Чтение онлайн

Дария

Как вы думаете, что хочется сделать, когда весьма прозрачно тебе намекают на то, что не стоит ничего трогать? Конечно, ну конечно, всё подробно исследовать! Что я и поторопилась сделать.

Красивый кабинет. Книжные шкафы вдоль одной из зеленоватых стен, а у другой – камин с широкой полкой, на ней – какие–то скляночки, статуэтки, сундучки! Высокое кресло–трон у тяжелого длинного стола, позади которого – высокое окно с золотисто–зелеными портьерами. Вдоль стола – несколько стульев. Кроме книжных здесь были разные полочки, где красовалось множество интересных штучек. Их непременно хотелось потрогать, рассмотреть, понять, для чего что предназначено.

Но не тут–то было! Как только я протягивала руку, чтобы взять какую–нибудь вещь, на пути вставала невидимая упругая стена. И так везде, кроме тех дверей и шкафчиков, на которые мне указал ректор, они–то легко открылись.

Разочарованно вздохнув, я воспользовалась шикарной, в лиловых тонах, персональной уборной господина ректора, умылась, пригладила немного растрепавшуюся прическу. Из зеркала на меня смотрела слегка испуганная, где–то растерянная, но с горящими глазами красивая блондинка. Я подмигнула себе и отправилась в приемную. Только сначала залезла в шкафчик с едой и стянула тарелочку с маленькими аппетитными пироженками.

Если сначала, наверно от шока и любопытной ситуации я не задумывалась и не удивлялась тому, что со мной происходит, то сейчас ко мне будто вернулось сознание и начало активно рефлексировать. В голове прокручивались кадрами кинопленки все сегодняшние странности.

«Кстати, интересно, что там с бедным Виктором Романовичем? Он уже успел сообщить обо всём папочке? Вообще–то, на его месте я бы не спешила подобное рассказывать моему отцу: «Ваша дочь на моих глазах провалилась, вылетела в трубу, черную, крутящуюся…» Бред же! Отец примет подобное за глупые шуточки и сотрет В.Р. в порошок. А мой босс и так уже пострадал из–за меня, не желаю ему усугублять… Пусть бы лучше всё напрочь забыл. Решил, что я вообще на работу не приходила… Ладно, о В.Р. я подумаю потом. В конце концов, он хотя бы там, в своем мире. А вот где я? Пока что мне ничего не ясно! Магия, некроманты, проклятия… ректор ещё этот…»

От мыслей о ректоре Визарде части моего тела, которых он касался, вспыхнули, будто клейменные его огненными пальцами и ладонями, в лоне непроизвольно сократились мышцы, клитор запульсировал.

«Так, не вспоминаем, что делал ректор со мной на столе… черт… то же самое, что приказать себе не думать о синих слонах – только о них тогда и будешь думать!»

Я вышла из кабинета в приемную с тарелкой в руках, совершенно забыв, что там меня должен дожидаться Бролла. И это неблагодарное чудище не замедлило этим воспользоваться, превратившись в мерзкого огромного червя, обвивающего стулья и секретарский стол. От увиденного я вскрикнула, резко остановилась, рука дернулась, и пироженки, на которые я облизывалась всё это время, разлетелись в разные стороны.

Неудачно так разлетелись! Разноцветный крем растекся везде, куда попали вкусняшки: розовые, голубые, желтые, оранжевые и ярко–зеленые пятна на золотистой обивке стульев, стен, на документах на столе и даже на портрете важного господина, висящем на стене напротив окна.

Червь моментально вернулся в облик несносного рыжего фэйри, который стоял с виновато опущенной головой на подоконнике. Как ни странно, до него не долетело ни одной хотя бы малюсенькой капельки.

– Бролла! Как ты мог! Что мне теперь делать? Ректор и так на меня зол, что я не вовремя вошла! Это и есть твоя благодарность? Откуда ты взялся на мою голову?!

– Я тебе уже говорил – из Министерства особых дел… девичья у тебя память!

