Чтение онлайн

– Чтобы к моему приезду ожерелье было на тебе, дорогая, не забудь.

А потом ушел, оставив ее в полной прострации. Речи не могло быть о том, чтобы надеть проклятое ожерелье. Но ей еще предстояло каким-то чудом вернуть его или создать такое же в точности.

Но это еще не все!

Из окон своих покоев царица видела, как он с приличным государю кортежем собирался выехать. Сам верхом, в золотых доспехах, высокий, статный, широкоплечий. Золотые глаза, золотистые волосы. Ослепительно красивый, так, что глазам было больно.

Перед тем как уехать, оглянулся на ее окна и что-то проговорил придерживавшему стремя прислужнику. Тот кивнул и побежал исполнять. А Дий поклонился ей, отмахнул рукой и дал знак выезжать. Царица еще смотрела вслед отряду, исчезнувшему за воротами дворца, когда ей принесли подарок от Верховного.

Этот мерзавец прислал ей в подарок домашние туфли, расшитые мелким жемчугом и золотом.*

Йера просто позеленела от злости. Теперь она была уверена, что Дий поскакал к ведьме. Вот же гадина, выжила! А она так надеялась, что покончила с соперницей.

***

Круг с колдовскими рунами был готов. Кантемира отложила мел и отряхнула пальцы, а потом поставила в него зеркало. Потянулась, чтобы взять две свечи, а взгляд случайно упал на окно, за которым мелькнули большие крылья.

Орел!

Огромный, сизо-золотистый с белой окантовкой по краю перьев. Личный орел Верховного. Додумался-таки бессмертный, что она обманула его.

Сначала все всколыхнулось в душе, а потом налилось злостью. Опять речь пойдет о ее дочери?! Сами собой сжались кулаки.

Нельзя дальше тянуть. У нее даже еще меньше времени, чем она думала.

Поставила две свечи по бокам от зеркала. Для обычного вызова этого было бы достаточно. Но ей нужно было другое, особое. Кантемира вытащила кинжал, уколола палец и мазнула своей кровью по ободу. А губы шевелились, произнося заклинание.

Рябь пошла по стеклу, а в скором времени в нем отразилась ее мать Ядвига. Взглянула на нее и нахмурилась.

– Ты звала меня, дочь?

Примечание:

* Домашние туфли дарили надоевшей любовнице.

Кровный вызов застал Ядвигу врасплох. Кантемира, больше некому.

Она все время подспудно опасалась этого, но как же не вовремя!

Лесная ведьма оглянулась на окно, глаза недовольно прищурились. А по поверхности зеркала уже пошла рябь, она взяла себя в руки и села напротив.

Ничего хорошего Яга не ждала от этого внезапного вызова. Обычно Кантемира присылала голубя. А тут вот так, напрямую, это всегда было затратно. Значит, все серьезно. Да и выглядела Кантемира нервной и какой-то воспаленной, материнский глаз не мог не заметить.

Потому Ядвига и задала ей непринужденным тоном этот невинный вопрос. Надо же было с чего-то начать. Неприязненное и злое выражение возникло на лице княгини, она уставилась куда-то в сторону и проговорила:

– Да.

Ох и не понравился Яге ее тон. И лучшее, что она могла сейчас сделать, это отвлечь дочь разговором.

– Как ты съездила?

Кантемира мрачно расхохоталась, глаза сверкнули ненавистью.

– Хорошо.

– Что нового при дворе Верховного?

– Где Василиса? – резко оборвала ее Кантемира.

Это был удар. Яга даже сквозь зеркало почувствовала, как от той пришла какая-то упорная злая волна. Однако лесная ведьма ответила спокойно:

– Гуляет девочка, силой овладевать учится.

– Силой? – нехорошо усмехнулась Кантемира. – Опять ты за старое? Незачем морочить девчонке голову. Сила ей не пригодится.

– Почему? – нахмурилась и подалась вперед старая лесная ведьма. – Неужели быть ведьмой стыдно или плохо?

Это был извечный спор, и тут уж Ядвига просто не могла сохранять хладнокровие. Потому что Кантемира, единственная ее дочь, фактически отрезала от нее старших дочерей, так и не дав Яге научить своих внучек хоть чему-то, не позволяла помочь им развить ведьминский дар. Как будто отрекалась этим от своего происхождения. Для могущественной лесной ведьмы это было больно и обидно.

Но самое неприятное заключалось в том, что Кантемира наложила на своих дочерей заклятие подчинения. Еще когда старшей, Евлампии, исполнилось четырнадцать и девчонка пыталась проявить характер. Калиста и Марья были тогда десяти и восьми лет. А Василиса и вовсе младенцем.

Страшное заклятие, замешанное на крови, работало на прямой связи, и у Яги действительно не было возможности отменить его. До тех пор, пока девочкам не исполнится восемнадцать, они оставались под властью матери. Потому она и торопилась устроить их судьбу пораньше, чтобы иметь возможность распоряжаться дочерьми так, как считала нужным.

Трех девочек замуж выпихнула без любви, мол, стерпится – слюбится.

Осталась одна Василиса. Выросла девчушка незаметно, пока Кантемира выдавала замуж старших и играла в свои политические игры. Но теперь она принялась за нее. Яге до тошноты претило то, как ее дочь пользовалась детьми, словно товаром.

А Васенька младшенькая, кровиночка.

Яга любила ее больше всех и хотела защитить.

– Не говори ерунды, – огрызнулась Кантемира, зло сверкнув на мать глазами. – Она выйдет замуж, будет вести хозяйство и рожать наследников. Для чего ей сила? Никто из мужчин не потерпит рядом с собой ту, кто может оказаться сильнее.

– По себе судишь? – резко спросила Яга.

Как она ни старалась держаться в рамках и говорить спокойно, но та ее вывела.

– Да! Я сужу по себе, потому что знаю жизнь!

– Ничего ты не знаешь, – проговорила старая лесная ведьма.

– Все, хватит! – вскинула ладонь Кантемира. – Прекратим этот бессмысленный спор. Где Василиса?

– Я же сказала, гуляет.

– Так найди ее. Она мне нужна срочно.

– Зачем? – напряглась Яга.

Ведь знала же, что ничего хорошего не сулит этот разговор!

– Затем, что ей пришло время выйти замуж.

– Помилуй, какое ей время выходить замуж? Она же совсем ребенок.

– Ничего, как раз повзрослеет.

– Она же твоя дочь. Подумай о ней!

– А я как раз и думаю, – с нажимом проговорила княгиня и язвительно усмехнулась. – Василиса выйдет замуж за кого я скажу. А мое княжество не достанется этим мерзавцам братьям. Ни Верховному, ни тем более Кощею.

От этих страшных слов у старой ведьмы сердце сжалось.

Как раз в это время должна была закончиться тренировка. И теперь маленькая ведьмочка наверняка гуляла с Кощеем. Что бы ни говорила об этом бессмертном ее дочь, как бы ни плевалась ядом, Яга имела о нем собственное мнение. И Василиса…