Судьбы изломанная нить. От Твари в Жрицы
Шрифт:
– Лидо, это ужасно, видел, что здесь творится?
– Естественно. Давай попробуем делить пространство на квадраты, и начни со своей комнаты, ведь это твоя территория, хоть и на короткое время, вот и отвоевывай ее.
Ви послушно вошла в состояние Алио, как она назвала его, и мысленно очертив и прочувствовав границы комнаты, заявив таким образом на нее свои права, начала распространять свет вокруг. Она первый раз столкнулась с таким сопротивлением, да что здесь поселилось? Ви источала гармонию, пространство светлело, но все равно оставалось вязким и мертвым. Когда вокруг установилась спокойная пассивная неживая туманность, она прекратила.
– Лидо, оно сопротивляется, что такое, будто здесь кого-то убили, как на могиле! – в сердцах выплеснула она свое недовольство.
– Убийство, кровь, говоришь? Почему бы нет? Давай, ты попробуешь медитацию в другом месте, например, на втором этаже.
Ви вышла из комнаты и едва сделала шаг, как перед ней возник Исма, старший Коготь. Она почувствовала его приближение и не испугалась, стало интересно, как это происходит.
– О, жрица, этот дом не безопасен, я буду сопровождать вас, – склонив голову, тихо сообщил эльф.
Ви открыла рот, чтобы возразить, и закрыла: если здесь было убийство, то ей спокойнее будет рядом с преданным воином, и кивнула.
Она дошла до лестницы на второй этаж, так никого и не встретив из обитателей дома, отчего ей стало совсем жутко. Обшарпанные стены, лестница, на вид готовая обрушиться в любой момент, песок на полу, потемневшие подсвечники, вздыбленный потолок. Грязь, разруха и запустение. Единственное, что радовало, рабов здесь тоже не наблюдалось.
– О, жрица, лестница опасна, – предупредил ее Исма.
– Знаю, но выхода нет, – и шагнула на ступеньку.
Она легко поднялась на следующий этаж и остановилась на широкой, когда-то великолепной площадке. Здесь раньше были зеркала, много зеркал, сейчас разбитыми или потемневшими глазами обличающе смотревших на пришедших. Исма до сих пор не поднялся, его вес воина мешал ему, лестница предательски прогибалась и тягуче скрипела. Наконец, он оказался рядом, и Ви стало чуточку спокойнее.
Пыльные, грязные комнаты, мусор, ветки вокруг, все это напомнило Ви сараи, в которых они ночевали, когда бежали из Тугара. Она с сомнением осмотрела помещение, куда вошла, подыскивая место для медитации.
– О, жрица, вам подготовить куда присесть? – побеспокоился Исма.
– Исма, можно попросить вас называть меня по имени? – спросила Ви.
Старший Коготь смутился и спросил:
– Как я посмею? Ваше имя как песня, не должно его трепать. А сократить нельзя, я ваш слуга. Если только мысленно.
– Он прав, – подал голос Лидо. – А ты знаешь, что тебя называют Лисой в доме Валлеи?
– Нет, а ты откуда знаешь?
– Так, заглянул в головы твоих Когтей. Если Ри Эло узнает, что тебя по имени кличут простые воины, их казнят, это закон. Так что пусть все остается как есть.
Исма усадил ее на расчищенное от мусора кресло и удалился, а Ви, не медля, приступила к делу. Здесь ситуация оказалась гораздо лучше, чем внизу, энергия, хоть и мертво-серая, но не такая плотная и по мере наполнения себя солнечной гармонией все вокруг начало меняться. У нее появилось ощущение, что здесь обстановка и энергия увяли из-за того, что сердце этого дома отказалось взаимодействовать с самим строением, обижаясь, горюя, страдая из-за чего-то ужасного, случившегося внизу. Подпитав эту комнату, Ви увидела, насколько она похорошела: сама оказалась сидящей на изысканном и мягком диванчике на тонких витых ножках, стены сочились светом, желтым, теплым, на полу лежал пушистый ковер, возле гардеробной отражали свет от прозрачных окон большие зеркала. Ви вздохнула, уютные апартаменты получились, встала и прошла в следующую комнату.
Она работала с каждой комнатой, как будто в них существовал свой горестный мир, замкнутый сам на себя, и Ви отвоевывала кусочек за кусочком у темной пелены, затянувшей дом и связавшей сердце дома. Она не сомневалась, что здесь есть такая же душа дома, способная позаботиться обо всей семье и о самом строении, и оставляя после себя светлые сияющие островки гармонии, Ви будит и кормит ее.
Наступил момент, когда она вышла из последней комнаты, теперь все двери в коридоре оказались белыми, новыми и очень симпатичными, но сам коридор оставался угольно-черным. Ви разозлилась, откуда здесь чернота? Неужели в доме приносились кровавые жертвы?
– Вот оно! – завопил Лидо. – Ты считала пространство! С каждым разом будет все лучше!
– Жертва? И это сделал кто-то из этой семьи? Поэтому дух дома в горести? Что его предали кровно связанные с ним эльфы, так?
– Ты меня радуешь, детка! – промурчал прямо в ухо паучок.
– Потише, пожалуйста, не так громко, – сморщилась Ви.
– Невнимательная ты, ведь я опять подрос, – посетовал Лидо.
– Я так устала, а мне нужно разобраться с коридором и лестницей, – вздохнула Ви.
– О, жрица, я взял на себя смелость предложить вам сушеных фруктов и орехов из своих запасов, – протянул ей холстяной мешочек Исма. – И вода у меня с собой, подкрепитесь.
Ви поманила воина в одну из комнат, села на диван, похлопала рукой рядом, и когда он сел, насыпала себе горсть и отдала мешочек обратно. Она с трудом жевала, такую усталость чувствовала, но после глотка воды из фляги почувствовала себя живее. Исма молча хрумчал орехами рядом, не сводя изумленного взгляда с убранства комнаты. А Ви наслаждалась моментом, сейчас никто не хотел от нее ничего, она могла расслабиться и спокойно сидеть.
Все хорошее когда-нибудь кончается, и сейчас в коридорах раздался голос хозяина.
– Верно, она здесь. Куда же ей деться!
– Я приношу извинения за самоуправство Виэллсандэре, она не имела права перемещаться в не предназначенные ей комнаты, – сухо прозвучал голос Лауга.
– Эх, юность, я еще помню, как нетерпеливы молодые люди, а ты, старый пень, точно забыл. Она тебе внучкой, вроде, приходится, так что же ты к ней так суров?
– хриплый, словно сорванный голос хозяина приближался. – Я бы на руках ее носил и баловал, если бы у меня появилась внучка, – в голосе Рей Литау послышались мечтательные нотки. – Начнем отсюда поиски.
Старики начали осмотр с самого дальнего края, за пять – шесть дверей от них. Ви замерла, она хотела услышать реакцию хозяина на произошедшие изменения.
– О, Рахне! Неужели Овио очнулся? Или нет? – хлопнула дверь, хозяин выглянул в коридор.- Не похоже на него, – проскрипел он. – Посмотри, друг мой, как все красиво и изысканно. Мне кажется, так было только в моем детстве, когда семейка Валлеи еще на распространила свое черное влияние на весь Лес.
Двери продолжали хлопать, эльфы подробно изучали второй этаж.