– Да помню я! Это просто выражение такое. Когда на кого–то сердятся, так говорят.

– А ты на меня сердишься?! – из–под рыжих косм вылупились испуганные глаза. – Только не посылай заклятия, пожааалуйста! – и Бролла заплакал.

– Он ещё и плачет! Это мне впору разреветься! Я понятия не имею, что делать с этим кошмаром на стенах! А если гость придет, какой–нибудь важный посетитель? Что же он подумает? Жеееесть!

– Так это, бытовой магией же это – в два счета! – всхлипнул человечек.

– Магией! – проворчала я, – я не знаю, как пользоваться магией! И понятия не имею, есть ли вообще у меня к ней дар!

– А ты к кому провалилась, если не секрет?

– К некромантам.

– К некромантам?! И ты ещё думаешь, есть ли у тебя магия?! Вот дурочка! У некромантов – самая сильная магия из всех! Некромант высшего уровня может переплюнуть по своей мощи целый факультет боевых магов! … Так, ладно, я понял, тебе учиться надо, в принципе, здесь этим и занимаются. А с кремом… придется кое–к–кому обратиться… Не хотел, но что поделать.

Бролла взлетел с подоконника, повис в воздухе по центру приемной и издал невообразимый свист–крик–визг. Никто не появился. Бролла повторил взывание, уже громче, а потом проревел третий раз.

– Вигта1, ты здесь? Виг–тааа? Ну, Вигта, ну появись, ну, пожааалуйста, я больше не буду тебя обманывать, честно–честно! Вигта, нужна твоя помощь хорошей девушке, пожаааалуйста!

– Ага, хорошей девушке, значит! Вечно у тебя хорошенькие девушки на уме! Обманщик! – откуда–то из–за шкафа появилось полупрозрачное маленькое существо, напоминающее женщину–горничную с тряпкой в руке. – А ко мне только тогда, когда помощь нужна!

– Ну, Вигта, ну, не ревнуй! Обещаю, сегодня же поведу тебя в кабачок Фира Даррига2! А не захочешь к нему, пойдем с кимпурушами3 у Маккриммона4 потанцуем!

– А я буду свидетельницей, что он вам это обещал, дорогая Вигта! – заявила я.

Маленькая горничная взглянула на меня, и её сердито–обиженное выражение вдруг изменилось. На нем промелькнуло что–то похожее на узнавание, глаза на миг расширились. Вигта склонила голову, присела и тихим дрожащим голосом произнесла:

– Что прикажете, госпожа?

– Да что ты, Вигта, какая госпожа? Я сердечно прошу помочь, посмотри, что случилось! – и я обвела рукой стены.

Вигта недоверчиво глянула на меня, будто не понимая, почему я отказываюсь зваться госпожой, а затем стала рассматривать объемы катастрофы.

– О, госпожа зря волнуется, это мы мигом! Бролла, помоги–ка мне!

Бролла подскочил к малышке, взял её за руку, и они начали расти в размерах, став чуть больше 7–летнего ребенка. Тряпочка в руке Вигты тоже увеличилась и разделилась на несколько частей, по одной в каждой руке горничной и посланника.

Смешные существа, рыжий лохматый и коренастенькая пухленькая, взлетели в воздух и принялись крутить тряпочками. Они даже не прикасались к пятнам, а только взмахивали над ними волшебными чистилками. Из тех сыпалась сияющая пыль, покрывала пятнышки и растворялась в них, делая невидимыми. Несколько минут, и приемная сияла чистотой лучше прежнего! И здесь появился уют, почувствовалась душа!

«Интересно! Вигта, наверно, живет в этом кабинете и убирает его. Секретаря не было, и она особо не старалась. А тут появилась я … неужели и Вигта думает, что я новая помощница ректора? Хозяйка этой приемной, а значит, и её госпожа? И Бролла думал, что я новый секретарь, и послание мне открылось, и ректор испытание странное устроил, а теперь Вигта госпожой называет… ой, неспроста всё это!»