Чтение онлайн

Однажды над тем местом, где расхаживала большая цапля, появился орел. Он гордо парил в небе, высматривая добычу. На сей раз добычей ему послужил голубь, и он, убив его и съев немного мяса, оставил часть его другим, потому что был по своей натуре щедрым и никогда не доедал всю добытую им пищу.

Цапля, с интересом и восхищением наблюдавшая за охотой орла на голубя, сказала сама себе:

— Я-то бесспорно крупней орла. Почему же я не могу охотиться на птиц и съедать их? Сколько я буду ловить червяков и лягушек?

В своих мечтах цапля видела себя такой же удачливой, смелой и щедрой, как орел, и, не колеблясь, взлетела в небо и стала парить над землей, высматривая добычу. И в это время высоко над ней из-за тучи показался могучий гриф. Свирепый и грозный хищник капнем упал на цаплю и сбил ее на землю, где она завязла лапами и крыльями в грязи и глине неподалеку от того места, где юноша стирал белье.

Увидев гибнущую цаплю, юноша обрадовался:

— Просто чудо поймать такую птицу без лука и стрел и без силков! — воскликнул он. — Ужин у меня сегодня будет вкусным!

В этот день он вернулся с реки не только с корзиной чистого белья, но и с цаплей в руках, а когда его спросили, откуда у него эта птица, он объяснил:

— Цапля эта, расхваставшись, вообразила себя орлом и, взлетев на небо, пыталась охотиться, но вместо этого сама угодила в мои руки, и охотником, хоть и без силков, стал я!

Деревенский простак и его осел

Жил когда-то в одной деревне глупый простак. И был у него жалкий хромоногий старый осел. Осел этот был таким дряхлым, что не прошел бы и версты за пару дней, как бы не гуляла по нему палка.

Намучившись с ним, хозяин повел его в город и обратился к сбывавшим ослов посредникам с просьбой помочь его продать. В ответ на эту просьбу один из посредников, разгладив усы, стал громко зазывать покупателей.

— Продается невиданное чудо, — кричал он. — Не осел, а иноходец, а скорее всего быстрый и сильный мул, на котором можно отправляться на войну, где он одним гулом и топотом своих копыт обратит в бегство врага! От одного лишь взмаха хлыста он уже летит стрелой, как ветер, а грязь и глину преодолевает, как струя воды!

Народ, слушая эту похвалу несчастному животному, посмеивался, а бедный простак ушам своим не верил, но все это воспринял всерьез и взмолился:

— О продавец! Разве можно не поверить твоим замечательным словам, сказанным об этом осле во всеуслышание перед всем честным базаром! И я прошу тебя: не продавай это замечательное животное, верни мне осла назад! Я ведь уже так долго ищу такого надежного четвероногого помощника, какого ты здесь описал! Мне странно и обидно, что я прежде не замечал этих его выдающихся качеств.

Продавец же ответил ему тихо так, чтобы никто не слышал:

— Ты что — сошел с ума? Ты же много лет владеешь этим ослом и хорошо знаешь, чего он стоит. Я ведь все наврал, чтобы набить ему цену, и не представляю, как ты мог мне поверить?

Но простак на этот раз ему не поверил.

Пловец и медведь

Однажды медведь спустился к реке, чтобы наловить рыбы. Он еще не успел устроиться поудобнее, как в этот момент в воде блеснула рыба. Он протянул к ней лапу, но потерял равновесие и, поскользнувшись на мокрой глине, свалился в воду.

Река же эта была быстрой, широкой и полноводной, и вода унесла медведя по течению. Как он ни старался вырваться из водного плена и подплыть к берегу, ничего у него не получалось, и он только бестолку кружился на воде посреди потока.

Как раз в это время на берегу показались два опытных пловца. Когда они увидели барахтающегося далеко от берега в воде медведя, они не поняли, что это плывет: то ли нечто живое, то ли вода крутит какой-нибудь ковер или шкуру.

Один из пловцов сразу же кинулся в реку и поплыл, а другой сел на берегу и стал наблюдать. Когда пловец подплыл к цели и увидел, что это — медведь, было поздно, потому что медведь тоже заметил его и в желании спастись схватил его лапами и прижал к себе так крепко, что тот не только плыть, но и закричать не мог. Медведь же с пловцом в лапах продолжал кувыркаться в воде, и пловец оказывался то на медведе, то в воде под брюхом у зверя.

Второй пловец, оставшийся на берегу, на расстоянии не мог понять, что происходит, и закричал своему приятелю:

— Перестань там возиться! Если тебе тяжело тащить эту шкуру или что там еще, то оставь ее там в воде и возвращайся!

— Я не прочь оставить все это и давно отпустил бы шкуру, но теперь эта шкура схватила меня, держит да еще лапами ломает кости! — ответил несчастный.

Слепой и уродина

Один слепец женился на уродливой женщине, которая к тому же была грубой и бессердечной от природы. Все лицо ее было в темных, почти черных угрях и в глубоких морщинах. А еще она была кривой и горбатой.

Трудно было решить, что лучше: ее зловещее молчание или весь тот вздор, который она несла, стоило ей открыть рот. И вот однажды она решила воспользоваться слепотой мужа и заявила ему:

— Жаль, что ты не видишь моего лица! А ведь оно белее слоновой кости и прекраснее луны, мои глаза сияют, как нарциссы, а тюльпан может позавидовать моим устам. А как красив мой стан! Если бы ты его увидел, то убедился бы, что он стройнее кипариса!

Но слепца было не так легко провести, и, выслушав этот бред, он пришел в ярость и сказал жене в ответ такие слова:

— Если бы ты на самом деле была так прекрасна, то люди давно разглядели бы твою красоту, и множество зрячих мужчин толпились бы вокруг тебя, и твое самовосхваление тебе не понадобилось бы, потому что человеку, обладающему зрением, не нужно объяснять, как прелестен светильник. Хвастовство же понадобилось тебе, чтобы обмануть меня, воспользовавшись моей слепотой.

Молодая красавица и влюбленный старик

Дыхание осени все изменило в саду: листья деревьев пожелтели или зажглись багрянцем, в цветнике появились приметы увядания. И в этом осеннем саду расположился старик, погруженный в невеселые мысли об уходящей жизни. Время выбелило его волосы и согнуло его некогда стройный стан.

Немного посидев, он решил пройтись по аллеям парка, но осень уже чувствовалась везде и во всем, свидетельствуя о неумолимых законах бытия. И от этой прогулки думы старика радостнее не стали.

И вдруг его внимание привлекла молодая женщина, неизвестно откуда появившаяся в саду. Ее лицо было укрыто белой фатой, но даже то немногое, что оставалось доступным взору, говорило о ее неземной красоте. Старик не мог оторвать глаз от открытых миру кончиков ее пальцев, розовых и свежих, как уста, с ярко окрашенными хной ногтями. Созерцая все это, старик упал перед нею на колени со словами: