Сумасшедшие каникулы
Шрифт:
– Ты в порядке? – спросил он Тусю.
– Угу, – ответила она, шмыгнула носом и чихнула, опровергая собственное утверждение.
Толик собрался задать ей парочку вопросов, но тут во дворе появился ОМОН и стало не до разговоров. Он прижался вместе с Тусей к мокрому холодному асфальту. Разумеется, их не будут здесь искать: задача ясна – «взять» склад. Что крепкие парни и проделали в считанные секунды, что называется, без шума и пыли. Толик с огромным удовольствием наблюдал, как выводят с закрученными за спину руками сначала Коленого, затем Рябого и хныкающего Витамина. Потом пришла «скорая». В нее положили старика сторожа. С ним о чем-то поговорил капитан Гаврилов.
Все! Толик вдохнул полной грудью сырой свежий воздух. Он взял Тусю за руку, а когда она взглянула на него, кивнул головой, показывая, что им пора уходить. Вскоре они оказались на проспекте, где Толик остановил проезжавшую легковушку.
Услышав адрес, водитель заартачился.
– Это же через пол-Москвы пилить, не…
– Я заплачу, сколько скажете, – перебил Толик, услышав, как Туся шмыгает носом.
– Крохобор, – мгновенно обозвала его Туся.
Толик сжал ее руку. Но водитель рассмеялся.
– Это еще по-божески, девочка. Вы мне сейчас все сидения уделаете. Видно, любите гулять под дождем?
– Обожаем, – ответил Толик, открывая заднюю дверцу.
Совершенно автоматически он назвал свой адрес. Потом прижал чихающую Тусю к себе, делясь с ней теплом. Через полчаса машина затормозила возле его дома.
– Пойдем, – сказал Толик, осторожно потряся Тусю за плечо.
Она открыла сонные глаза.
– А?
– Приехали.
– Куда приехали? – Туся непонимающе огляделась.
– Ко мне.
Этого было достаточно, чтобы она успокоилась. Толик рассчитался с водителем, помог ей выйти. А потом обнял и повел наверх. Ему хотелось о многом расспросить Тусю еще в машине, но она так устала, так промокла, что он отложил все разговоры. Толик заставил Тусю принять горячий душ, просушить волосы, переодеться в теплый мамин халат. Пока она отогревалась и приходила в себя, он тоже переоделся в сухую одежду, заварил крепкий чай, достал варенье из цветов липы, нарезал колбасы, сыра, хлеба.
– А теперь рассказывай, как ты оказалась у склада? – потребовал он, когда они напились горячего чаю и на щеках Туси заиграл непривычный для нее румянец.
– Я следила за тобой, – честно призналась Туся, дожевывая бутерброд. – Ты все время что-то недоговаривал, а когда стал пропадать по вечерам, я решила, что у меня появилась соперница.
– Что?!
– А что я еще могла подумать? – оправдывалась Туся. – А потом, когда я увидела, что ты «водишь» этих «друзей», Я сразу же сообразила, что что-то не так. И пошла за тобой. А ты между прочим, даже не заметил, что я тебя преследую. Тоже мне, Эраст Фандорин! – не больно уколола Туся.
– А ты решила, что я встречаюсь с другой девушкой. Тоже мне, мисс Марпл! – съехидничал Толик, не желая оставаться в долгу.
– Туся, тебе должно быть стыдно.
– Мне стыдно, – радостно подтвердила Туся.
Они поцеловались и поставили на этом огромную, жирную точку.
13
– Почему тебе прислали эту повестку?
– волновалась Туся, завязывая волосы цветным шифоновым шарфом. – Может, они нашли тех, кто тебя избил? – Туся поймала в зеркале взгляд Толика, который с удовольствием разглядывал ее и улыбался.
Они собирались пойти в кино. Но планы неожиданно изменились. Толик зашел к ней домой и показал повестку, где черным по белому было написано, что его ждут в комнате номер семнадцать ровно в пять часов;
– Толик? – позвала она, отвернувшись от зеркала.
Он поднялся со стула.
– Да не беспокойся ты раньше времени. Я через час вернусь.
– Нет уж. Я не намерена так долго мучиться неизвестностью.
Туся, как и положено верной боевой подруге, отправилась с ним. Она села на скамейку возле входа в отделение милиции, развернула журнал, купленный по дороге и сказала ему:
– Иди. Я буду ждать тебя здесь.
Спорить было бесполезно. Толик пошел. Он поднялся на второй этаж, постучал в дверь комнаты, на которой значилась цифра 17, услышав: «Войдите!» – открыл дверь.
– Проходи, проходи, – пригласил его капитан Гаврилов. – Вижу, ты не удивлен.
– Да в общем, нет, – согласился Толик, присаживаясь на стул, предложенный капитаном.
– Поговорим? – предложил Гаврилов, устраиваясь напротив него за большим заваленным бумагами столом.
– Отчего же не поговорить, – снова проявил покладистость Толик.
И почему-то вспомнил фильм «Место встречи изменить нельзя». Там Глеб Жеглов все бумажки на своем столе переворачивал не потому, что не доверял, а потому, что многолетняя привычка работала. Ведь за любую бумажky на его столе рецидивист полжизни готов был отдать. На столе капитана Гаврилова все работало на доверии. А может, времена изменились? Толик усмехнулся: какая чепуха лезет в голову.
– Что, весело?
– Спокойно. А о чем вы хотели со мной поговорить?
– напомнил Толик.
– О твоем спокойствии и хотел поговорить. А заодно и рассказать кое-что. Думаю, тебе будет интересно послушать. В мешках с крупой оказались наркотики.
Этого Толик не ожидал услышать. Его лицо стало серьезным, он напряженно вытянулся на стуле.
– Надо же. А я все гадал - что там?
– Героин. Причем крупная партия. Ради нее все и затевалось, - пояснил Гаврилов, что-то разыскивая на своем столе.
– Черт, бумажная волокита замучила. Делом заниматься некогда: то отчет, то-зачет. А Коленые в это время бегают на свободе.
Капитан нашел нужные бумаги. Разложил их перед собой. Прошелся по ним взглядом, а потом посмотрел на Толика и пояснил:
– Это документы по делу небезызвестной тебе троицы. Скоро я передам их в ФСБ наркотиками они занимаются. Впрочем, тут много чего наберется. И вооруженное нападение на склад, которое квалифицируется в уголовном кодексе как разбойное нападение и карается лишением свободы до восьми лет. И пистолет, который был изъят у Коленого, между прочим, числится в розыске. Оружие уже наследило в одном месте. Так что, дело, как видишь, серьезное, парень.
– Серьезнее не бывает, - тяжело вздохнул Толик.