Чтение онлайн

— Красавчег… — Сказала Анька, глядя на урода.

Я заползла на подоконник. В это мгновение открылась дверь аудитории и я сползла с него обратно на желтый линолеум. Анька отчаянно ловила мой взгляд, рассчитывая хотя бы на моральную поддержку. Подмигнув ей, я улыбнулась. По ее левое плечо от стенки отлепился Макс.

Я сдала первой. Только поднявшись со стула, сжала сумку, надеясь заглушить звук мобилы. Обернувшись к Майе Валерьевне, прошептала одними губами: Простите. Выскочила в коридор.

— Да, Антон!

— Лида, у меня два текста на перевод. Медицинская тематика. Много профессиональных терминов. Общий объем восемь тысяч. Срочно. Сегодня до вечера. Возьмешь?

— Да. — Я ответила раньше, чем успела подумать, что мне негде. Что сейчас найти свободный комп на столько времени — нереально. Стуча кулаком по подоконнику, я повторила: Да.

— Послал на мыло. Шесть — крайняк. Лучше — раньше.

— Добавите за срочность?

— Да. — Сказал он и попрощался. — Давай.

В ухе уже гудел отбой, я все еще прижимала трубку. Это как состояние полной расслабленности перед низким стартом. Это как короткая медитация перед публичным выступлением. Я смотрела во внутренний двор, а видела, лишь, грязное стекло перед собой.

Я обернулась на звук прикрываемой за спиной двери. Урод замер на мгновение, встретившись со мной взглядом. Потом направился по коридору.

— Марк! — Окликнула я и сглотнула, оборачиваясь в коридор за спиной.

Можно было найти себе подработку в офисе. Но раньше я не вляпывалась в такую зависимость. Можно было предусмотреть. Но страх не успеть в чем-либо мог подтолкнуть меня на то, что я делать не должна.

— Ты домой?

Он отрицательно качнул головой и усмехнулся. Не знаю, что больше его позабавило: моя наглость или моя предсказуемость.

— Сдавать пропущенное.

Я кивнула и отвернулась к окну. Нужно сходить за словарями и потом искать место. Зря согласилась… Нужно съездить в банк. Там и стипендия, и арендная плата за квартиру в Самаре. И бабушке нужно позвонить. Ну, что меня дернуло взять этот чертов перевод?

Когда что-то загремело рядом, я вздрогнула.

— KALE от верхнего, большой белый от нижнего.

На подоконнике лежала связка ключей. На мгновение я потеряла дар речи.

— Марк, нет. Ты что? — Обернулась к его удаляющейся спине.

За мной открылась и закрылась дверь. Отвернувшись к окну, я поставила сумку на подоконник, прикрывая связку. Черт…

Я закончила около трех. Уйти не могла, прекрасно понимая, что у урода нет ключей. У Марка… У Марка нет ключей.

Отправив выполненный перевод, кинула SMS Антону: Лови на почте. На всякий случай. Свернув окна, читала цитаты на рабочем столе. Удерживала себя, чтобы не начать рыться в папках. Чувствовала себя крайне неуютно. Казалось, что за мной следят. Так всегда кажется, когда ты в непривычном, чужом месте начинаешь маяться от безделья. Я, даже лекций с собой не взяла. Только словари.

Когда раздался звонок в дверь, я подпрыгнула в кресле.

— Спасибо, что дождалась…

Я усмехнулась, впуская хозяина.

— Все сдал?

— Да. Ты закончила?

— Да. Спасибо. Я согласилась прежде, чем сообразила…

Он поднял взгляд от кроссовок, но промолчал, поднимаясь.

— Ты ела?

— Нет. — Я качнула головой. Воспитанием я, конечно, не отличалась. Но чтобы хозяйничать в чужом доме…

— Составишь компанию? — Это прозвучало не совсем как вопрос. То, что я вообще могла переваривать пищу, было уже достижением. В этот раз я довела свой желудок до какого-то совсем неожиданного состояния. Я обернулась, в кислотной вспышке наигранной неприязни вспоминая, где и с кем нахожусь.

Надев туфли, тихо открыла дверь и ушла.

Про словари я вспомнила через два дня, когда на носу вскочил зачет по английскому.

— Как желудок? — Спросила Анька.

Я обернулась на пачку геркулеса на подоконнике и подумала, что пора завязывать с ним. Иначе нечаянно вылечу.

— Нормально.

— Тебе не скучно? Так же рехнуться можно…

— В смысле? — Я подняла взгляд на подругу.

— Может, все же, поедешь с нами?

— Я не морж…

— Я тоже. — Засмеялась она. — Такая жара. Макс говорит, вода уже прогрелась. Если вдарить и…

— Не поеду. У меня сессия. — Тряхнула я головой.

— Зубрила… Меня от тебя в сон клонит.

Я промолчала, откладывая тетрадь и вытягиваясь на кровати. Меня тоже от себя в сон клонит. Но так безопаснее.

— Ну что, собрались? — Макс зашел, постучав два раза.

Я закинула руки под голову, наблюдая за наблюдающим за Анькой парнем.

— Ты же сказал в три! — Вскочила она и полезла искать купальник.

— А ща сколько?

— Блин…

— А ты что разлеглась? — Перевел он взгляд на меня. — Собирайся. Хватит тухнуть. — Он облокотился о дверь за спиной. Я думала о двух словарях, забытых у урода. — Леха поедет, Олег поедет, Галка поедет, даже Моня поедет.

— Как соблазнительно. Невозможно отказаться. Именно эти рожи я не вижу каждый день.

Он хотел что-то сказать, но осекся. Отвернулся к Аньке. Через несколько минут она была готова. Махнув на меня рукой, они ушли.

Снять деньги и позвонить бабушке… Поднявшись со старческим кряхтением, я потянулась. Когда ничего не болит, такая приятная легкость во всем теле образуется. Сразу хочется пошалить. Как когда-то в школе.

Они вернулись около десяти. Но меня так сморило от выпитого на жаре пива, что я уже засыпала. Они привыкли ко мне. Я привыкла к ним. Если к этому вообще можно привыкнуть…

В общем-то, я на самом деле засыпала, прижимая одну ладонь к животу, а вторую к подушке на голове. Потому что в соседних комнатах спать и не планировали.

Проснулась же от навалившейся тяжести. Сначала показалось, что это сон. В окне зависла ночь, а в общаге — тишина. Голову ломило легенькое похмелье. Но сильнее него на рот давила чья-то ладонь. А на тело — чье-то тело. Тяжесть, не позволяющая нормально вдохнуть. Я хотела закричать, но слишком ясно увидела, что это Макс.

Пытаясь вынуть из под него руки, я скосила взгляд в сторону Анькиной постели. Знает ли Макс, что она просыпается от любого шороха с моей стороны? Она не заслуживала такой подставы. Только не она. И только не со мной…

Зажмурившись, я прокляла все на свете. Это никогда не закончится. Я такая, какая есть. И я не могу остановить их всех, не используя вторую сторону медали. Лишь бы она не открыла глаз и не увидела, как он поднимается. Для нее были лишь его слова.

— Все нормально? — Спросил он.