Чтение онлайн

Некромант так же молча кивнул, буравя не предвещающим ничего хорошего взглядом бывшего стражника.

Дверь за ночными хозяевами Турова закрылась. Ильм подождал еще немного и подошел вплотную к пленнику.

— Мы снова встретились, Лоскут,-

Парень попытался отвернуться.

— Смотри на меня, скотина, — Ильм ухватил его за подбородок и повернул лицом к себе.

Лоскут ожег его ненавидящим взглядом и харкнул сгустком крови. Ильм небрежно стряхнул плевок на землю и обтер руку об одежду паренька.

— Зачем ты убил Санти?

Молчание в ответ.

— Не хочешь, выходит, по-хорошему, — Ильм достал из-за голенища кривой нож, — извини, тогда придется по-плохому.

Некромант ухватил упрямца за палец и слегка ткнул острием под ноготь.

— А-а-а, — истошно заорал Лоскут и задергался, пытаясь освободиться, — не надо, больно.

— Тогда говори, — нож снова вошел под ноготь.

— А-а-а. Я скажу, все скажу, — Лоскут тряхнул головой и обвис безвольно куклой.

— А ну без причуд, — Ильм влепил ему звонку пощечину, — говори и быстро.

— Я его отравил…

— За что, сукин ты сын? Что тебе Санти плохого сделал?

— Он моего Кейта грозился убить, — Лоскут страдальчески сморщился, и по щекам его потекли крупные слезы.

— Он его не убивал.

— Он, он, он, так радовался его смерти — вдруг дико вытаращив глаза и брызгая слюной заорал пойманный беглец, — радовался смерти моего славного, милого Кейта.

— Так, — немного опешил от неожиданной догадки Ильм, — вы, что с ним того… Как эльфы, что ли? Или ты спятил совсем?

— Да, да, да, — еще громче закричал Лоскут и глаза его стали совершенно безумны, — тебе то что до того, погань чернокнижная. Мы любили друг друга…

Ильм припечатал кулак под дых оппоненту. Лоскут насколько позволяли путы, выгнулся и его стошнило.

— Это тебе за погань, — некромант едва успел отскочить в сторону, — отвечай, как и чем ты сержанта извел.

— Ни слова больше не скажу.

— Это ты, парень погорячился, — Ильм ткнул ножом ему между ног.

— А-а-а, — пуще прежнего завопил несчастный, — не надо! Я его черной ягодой отравил… купил у аптекаря…

— Как ты это сделал? Как?

— Санти кружку из отпуска привез, — снова заплакал Лоскут, — он говорил, что это память о его покойной сестрице. Я ее заприметил. Желтая такая, фарфоровая, с журавликами но боку. Я когда посуду мыл ее ядом и натер…

— Тварь…Камнеломка на подъемном механизме тоже твоя работа?

— А-а-а-а.

— Отвечай, — Ильм отвесил парню зуботычину.

— Я…. а-а-а, помогите!

— Отвечай!

— Моя — я-я…

— Кто велел?

— Кейт…

— Зачем он говорил?

— Нет…

Ильм совершенно равнодушно посмотрел на пленника.

— Нам пора расставаться, Лоскутик. Твоя исповедь подошла к концу, как и жизнь. Был бы ты мужчиной, я бы, честное слово скрестил с тобой клинок в поединке. Был бы женщиной, я бы, пожалуй, тебя опустил. Но, поскольку…

— А-А-А! Не надо, ну пожалуйста, не надо…

Ильм задумчиво оглядел свою жертву. Отпускать не в меру бойкого и наблюдательного паренька глупо. Боком такой поступок ему выйдет. К тому же он пообещал покарать убийцу Санти и свое слово он не нарушит.

— Прощай.

Блеснул нож, и из перерезанного горла фонтаном брызнула кровь. Лоскут захрипел, тело его судорожно дернулась, и обвисло.

Ильм откинул в сторону окровавленный нож и медленно пошел к воротам. Чувствовал ли он облегчение? Пожалуй, нет. Убийца получил по заслугам, причастность Кейта к порче механизмов доказана, но история с восточной башней яснее от того не стала. Есть в запасе еще один ход, но пока думать о нем преждевременно. Надо сначала все точки расставить в отношениях с Рубакой. Что-то он сегодня не слишком ласковый, и Гор подозрительно себя в последнее время ведет… Эх…

Ильм постучал кулаком по обитому железными полосами дереву. С другой стороны тот час же заскрипел сдвигаемый в сторону брус-засов. Створка широко отворилась, и вся честная компания вновь окружила некроманта. Жан Рубака, его охрана и Гор.

— Быстро ты управился, — цеховой старшина с брезгливой гримасой оглядел повисший на веревках труп, — и кровищи напустил… Ну да ладно, пора и о деле поговорить, но прежде давай сюда кольцо.

— Оно твое, — Ильм снял с пальца управляющий амулет.

Рубака принял его с некоторой опаской, словно взял в руки ядовитую змею, повертел немного и одел на палец.

— Теперь они будут слушаться только меня?

— Да, мэтр, — некромант совсем чуть-чуть покривил душой, все еще ощущая совершенно неоформленное, но определенно дурное предчувствие, — они будут слушаться только твоих приказов.

— Сейчас проверим, — Рубака самодовольно вытянул палец, украшенный кольцом в сторону костяного отряда, — например, так… Обнажите оружие и постройтесь друг за другом в ряд.

Скелеты беспрекословно исполнили приказание.

— Что ж, некромант, вижу, что придраться мне не к чему, — глава гильдии обернулся к своей свите, — Гор, будь добр подойди, пожалуйста, к Ильму. Хочу на вас обоих посмотреть.

Гор с опущенной головой подошел и встал рядом с некромантом. Ильм с некоторым недоумением посмотрел на десятника. Чего это он так скис? Дело сделано. Все, кажется, довольны. Кроме Гора… Неужели нагоняй получил от хозяина? Ай-ай, какой удар по самолюбию. Или что-то не то случилось в ночном королевстве…

— Взять их, — голос Жана прозвучал отрывисто и жестко.

Две пары головорезов незамедлительно выполнили указание старшины.

Ильм попытался вырваться, но где там! Крепкие, покрытые татуировками руки держали крепко, на совесть. Такое возникло ощущение, что не люди его держат, а каменный монолит, к которому он по странному недоразумению прирос.

Гор, видимо хорошо себе представлял, что такое "дружеские" объятия охранников Рубаки и даже не дернулся. Лицо его было бледно и совершенно бесстрастно.