Чтение онлайн

Прошел по лагерю до мясника. Встретил гуляющую Зою, которая со студентками целительницами о чем-то щебетала.

– Привет, Зоя, - поздоровался я с девушкой.

– Ой, Мишка!
– обрадовалась она. Хотела напрыгнуть на шею, но заметила мою ношу и не стала. Умная девчонка.
– Мишка, а ты, когда к нам в магазин пойдешь?

– Скорее всего утром. Жуть как хочу в горячий душ и жидкой еды.

– Хорошо, буду ждать. Кстати, тут тебя какие-то люди в форме искали. Я не знаю, что они хотели.

– Спасибо. Тогда может быть и сегодня к вам зайду.

– Если пойдешь, позвони мне, я подойду и помогу.

– Договорились.

Дошел до Мясника. Застал его в дверях.

– Дядь Мясник, - окрикнул я его

– Некоторые вещи не меняются, да, Мишка?
– усмехнувшись он обернулся на меня. А потом заметил мою ношу.
– Нихера же, Мишка! Ты с дуба рухнул?! Откуда столько?! Как ты вообще это допер?!

– С божьей помощью, лучше дверь откройте.

– Да-да, конечно. Ты пройдешь то?

– Вазелин тащите, тогда точно пролезу.

– А ты повзрослел, - заметил он, закрывая дверь.
– Давай выкладывай.

Я скинул шкуры. Потом поставил холодильник. Достал целлофан с органами. А дальше одна за другой достал бутылки с кровью.

– Ты издеваешься?
– спросил он, подняв взгляд от бутылки на меня.

– А вы проверьте. Мне тоже интересно.

– То есть ты все-таки учился?

– Вообще то я лаборант на четверть ставки в артефактной мастерской.

– Ага, только нос не задирай, - усмехнулся он.
– Так-с. Начнём с простого. Шкуры... Качество мне нравиться. Ценники знаешь?
– спросил он у меня, я кивнул.
– Вот по ним и заберу. Дальше рога и бивни. Бивни, шесть килограмм восемьсот девяносто грамм. Это шестьдесят два рубля и копейка, - хмыкнул он в бороду.
– Рога оленя, суммарно, девять килограмм и сто пятьдесят грам. Сто девять рублей и восемьдесят копеек. Рога лося... Какой-то маленький у тебя лось, килограмм и двести грамм. Двадцать четыре рубля. Теперь посложнее - органы.

Он стал проверять все своей лупой.

– Мишка...
– севшим голосом спросил мужчина.
– Ты где медведя то нашел?

– Где нашел там нет. Быстрый гад, едва выжил. Чуть не ранил, падла.

– Шкуру себе оставил?

– Ага.

– Правильно. Если будешь продавать, то лучше в городе, а то и с молотка. Редкий трофей. Органы точно будешь продавать?

– Дядь, если бы не хотел, не притаскивал бы.

– Хорошо. Сердце триста десять, печень двести семьдесят пять и почки сто шестьдесят за штуку. Остальные органы нормального качества. Беру все. Итого... Пять тысяч двести восемьдесят три рубля и восемьдесят одна копейка.

Он отсчитал мне сумму и выложил. Я забрал.

– А теперь давай разбираться с этим, - он указал на кровь.
– Первый раз с таким сталкиваюсь.

– Ну так, моя разработка. Специально для сбора крови. А то я заколебался пузырьками таскать.

– Ну Мишка...
– он достал свою палочку и опустил ее в кровь. И так во все бутылки.

– Ты и медвежью кровь притащил... Так, давай думать. Нам нужно каким-то образом это потом сбагрить. И с тобой надо рассчитаться за это. Сколько такая тара выдержит времени?

– По моим прикидкам где-то полгода.

– Мало...
– постучал он пальцами по столу.
– Ладно, есть у меня идея. Закажу баночек и разолью по ним. Но тогда цена продажи снизиться. Ты же это понимаешь?

– Конечно дядь.

Дверь в магазин с силой открылась и стукнулась об стену. Я из-за этого дернулся и выхватил ружье. Что-то у меня плохие воспоминания навевают открытие этой двери, когда я тут.

– Мишка?!
– спросил взмыленный дядя Паша стоя в дверях. Похоже бежал, но отдышки не было. Ну а чего ей быть, если мы каждое утро занимались?

– Дядь Паш, если вас не затруднит, подождите немного, у нас тут торг, - заявил я.

Мясник в бороду усмехнулся.

– Значит так. Пузырек крови стоит шестьдесят рублей. Пузырек в магазине стоит пятнадцать рублей и вмещает пятьдесят миллилитров. Значит я куплю у тебя пятьдесят миллилитров за сорок пять рублей.

– Дядь, не наглей. Пузырьки ты будешь покупать по оптовой цене. А в накладе не останешься, даже если будешь покупать по цене колбочки. Сорок восемь.

– Годится, - обрадовался мужчина.

– Черт, снова продешевил, - пробурчал я.

– У тебя тут сорок порций. Жадный ты Мишка, тебе это говорили?

– Я сам себе и говорю.

– Эх, тысяча девятьсот двадцать рублей. Дальше. Лось. Ну та же логика минус пятнадцать за пузырек.

– Дядь, уже договорились на двенадцати. Не борзей.

– Хорошо, - улыбнулся мужчина.
– Тогда Лось восемнадцать рублей за порцию и олень двадцать за порцию. Итого за кровь три тысячи четыреста восемьдесят рублей.

Я забрал свои деньги. Что ж неплохо. Маловато принес, но это потому что медведя зажал. Зато теперь с сумкой можно такого наворотить...

– Все дядь Паш, я закончил. Что ты хотел?

– Во-первых убедиться, что ты живой. Во-вторых, твоя практика закончилась...

– Какая оценка?

– Тебя серьезно сейчас это волнует?

– Ага.

– Зачет, не переживай.

– Теперь не буду.

– Но тебе необходимо задержаться в городке.

– Зачем?
– я напрягся.

– Встретиться со следователем специального отдела по делам аристократов.

Вот сейчас я испугался. Похоже допрыгался. Уже надо выпускать Гризли или немного подождать?

– Успокойся, - проговорил дядя Паша.
– Я его вызвал, чтобы наказать тех, кто открыл огонь по тебе.

– А это обязательно?

– Да, - кивнул дядя Паша.

– Черт...
– вздохнул я.

Мы пошли на второй этаж этого же здания. Там нас встретили люди в форме. Не знаю почему, но я дрожал от страха рядом с ними.

– Спецы, хули...
– заметил Гризли.
– Станет вообще невмоготу, давай контроль. Да и если все пойдет не по плану.

В результате нас усадили в кабинет и оставили минут на десять. Если бы не Гризли, да и дядя Паша, я бы не знаю до чего додумался. Потом пришел невзрачный мужичок и, если бы не форма я бы не поверил, что именно он следователь. Он спокойно мог сойти и за уборщика, и за водителя... Да вообще за кого угодно!

Представился Дубиным Даниилом Вячеславичем. Он стал расспрашивать меня о произошедшем. Я же, помня о подписке о неразглашении не спешил рассказывать все. После каждого вопроса смотрел на дядю Пашу и дожидался его кивка. Только после этого сжато отвечал. Он что-то записывал, постоянно переспрашивал и уточнял. Дошел в своих расспросах и до обучения в академии. Даже спросил про стрельбу в общежитии. Я тогда присрал так, что только чудо спасло мои штаны и меня от позора. В тот момент, когда речь зашла про мое избиение, когда появился Гризли, я очень сильно испугался. Попытался отнекиваться, но дядя Паша сказал, что у них есть запись того конфликта. Да откуда?!