продолжал штрафовать наших футболистов. А на поле опять игра в русском стиле «авось». Леша Прудников выдал: «Пеньки! — Стоят и ждут, когда к ним мяч прилетит…» Кто-то из болельщиков, узнав, что «Старко» на трибуне, заорал: «Артистов на поле!» Это было одновременно и комплиментом и укором… После второго гола у наших фанов был просто шок. Мы расходились в непривычной тишине. Смотрю на понурую толпу, Тут и пузатые братки, и интеллигенты и основная масса с замутнённым пивным взглядом, много мамаш с малышами. Один пацанчик спрашивает: «Мам, а чё ета про судью там кричали?» Та отвечает: «Правильно кричали, но тебе ещё рано об этом знать…!»

Лиссабон. Ночной аэропорт. Грустно. Лечу домой. Второе поражение. Досада. А так хотелось, захлёбываясь от восторга, пересказать чувства соотечественников от хорошей игры наших футболистов. Но, видно, не судьба…

Прилетев в Москву, сразу «с корабля на бал» — вечерний концерт в ночном клубе «JVL» с Тони Шериданом. Вместе с «Ярбэндом» выступил ещё один классный музыкант Леван Ломидзе со своим трио. Признаться, я редко видел таких виртуозов-гитаристов, как Леван. Алёна жадно впитывала все его звуки за кулисами — так поразила его игра! Наше выступление состояло из композиций «Битлз», но одну песню Шеридана «Beautiful» мы с Алёной посвятили легенде британского рока. В это время он сидел за столиком, и было заметно, как музыкант был в приятном трансе. И вот на сцене Тони — высокий седой дед. Полная свобода действий — звучит несколько старомодный, но чистейший рок-н-ролл, что называется, сама история! Голос с сипотцой, как подобает настоящему блюзмену. После концерта, обняв Алёну, сфотографировался с ней. Та была — на седьмом небе!..

Этой же ночью уезжаем в Питер. Клуб «Порт» нам показался более комфортным и по звучанию и по публике. Шеридан ещё раз внимательно послушал Алёну и попросил прислать ему в Гамбург (сейчас он проживает в Германии) пару композиций, которые он хотел бы показать своим друзьям в Калифорнии…

А на следующий день — концерт самого Пола. Находясь на Дворцовой площади, ловлю себя на мысли, что уже нет того прошлогоднего московского трепета. Есть гениальная музыка, мощный аппарат, великолепный драйв, а слёзы не выступают… Видимо, потрясение бывает не так уж часто…

По приезду в Москву, возобновляются репетиции. Но Юрины идеи теперь идут вразрез с моими. Теперь уже мои музыканты — братья Литвиновы его не устраивают, и их нужно заменить. Но он убеждает меня в том, что это не его прихоть, а спонсоров, которые дают деньги на поездку. Здесь я пасую. Финансы — большая сила, и ими удобно жонглировать. Суть оказалась простой. Два новых музыканта оказались родом всё из тех же Набережных Челнов. Поэтому у представителей завода КАМАЗ, которые субсидировали эту поездку, возникла идея рекламы с помощью своих земляков. Их, бывших школьных друзей, как и «Битлз» — четверо (как всё сходится!) А двое других — это мы с Алёной — как бы приглашённые солисты группы «Ярбэнд». Так я был интеллигентно отстранён от руководства. В другие годы я бы этого не допустил, но сейчас отнёсся к этому философски. В конечном итоге моя мечта — сыграть на родине «Битлз» осуществлялась. Как, впрочем, и вторая — показать англичанам Алёну, увидеть и услышать реакцию европейского общества. Так, впервые за много лет, я влился в самодеятельный ансамбль на правах гостя. Репертуаром рулил уже Юра, который упростил задачу — петь самые ранние и забойные рок-н-роллы. Мои любимые битловские композиции из «Эбби роуда» решили не исполнять — говорят, они не будут «котироваться»… Я понял одну вещь. Есть единый Всевышний. Но разные веры. Это касается и нас, музыкантов.

Мне, со своей профессиональной колокольни было видно одно, с позиций чистых рок-н-рольщиков — другое. Я уже говорил про Колю Васина. Он может принять за шедевр грубое, неточное исполнение, ценя при этом, как он сам говорит, ЭНЕРГЕТИКУ. И холодно отнестись к нестандартному, полному находок, произведению.

Что главнее — вечный спор. Я допускаю, что рокерам, часто по своей сути, чуждо высшее музыкальное образование. Оно им не нужно, и чаще всего им мешает… Примеров — сколько угодно. Архитектор Макаревич, например. Но я — чистый музыкант, прошедший школу разных стилей. У меня состоялся вкус. Аккуратность исполнения — мой конёк. За это я получил признание, 19 лет «муштровавший» «Ариэль». И, играя сложнейшую музыку, опускаться до примитивизма, не хочу. Душа не даёт!