Чтение онлайн

21 июля. Я вынужден был согласиться про себя, что я не дворянин, а неисправимый бюргер. Дело в том, что эту красавицу из Залесья я встретил в Пскове. Встретил и… раскис перед ней, а она оказалась дочерью крупного большевика и сама работала в большевистских органах. Упустил. Непростительно. Ее фамилия Морозова. Валентина Морозова… Уговорил шефа, чтобы направил меня наводить наш порядок по деревням. Там, на периферии, буду переламывать себя. Не может быть, чтобы я, ариец по происхождению и крови, не переломил себя — я должен стать таким, как мой учитель и покровитель.

28 июля. Какие-то сплошные загадки. К черту! Хватит путешествовать. Так можно остаться и без головы. Меня спасла случайность… Но кто же мог устроить нам засаду? Вероятно, какие-нибудь шатающиеся красноармейцы или большевики, объединившиеся в банду. Не страна, а одни загадки.

30 июля. Все. Произошел серьезный разговор с милым моим штурмбанфюрером. Я попросил его. Он попросил других. И вот теперь я буду знать только одну работу — работу в гестапо, так сказать, чистую работу стану исполнять. И что примечательно в ней — теперь не ко мне потянется рука бандита, а я сам потянусь к нему своими руками.

2 августа. По сведениям, на периферии творится что-то непонятное. Русские, оказывается, не просто варвары, они — фанатики. В деревнях самовластие: назначаем старосту, а когда уезжаем, тот снимает с себя полномочия или правит для видимости, честных же старост убивают бандиты. На дорогах идет разбой. Бандитов население называет партизанами и всячески потворствует им. Нашим войскам становится трудно передвигаться.

5 августа. От Клары пришло письмо. Она осталась такой же восхитительной и легкомысленной девочкой. Пишет, что каждый вечер выезжает на своей гнедой кобыле в Тиргартен. Встретила будто там мою маму — каталась в коляске, которую привезли ей в подарок из Франции в прошлом году друзья нашего дома. Все будто бы восхищены успехами армии на Востоке. Ждут нас, готовые преклонить перед нами свои прекрасные головки. Очаровательно! Даже трудно представить, как к осени, когда кампания закончится, станут нас, победителей, встречать на родине. Путь наш устелют, видно, розами — живыми розами.

«Невеста» Зоммера ведет себя дерзко. Уже полусумасшедшая, а все говорит свое: ничего-де не знаю. Наблюдения за Зоммером пока безрезультатны.

8 августа. Адольф Гитлер — гениальная личность. Простой немец — эта черномазая заводская и фермерская скотина, — благодаря тому, что фюрер сунул ему в рот кусок хлеба, раболепно идет за ним. Фюрер убил сразу двух зайцев: он дал нам, дворянской знати и крупным работодателям, право незаметно для рядового немца приобретать новые богатства. Но то, что Гитлер является и нашим повелителем, а не только лишь повелителем масс, — это, сказала мне как-то мама, его иллюзия. Ими он повелевает, а мы пойдем за ним до поры, пока рука его дарует нам выгоды. Это м ы — столпы жизни и его Провидение. Пока он с н а м и и з а н а с, он — Гитлер. Как только он перестанет удовлетворять нас, он снова станет бывшим ефрейтором Шикльгрубером и ему придется на деле узнать, что такое нюрнбергские законы… Даже страшно от этих слов… Неужели мать права?!

9 августа. Проклятая страна! Сегодня нам был устроен разгон. Оказывается, мы плохо работаем. Оказывается, надо работать еще смелее и безжалостнее?! Припоминаю и не могу понять, в чем мы проявили мягкость и нерасторопность. Мы и так с утра до вечера тянем жилы и пускаем кровь… А разгон дали из-за того, что вчера вечером «невеста» (или жена Зоммера) умерла в камере — перестарались при допросе, а часом раньше патруль обнаружил труп Шилова. Ужасно, цепочка оборвалась. Решили брать Зоммера, а шпик — в пивной, полупьяный. Пришлось его избить и приказать ему искать этого колониста. Но Зоммер исчез. Нет его и сегодня. А ведь вчера я встречал его, прогуливаясь со своей «кошечкой». Да, агентура у большевиков в городе осталась и не дремлет (судя хотя бы по тому, что убит вот солдат наш). Теперь мне ясно: Зоммер — главное звено в деле его «невесты». Штурмбанфюрер был прав. Не случайно он так укоризненно посмотрел на меня, когда узнал, что Зоммера не нашли, — Зоммера надо было взять сразу, а мы его еще к ней пустили (а они паясничали перед нами). Ошибка за ошибкой. Надо укреплять агентуру местными жителями, говорит шеф, а кем? К нам идут работать одни пьяницы да люди, до ослепления озлобленные на большевиков.

