Чтение онлайн

В Уставе, кроме того, были установлены и такие требования, как объективность мнений и суждений, возможность проявления инициативы при проведении исследования в целях «вскрытия признаков, могущих привести к открытию истины» (ст. 333): «Сведущие люди, производя освидетельствование, не должны упускать из виду и таких признаков, на которые следователь не обратил внимание, но исследование коих может привести к открытию истины», предъявляются к судебным экспертам современным процессуальным законодательством.

В Уставе уголовного судопроизводства были впервые заложены и правовые основы деятельности специалиста. Положения раздела «Осмотр и освидетельствование чрез сведущих людей вообще» по существу определили такую форму использования специальных познаний, как участие специалиста в следственных действиях, а в разделе «Собрание и сохранение вещественных доказательств» определены функции сведущего лица, схожие с функциями специалиста в соответствии со ст. 58 УПК РФ: «Если вещественные доказательства не могут быть отделены от места, где найдены, например: кровь на стенах здания, деревьях и тому подобное, но их необходимо сохранить для осмотра через сведущих людей….»(ст. 373).

При производстве осмотра и освидетельствования специалист рассматривается как помощник в проведении данных действий, которые осуществляет следователь. И только при осмотре трупов роль сведущего лица становится определяющей (ст. 336): «Для осмотра или освидетельствования мертвых тел различного рода повреждений, следов насилия и состояния здоровья потерпевшего от преступления или самого обвиняемого судебный следователь приглашает судебного врача». Статья 338: «В важных случаях судебный следователь может пригласить к освидетельствованию мертвого тела не одного, а нескольких врачей, не исключая и того, который пользовал умершее лицо, если требуется объяснение хода болезни и лечения», и наиболее полно регламентирована в Уставе.

В некоторых положениях Устава наблюдается преемственность положений Свода законов уголовных 1832 г. Так, деятельность лекарей (врачей) при проведении исследований, как указывалось выше, рассматривалась не как самостоятельная процессуальная деятельность, а как приложение к деятельности следователя, о чем свидетельствует ст. 315 Устава уголовного судопроизводства: «осмотр и освидетельствование производятся или непосредственно судебными следователями или через сведущих людей».

В то же время в Уставе были заложены и новые взгляды на деятельность сведущих лиц. Так, основы состязательного правосудия, заложенные в Уставе, нашли свое выражение и в нормах, связанных с деятельностью сведущих лиц. В статье 578 говорилось о том, что «стороны могут просить о вызове в суд не только свидетелей, но и сведущих людей для объяснения какого-либо предмета или для проверки сделанного уже испытания». Таким образом устанавливалось равенство сторон в использовании специальных знаний. Данное положение нашло свое воплощение в новом Уголовно-процессуальном кодексе РФ, где сторона защиты имеет право привлекать специалиста с момента допуска к участию в уголовном деле (п. 3 ч. 1. ст. 53).

Следует отметить, что положения судебной реформы 1864 г., нашедшие свое выражение в Уставе уголовного судопроизводства, до сих пор не утратили своей актуальности и лежат в основе правового регулирования использования специальных знаний не только в уголовном, но и других видах судопроизводства.

В конце в XVIII и начале XIX в. экспертиза получает все большое развитие в Европе и, в частности, в России создаются врачебные управы (в Москве – Медицинская контора, а в Санкт-Петербурге – Физикат), которым вменяется проведение различного рода исследований, а также выполнение контрольных функций по отношению к аптекарям и фармацевтам.

Первым учреждением, в котором начала формироваться судебная экспертиза, стала Санкт-Петербургская Академия наук, ученых которой привлекали к производству исследований в интересах правосудия. Кроме медицинских исследований, в Академии наук в этот период начинают проводиться судебно-химические исследования. Большой вклад в их развитие внес М.В. Ломоносов, он же провел лично большое количество исследований. Позднее исследуются такие новые объекты, как взрывчатые вещества и предметы со следами взрыва, активно развивается химическое исследование документов.

Основой для дальнейшего развития действительно научных методов криминалистической экспертизы документов стали исследования, проводившиеся академиками-химиками Ю.Ф. Фрицше и Н.Н. Зининым [17] . Ведущими учеными Академии наук оказывалась помощь Мануфактурному Совету Министерства финансов, который давал заключения по просьбам следственных и судебных органов, Экспедиции заготовления государственных бумаг, где проводились исследования по делам о поддельных денежных знаках, монетах и ценных бумагах.

Большой вклад в развитие экспертизы документов с использованием возможностей фотографии внес Е.Ф. Буринский. Несмотря на то, что Е.Ф. Буринский по праву считается «отцом судебной фотографии», он является одним из основоположников отечественной криминалистики. Он предвидел широкое внедрение в судебную экспертизу математических и естественно-технических методов. Уже в те годы, когда судебная экспертиза делала только первые шаги, Е.Ф. Буринский писал о ее главном принципе – должна быть «автономия эксперта, его независимость, свобода», так как «служебная зависимость вредно может отразиться на деятельности эксперта». Этот и многие другие принципы судебно-экспертной деятельности вошли в процессуальное законодательство. В 1903 г. им была опубликована монография «Судебная экспертиза документов, производство ее и пользование ею», в которой он изложил результаты своих многолетних исследований.

В развитие основ теории судебно-экспертного исследования документов большой вклад внесен А.А. Поповицким, который усовершенствовал судебно-фотографические методы и средства и впервые предложил классификацию элементов, составляющих особенности почерка.

В 1906 г. в России Министерством юстиции была введена дактилоскопическая система регистрации преступников. В этих целях при главном Тюремном Управлении было учреждено Вентральное Дактилоскопическое Бюро. 16 декабря 1906 г. Министром юстиции И.Г. Щегловитовым были утверждены «Правила о производстве и регистрации дактилоскопических снимков», а Главным Тюремным Управлением был издан циркуляр «О введении дактилоскопии в тюремном ведомстве для регистрации преступников». Таким образом правила устанавливали обязательную регистрацию обвиняемых (присужденных к ссылке, в бродяжничестве и т. п.).

В России первая работа по дактилоскопии была опубликована П.С. Семеновским «Дактилоскопия как метод регистрации» (1923). В 1934 г. выходит работа Г. Данилевского «Дактилоскопия», а в 1937 г. практическое руководство Б.М. Комаринца «Дактилоскопическая идентификация на расстоянии» (она содержала детальные указания по описанию папиллярных узоров с целью идентификации по ним личности посредством передачи такого описания по телефону или телеграфу).

Первые экспертные исследования по идентификации преступников по следам рук начали проводиться в России в начале XX столетия.

Официально признанной первой дактилоскопической экспертизой считается произведенная известным специалистом в области дактилоскопии, В.И. Лебедевым в 1912 г. по делу об убийстве провизора «Харламовой аптеки» в Петербурге. Во время осмотра на месте преступления нашли осколок разбитого стекла дверей аптеки с несколькими отпечатками пальцев, один из которых был отчетливо выражен и содержал важные детали папиллярного узора. При сравнении его с признаками узора на большом пальце подозреваемого было установлено их полное совпадение. Заключение эксперта было положено в основу обвинительного приговора. В 1913 г. одним из организаторов советской криминалистической экспертизы проф. Н.С. Бокариусом также была проведена идентификация преступника по отпечаткам пальцев.