Сумеречные тени. Книга III
Шрифт:
– Так у тебя всё-таки есть нормальное жилище, - хмыкнули в ответ.
– Тут наши взгляды кардинально расходятся, - отозвался я, перекрывая воду и стягивая полотенце с подставки.
– Просто руки выкручиваешь бедному калеке, - трагично приложил тыльную сторону ладони ко лбу вампир, но вдруг приоткрыл один глаз, - а эти твои «пирожки», правда помогают?
– Заинтересовало?
Я высушил волосы полотенцем, обтёр кожу, и, подняв голову, внимательно просмотрел на своего невольного гостя.
– Эгелид?
– Знаешь, я несколько ошибся, создавая элементаля в области ниже пояса, - задумчиво ответили, подробно изучая меня без тени смущения.
– Там ты мог бы вообще ничего не делать.
– Шедевр не может быть шедевром если мириться с неточностями!
– сурово возразили мне и лукаво прищурились, - а тебе не интересно, в какую сторону я ошибся?
– Ты обидишься, если всё равно?
– Да не особо...
– Тогда всё равно, - пожал плечами я и принял от прозрачного элементаля домашний махровый халат.
– Какой ты не любопытный, - надулся вампир.
– Просто предпочитаю оставаться с мыслями, тешащими моё самолюбие, - рассмеялся я, - пойдём?
В принципе, всё оказалось намного проще, чем я ожидал. Руки помнили долгие вечера с Бертой на кухне. Все ингредиенты измельчить, перемешать, налепить комочков и запечь, чтобы они не разваливались. И хотя Эгелид едва ли не стонал от того, что его принудили к черновой работе, получалось у него неплохо.
– А в этом мешке что?
– вампир увлечённо размешивал жижу для очередной порции и в запале указал этой же ложкой на притулившийся в уголке стола мешочек. С ложки капнуло несколько капель на пол и возникший словно из воздуха элементаль тут же убрал грязь.
– Высушенные корни белого аира, - отозвался я, занимаясь формированием очередной порции комочков для запекания, - помогают снять воспаление, улучают пищеварение и чуть-чуть притупляют голод.
– Вот прям всё это делает?
– мой невольный помощник вернулся к размешиванию жижи.
– Плюс я чуть позже вплету в них успокаивающие чары.
– Чтобы они активировались как только корень начинали грызть?
– понимающе кивнули мне, - хитро! Где ж ты так поднаторел со всем этим? Насколько помню, этот паренёк — твой первый ученик. Да ещё и приёмный.
– Мой Наставник... Я помогал ей, когда подобное случалось с её учениками.
Воспоминание о Берте больно кольнуло в области сердца.
– Так значит, ты сам приёмыш?
– задумчиво облизал ложку Эгелид и поморщился, - ну и гадость! Как ты можешь кормить этим своего ученика?
– Самое то, если тебе срочно нужна уйма материала для строительства новых зубов, - хмыкнул я.
– Значит, и мне что-то подобное есть придётся?
– задумчиво посмотрел на пахнущую рыбой и сыром кашу вампир.
– Вполне вероятно.
– Какой кошмар, - закатили глаза в ответ.
– Не отвлекайся! Уже пора ставить следующую порцию.
– Ты просто изверг какой-то, - хмыкнул Эгелид, - почему бы тебе не запрячь элементалей?
– Потому что обожаю дармовой труд и твои мучения, - скорчил страшную рожу я, но тут же улыбнулся, - просто во время формирования этих пирожков, я дополнительно вплетаю в них заклинания, да и задавать параметры размешивания элементалю, это часа три, плюс контроль, а тебе два слова сказал, и дело пошло.
– В общем, любишь дармовой труд, - подытожил вампир, проверяя ложкой массу на тягучесть.
Угомонились мы только ближе к полуночи, но зато весь морозильник был доверху забит специальными пирожками. Должно хватить, во всяком случае на половину периода смены зубов точно.
– Знаешь, а приготовленные они в принципе не плохи, - произнёс Эгелид, кусая от одного из моих творений.
– Ты только не увлекайся.
– Да помню-помню, оставить твоему дрожайшему ученику, - фыркнули в ответ.
– Не только. Если помнишь, там в составе сон-трава.
Вампир медленно прожевал откусаный кусочек и нахмурено посмотрел на оставшееся. Затем, пожав плечами, закинул пирожок практически целиком в рот.
– От офного нишего не будет.
– Как знаешь, - пожал я плечами в ответ и отправился на кухню, смешать нам по порции крови.
Правда, когда я вернулся, Эгелид уже дрых на кресле, привалившись головой к спинке.
– От одного ничего не будет, - улыбнулся я, и подозвал служанку, что, бесшумно возникнув рядом, вручила мне клетчатый мягкий плед и так же бесшумно пропала.
Я накрыл им вампира и сел на соседнее кресло, смотря в панорамные окна, за которыми ветер мягко качал белые венчики распустившихся лечебных цветов. Сделал пару глотков тёплой крови и облокотился на спинку кресла. Пусть сегодня будет спокойная ночь. Небольшая передышка не помешает.
За прозрачной стеной раскачивались белые пушистые головки цветов, на соседнем бержере мерно дышал Эгелид, и я удобнее утроился в кресле. Возможно, дремота немного одолела и меня, пока я наблюдал за мерным качанием цветов под лунным светом, потому что тихие шаги по лестнице заставили вздрогнуть.
– Сирис!
– Эмиль, осторожно выглянув в залу, шёпотом позвал меня, кивая в сторону кухни.
Тихо поднявшись из кресла, я последовал за своим учеником.
Стоило двери на кухню закрыться, как меня сдавили на уровне грудной клетки.
– Эмиль?!
– Прости, прости, - виновато понурился мой ученик отпуская меня из объятий и отступая на шаг, -просто, ты не отвечал на письма, не давал знать, где и что с тобой, я опасался... Худшего.
– Но печать же не пропала, - я слегка хлопнул па плечу вампира, - если бы я умер, она бы исчезла помнишь?
– Помню, - вздохнули в ответ, машинально потирая место печати, - но можно пропасть не умерев...
– Какие-то мрачные мысли с вечера пораньше, - улыбнулся я, - вижу, теперь твой разум занимает не только желание что-нибудь съесть...
– Ох, Сирис, это было похоже на сумасшествие...
И мне в красках поведали о событиях, предшествующих гастрономическому помешательству моего ученика. Думается, самостоятельное выдирание зубов моего ученика ещё не скоро сотрётся из памяти его друзей.