Чтение онлайн

Но вот он проглотил последнюю порцию и, кажется, задремал. Я лёг рядом, чувствуя лёгкое головокружение. За меня тут же схватились, прося не оставлять его, умоляя не уходить. У меня и мыслей таких не было, да и возможности. Мне срочно требовалось восстановиться. Поэтому я закрыл глаза и позволил себе отключиться, оставив остальное на Аттенаис.

Меня разбудило осторожное движение.

– Эмиль, ты проснулся?
– мне же всё ещё хотелось спать.

– Сирис, не кричи, я всё слышу, - это было сказано не раздражённым тоном, меня просто поставили в известность, что он всё слышит, только вот, я сказал это почти шёпотом.

– Что вчера случилось?
– я практически прошелестел этот вопрос. Не уверен, что человек, стоящий в паре шагов от меня различил бы хоть что-нибудь.

– Не знаю. Последние пару недель меня словно выбивало из колеи, на меня накатывал страх, - мой ученик замолчал на мгновение, но потом встряхнул головой, - нет, не страх. Мне становилось очень не по себе от ощущение неуверенности. Периодически начинало казаться, что я не понимаю, что происходит, что мир не такой. Я списывал это на напряжение перед экзаменами, но вчера это было что-то совсем другое.

– Опиши, что происходило.

– Словно, всё сошло с ума. Словно это другой мир. Звуки. Они были то до невозможности громкими, то совсем пропадали, свет словно выедал глаза и всё накрывала тьма, чтобы в следующий момент снова резануть по глазам светом. И обоняние. Я никогда не чувствовал такую гамму запахов. Так резко, что у меня начинала кружиться голова...

Эмиль тяжело вздохнул и поднялся с кровати. Подошёл к окну, в которое заглядывала белая луна и, обхватив себя за плечи, поёжился.

– Сирис, что происходит?

Поблагодарив про себя дневник Берты, я постарался произнести как можно тише:

– Скачок в развитии. Ты долгое время оставался на уровне человека, и я всё списывал на тяжёлый старт, да и не важно это, если честно. И пусть обычно развитие происходит плавно, незаметно для вампира, но иногда... Иногда происходит вот такой «скачок». Чувства нелюдя сходят с ума, то работая сильнее, чем у десятилетнего, то полностью прекращая.

– И... Долго ещё так будет?

– Около недели, может быть чуть дольше.

В памяти всплыла ещё одна пометка Берты, но её довольно сложно было выразить при беседе. Пока я думал, как бы по-мягче задать этот вопрос, меня опередили.

– Сирис, а ещё я очень боюсь оставаться без тебя. Это... Это тоже из-за скачка?

– Да, - выдохнул я. Берта описала изменение в поведении как «синдром потерянного щенка», но не могу же я напрямую спросить, хочется ли моему ученику выть от отчаяния, если я не нахожусь рядом.

– Знаешь, когда ты не рядом, мне становится очень страшно и... очень страшно.

Эмиль стушевался, думая, как продолжить фразу, и быстро повторил то, что ему становится страшно. Но я всё равно почувствовал отголосок его истинных чувств. Действительно странные ощущения. Можно описать как дикую смесь влечения к еде и желание нежного обладания, тем, что может защитить.

Ох уж эти юные вампиры...

– А как же экзамен? У меня остался последний, неужели придётся идти на пересдачу?!
– голос моего ученика просто сочился отчаянием.

– Думаю, до экзамена ты придёшь в себя, а если нет, попрошу Некро принять его у тебя чуть позже. В конце-концов хоть нелюди практически не болеют, у нас есть много своих проблем.

Следующие пять ночей мне пришлось проводить вместе с Эмилем. Если меня не оказывалось рядом, в груди всё настойчивее прорывались его чувства, и были они, мягко говоря, неприятны. Его ощущения понемногу приходили в себя, поднимаясь на новую ступень. Странно, но сила не изменилась. В принципе, она у него и так повышалась, как и скорость, но вот координация... На третий день, когда перепады в ощущениях стали стали меньше, и мы с рыжеволосой смогли разговаривать нормально, не боясь оглушить моего ученика, пришлось заново учиться определять источник звука, дальность до предмета и источник запаха.

В принципе мой ученик справлялся весьма неплохо, а с помощью Аттенаис так и вовсе блестяще.

На пятый день нас ждало серьёзное испытание — прогулка по саду.

Эмиль невероятно переживал, судя по всему помня о последней ночи на улице, но моя рука на его плече подарила немного спокойствия и он, повернув дверную ручку, ступил на дорожку из дикого камня.

– Сирис! Какие чудесные ароматы!
– мой ученик вдохнул полной грудью и прошёл немного вперёд, - невероятно! Я теперь вижу! Вижу, словно где-то здесь стоит несколько фонарей!

– Только всё какое-то синее?

– Только всё какое-то синее, - согласились со мной, обернувшись. Фиолетовые глаза вампира ярко светились, отражая лунный свет.

Честно, первая вылазка прошла намного лучше, чем я ожидал. Нет, Эмиль, конечно, несколько раз шарахнулся от прошелестевшей листвы, но в целом, он практически научился управляться со своим обновлённым телом.

К экзамену у Некро он почти полностью овладел своим мироощущением, но всё же не стал отказываться от того, чтобы до Академии его подвезла моя карета, и забрала оттуда тоже.

Эмиль

Было ужасно стыдно признаваться Сирису в том, что я боялся оставаться без него, но, когда Наставник ответил, что это нормально, я испытал просто невероятную волну облегчения. Почти такую же, как когда он развеял мои опасения по поводу того, что я умираю. Если честно, иногда припоминаю ему ту шутку, о том, что я ненастоящий вампир. Потому что периодически страх этого охватывает меня. К счастью, ненадолго. Но вот в этот раз я всерьёз испугался, что из-за неправильного перерождения могу исчезнуть и страшнее всего было то, что это произошло бы вдалеке от Наставника. Нет. Даже думать об этом не хочу.

Первые три дня были тяжёлыми. А дальше всё пошло довольно плавно. Даже прогулка в саду, хоть я и ожидал от неё чего-то ужасного. Трудности возникли только со внезапно начинающими громко шелестеть кустами и то, Сирис объяснил, что это нормально.

Я настолько натренировался, что ко дню экзамена у Некро управлялся со своим телом почти так же хорошо, как раньше.

И сам экзамен прошёл замечательно. Мне думалось, что граф Ренс станет гонять меня по всему, даже самым сложным вопросам и заковыристым подтекстам, как это было на занятиях, но он лишь спросил меня по билету. Не дослушал половину ответов, попросил описать какого цвета попугай на плече у призрака, и с удовольствием покивав моему «у него нет никакого попугая», поставил высшую оценку и выгнал из аудитории.