Чтение онлайн

— Доброе утро! — поздоровался я.

— О, проснулся? — откликнулся Шприц. Из соседней комнаты.

Звякнули какие-то инструменты. Мыл наверно.

— Как ты себя чувствуешь?

— Более-менее.

— Голова не болит?

— Нет. Я вчера не пил.

— Ты как всегда шутишь. А ведь я помню то время, когда ты был всегда один. Новичок, совсем зеленый. Ты был самым талантливым учеником у Волка. Уверенный в себе, сдержанный, смелый. Ты ни с кем не общался. Только Волк однажды смог с тобой поговорить. Ты тогда ему сказал, что живешь только ради мести. Помнишь?

— Помню. Ему тогда было очень интересно, почему я такой жестокий.

— Да уж. Тогда ты был жестоким. Это из-за мести. Ты жил только этой мыслью. Тогда ты мог спокойно зарезать любого, кто мог задеть тебя, пусть даже самую малость. Чуть что, сразу за нож хватался. Хорошо, что Волк назначил к тебе Медведя. Он сумел утихомирить твой пыл. А потом еще и Крот с Анонимом. Они окончательно растопили тебя.

— Да, спасибо ребятам. Благодаря ним я не совершил величайшей ошибки в своей жизни.

— Кстати, а что там случилось с тем пареньком, которого ты искал?

— Я его пощадил. А потом пригласил его в нашу команду.

— А, так Атом, это он?

— Ага.

— Интересно.

— Да. История действительно очень интересная.

Мы помолчали.

— Долго тебя не было здесь.

— Да. Два года.

— Целых два! Как быстро летит время.

Шприц ушел в соседнюю комнату и вернулся минут через десять.

— Чай будешь?

— Нет, я не пью чай.

— Ах да, забыл. Никакого чая, кофе, водки и коньяка.

— Ты еще все помнишь?

— Есть немного.

Шприц отпил чай из кружки. Его лицо расплылось в удовлетворенной улыбке. Он постоял, подумал и снова скрылся в комнате. Еще через пять минут он вышел с еще одной кружкой.

— Вот, воды тебе принес.

— Спасибо.

Я отпил. Вода побежала по пищеводу, оставляя холодящее ощущение. Красота.

— Кстати, Шприц, а когда я смогу встать?

— С твоей живучестью, — он сделал паузу, поразмыслил и сказал. — Завтра, послезавтра.

— На мне, что правда все так быстро заживает?

— Ничего себе быстро! Ты здесь уже неделю валяешься.

— Сколько?!

— Неделю.

— Не может быть!

— Вчера, сегодня и еще шесть дней в коме. Даже 8 дней. Вторая неделя пошла.

— Офигеть.

Шансы того, что Морж все еще на Кордоне резко уменьшились. Зараза. Из-за этих гопников, хреновых, мне теперь снова Моржа выслеживать.

— Кстати, а что вообще со мной случилось?

— Память отшибло.

— Нет не в этом смысле. Какие у меня повреждения?

— А, это? Да так, ничего особенного. Пара переломов, вывихов и несколько пулевых.

— А по подробнее?

— Ладно. Значит так. У тебя вывих левой кисти и среднего пальца на правой руке, перелом правой ноги и перелом трех ребер.

— А пулевые?

— Ничего существенного. Одна пуля в правом бедре, одна в левой почке, если со спины смотреть, и еще две прошли вскользь по правому боку.

— Да уж. За почти 4 года в Зоне не было ни одного ранения, так, мелкие царапины, а тут раз и целый букет.

— А, забыл еще сотрясение мозга и потеря зуба. Верхнего коренного. Жевательного.

— Еще круче. Плюс еще два цветочка.

— Кстати, как ты там устроился? — поинтересовался Шприц.

— Неплохо.

— Ты не хочешь говорить?

— С чего ты взял?

— С того, что ты не поддерживаешь разговор.

— Ладно, я сейчас у долговцов ошиваюсь.

— Вступил в "Долг"?

— Нет. Просто живу у них, задания выполняю периодически.

— А, понятно. А ходили слухи, что ты в наемники подался.

Вот ведь, ничего не утаишь.

— Это правда.

— Так ты наемник, но живешь у долговцев?

— Нет, я не наемник.

— Ничего не понимаю.

— А что тут понимать? Ушел я от наемников.

— А что так?

— Не хочу об этом разговаривать.

— Ладно, как хочешь.

Он замолчал.

— А ты как?

— Да все как всегда. Лечу сталкеров. Живу на содержании Волка и Сидоровича. Ничего

интересного.

Разговор не заладился. Ну и ладно.

— Ладно, мне надо идти. Работы много. Поправляйся.

— Спасибо.

Я снова остался один. Спать не хотелось, а заняться было нечем. Я решил попрактиковаться в самоотчуждении.

Мы, молча ели консервы. Еда так себе, но во время рейда нормальная еда — дорогое удовольствие.

— Может, ребят помянем? — предложил Банка и вытащил из рюкзака бутылку водки.

Я посмотрел на нее с отвращением — не люблю крепких напитков. А вот Бинго наоборот, как увидел, так сразу повеселел. Глаза заблестели, и сам он как-то подтянулся.

— А вот это — дело! — сказал он, доставая металлические стаканчики. — Разливай.

— Мне не наливайте, — сказал я.

Бинго и Банка посмотрели на меня так, будто увидели во мне зомби, ну или врага народа, поэтому я добавил:

— У меня свое есть, — и вытащил флягу.

— Ну, тогда, за Кэпа, самого лучшего командира, который не раз спасал нас со Штыком от смерти и никогда не допускал раздоров и драк в группе. Земля ему пухом! — потухшим голосом произнес речь Бинго и, не чокаясь, опрокинул в себя стакан. Банка последовал его примеру, а я не спеша отпил из фляги. Как полагается, в первый раз никто не закусывал.

— За Штыка, самого смелого среди нас, он всегда рвался в бой, и в своей последней битве он отдал свою жизнь за нас всех. Земля ему пухом! — произнес Банка. И повторил предыдущую комбинацию.

Снова никто не закусывал.

— За тех, кто в Зоне. Да будет она милостива к ним, — третий тост был моим. После него уже закусывали. Ребята, я нет. Во фляге было вино. Красное сухое.

— Хорошая речь, Банка, почти как моя, — сказал подхмелевший Бинго.

— Да, хорошо сказал. Вот только насчет того, что он за нас жизнь отдал, можно поспорить. Все-таки мы выяснили, что он умер от аномалии, а не от ракеты, — после спиртного меня потянуло пофилософствовать.