15 августа. У меня неприятность: сегодня при допросе — я сам допрашивал — одна тварь укусила за палец. Палец болит, а я, черт возьми, после такого перерыва (пять лет уже не играю по-настоящему) решил снова музицировать… Этот Зоммер как бы встряхнул меня. Теперь я тоскую по хорошей музыке. Если бы я поймал его, только за одно то, что он лишил меня покоя, я вырвал бы у него сердце. А «беккер» у меня отличный. И где его отыскали!.. Да, совсем забыл записать. После исчезновения Зоммера им занялся «абвер» — военная разведка. Тут дело, видно, серьезное. Она заинтересовалась захваченными документами штаба полка, в котором служил Зоммер, и обнаружила любопытное распоряжение особого отдела, в котором говорится, что за нарушение принципов изучения Зоммера какому-то Вавилкину ставят на вид, то есть, очевидно, наказывают как-то, и одновременно предупреждают его в недопустимости при исполнении служебных обязанностей моментов перестраховки (незнакомое мне понятие)… Да, теперь ясно: Зоммер был специально оставлен русской разведкой у нас…

20 августа. А пальцы меня не слушаются — я сижу сейчас за «беккером» и думаю, вспоминая о Зоммере, про Россию. Загадочная страна! Ее мы все-таки не знали. Об этом можно судить даже из той информации, которая поступает с мест. Какой-то содом! Позавчера в казино один капитан, приехавший в город по делам (он из прифронтовых частей), рассказывал, что сопротивление Красной Армии не прекращается. Открыл Америку — мы это и сами теперь видим. Но мы видим еще и другое. Дело в том, что в лесах появляется все больше так называемых партизан. Леса кишат ими — в деревнях теперь людей меньше, чем в лесах. Но если бы они там просто сидели! Нет, они ведут с нами настоящую войну. Они организуют даже крушения поездов. Ужас! И ничего нельзя с ними сделать. Мы их убиваем, вешаем, а они, как плесень, растут и растут. Откуда только берутся? Нет, тут дело не в одних большевиках, оставшихся у нас в тылу. Тут дело в нравах полудикарей, населяющих эту страну вообще.

Август. Меня направляют в Лугу. Она еще не взята, но она — в этом я не сомневаюсь — будет взята. В ней я стану почти начальник всего города. Хорошо!.. А эту страну и ее людей я ненавижу теперь уже не только теоретически, но и чисто практически. Я не могу спокойно смотреть в глаза любому русскому или еще там какому — в ней национальностей так много, что их и не перечислишь (сплелись в один клубок). Каждый в этой стране потенциально наш враг, враг Великой Германии, а те единицы, которые искренне нам служат, — отребье, дно жизни, которое так прекрасно показал в своих произведениях Горький (я от безделья сейчас перечитываю его на русском языке — пишет он все-таки прекрасно; если бы не был он пролетарским писателем, то его можно было бы и терпеть). Работников бургомистрата из местного населения я теперь просто презираю.

17 августа. Цыган вылавливаем и уничтожаем пока медленно. Вот феноменальный случай! Сообщили из Плюссы, что там появился где-то вооруженный табор. Вооруженные цыгане! Будто из кибиток они открыли огонь по нашим машинам (или машине), в которых были солдаты. Два солдата убито и четверо ранено. Стрелять, дескать, еще не научились, но палили, сообщают, сильно. Прямо на ходу. Сытые кони несли кибитки через поле. Да и глупо было бы гнаться за ними на машинах по бездорожью. Ну и страна! Если я встречу здесь вооруженную обезьяну, то это у меня не вызовет теперь никакого удивления.

Ночь. В России мне не везет. Эта «кошечка», которую мне подсунул еще Ганс Лютц, глупа-глупа, а чуть не отравила меня и скрылась, прихватив мои личные документы. Ужасно. В какую страну мы попали?..

Окончим или нет кампанию в России по плану, сказать трудно. Но надо надеяться. Мы уже взяли Лугу, армия подходит к Ленинграду и Москве. Скоро эти города, безусловно, падут, а там рядом и Урал… Куда же нас поведет после конца войны в России Фюрер?! Его гений так велик и тонок, что не угадаешь. Но ощущение, что мы скоро завоюем планету, живет во мне. Я верю в это.

Видел Лютца. Хороший солдат.

21 августа. Я торжествую! Наша победоносная армия, прорвав оборону русских под Лугой, успешно движется вперед. На днях падет Ленинград. У нас идут приготовления к этим торжествам. Из дому мне пишут, чтобы я не промахнулся и прибрал к рукам хоть один из дворцов. Надо поговорить перед отъездом в Лугу со штурмбанфюрером. У него большие связи. Он поможет — себе, поди, думает отхватить что-нибудь. Да, сам он не промах. Но он должен понять и меня: я все-таки из древнего рода.