Чтение онлайн

— Дело в том, что на меня охотится "Свобода".

— Ухты! А чего так?

— Долгая история. В общем долговцы, когда узнали о моих отношениях со "Свободой" и моем прошлом в Зоне, согласились на симбиоз. Они дали мне приют и особые привилегии по сравнению с другими нейтралами, а я теперь выполняю задания полковника.

— Это комендант базы?

— Что-то типа того.

— Интересно.

Мы снова замолчали.

— Ладно, Ящер, надо идти на боковую — завтра рано вставать.

— Согласен.

Мы залезли на койки и заснули.

Новый день. А может и не новый. Интересно, как долго я проспал? Я огляделся. Все та же комната. Ничего не изменилось. Тело все также болит. Хотя нет. Кое-что изменилось. На тумбочке лежал мой КПК. Я взял его и включил. Ухты! Долго же я был в отключке. После выброса прошло уже 4 дня.

О, новое сообщение пришло. Я открыл — от Полкана. Спрашивает как успехи. Я написал, что Ковбой мертв, его КПК у меня. Еще написал, что не смогу прийти, потому что серьезно ранен. Он спросил, где я. Я написал, что в "Скелете". Он сказал, что пришлет за мной людей. Я ответил, что не хочу передвигаться по Зоне в таком виде. Он ответил, что тогда пришлет их за КПК Ковбоя. Я согласился. Потом он спросил, нужны ли какие-нибудь лекарства, или еще что-нибудь. Я сказал, что про лекарства не знаю, потом напишу, и попросил, чтобы принесли вина.

Я попрощался и выключил устройство. Чем бы заняться?

Придумать занятие я так и не смог. Точнее не успел. Через несколько минут после переписки, ко мне заглянул Боксер.

— Ну как ты?

— Более-менее. Уже поворачиваться могу и сообщения писать. Кстати, кто меня лечил?

— Да есть тут у нас один доктор.

— Болотный?

— Нет. Слишком жирно будет. Просто один мужик, который ребят лечит.

— А можешь спросить, какие ему лекарства нужны?

— Зачем.

— Ко мне должны будут гости прийти, обещали принести любые лекарства, которые понадобятся.

— Ухты! Крутая у тебя крыша.

— Не жалуюсь.

— Хорошо, я спрошу. Поправляйся.

— Спасибо.

Боксер ушел. Я снова остался один.

Чем бы заняться? Жаль, в КПК игрушек нету. Я бы сейчас поигрался бы во что-нибудь.

Удивительное дело. Мне уже 30, а я все еще не ощущаю себя взрослым. В моем представлении мне все еще 20. Такое чувство, что Зона меня омолаживает. Будто ее воздействия, убивающие других, оказывают на меня обратное действие. Будто ее аномальная энергия меня подлечивает. А может это — правда? Интересно. Если так, то почему именно я? Может быть, это было не сразу, а началось после какого-нибудь момента.

Какого? Может после стычки с контролером? Или после кровососа? Тут у меня появилась одна интересная мыслишка.

Я поднес щупальце к глазам.

А может это оно дает такой эффект? Может люди изначально не там ищут эликсир молодости? Кто-то идет к монолиту, кто-то ищет артефакты, кто-то ищет какое-нибудь место в Зоне, где нет понятия времени, а я ничего не искал, но нашел? Круто.

Правда, это только мое предположение, научно не подтвержденное. Но надо будет как-нибудь попробовать это подтвердить или опровергнуть.

От размышлений меня отвлек стук в дверь. Интересно, кто это? Боксер в дверь не стучит, а заходит сразу. Тем более постучали как-то слабо.

— Войдите, — сказал я. Чего я буду гадать, если можно разобраться в этом с помощью всего одного слова?!

Дверь открылась, и в комнату вошла девушка. Я присмотрелся — это была та самая сталкерша, которую я спас дважды.

— Привет, я не помешала? — спросила она. У нее был приятный, нежный голос.

— Нет. Проходи, присаживайся.

Она оглядела комнату и, не найдя стула, присела на краешек кровати.

— Как ты? — спросила она.

— Бывало и похуже.

— Куда уж хуже?!

— Поверь, есть куда.

— Меня, кстати, Радистка зовут.

— А меня — Призрак, очень приятно.

— Интересное имя.

— У тебя тоже.

— Просто меня Катя зовут. Мой наставник сразу вспомнил про радистку Кэт из какого-то старого фильма. Вот и стал Радисткой звать.

— Интересная история.

— А почему тебя Призраком зовут?

— Меня нельзя убить.

— Что, правда?

— Может и правда. Я не знаю. Пока что меня еще ни разу не убили, хотя были случаи, когда все думали, что мне хана, а я выживал.

— Очень интересно.

Она замолчала и стала разглядывала меня. Я в ответ рассматривал ее.

У нее были красивые, синие глаза. Именно синие, а не голубые. Это меня поразило больше всего. Она посмотрела в сторону и ее глаза получили фиолетовый оттенок. Очень интересно.

Она смотрела в стену, а я тем временем продолжил ее разглядывать. Цвет волос я не рассмотрел, потому что ее голова была перебинтована. На правой щеке виднелся синяк. Я посмотрел ниже. На шее царапина. Одета она была в легкую кофту, которая не скрывала ее фигуру. Осиная талия, в меру пышная грудь, наверно она блондинка. Ученые доказали, что у блондинок самые пышные фигуры. Хотя может, и нет. Ниже я не смог рассмотреть, потому что не мог опустить голову ниже.

Она повернулась снова на меня, и я заметил, что под ее левым глазом расплылся фингал.

Я спокойно разглядывал ее лицо: тонкие брови, тонкие губы, верхняя губа разбита. Сама голова была правильной формы — не слишком круглая и не слишком вытянутая. Нормальная, одним словом. А про глаза я уже говорил.

— Что же в Зоне делает такая красавица? — не выдержал я, хотя знал, что про такие вещи в Зоне не спрашивают, а если и спрашивают, то получают, причем либо по морде, либо пулю. В редких случаях от этого вопроса просто уходят.

— Я ищу отца, — сказала она. Ухты! Я не ожидал, что она ответит.

— А ты знаешь, что женщины в Зоне долго не живут?

— Знаю, но я буду исключением, — она улыбнулась. Давно не видел такой веселой улыбки. Она меня пленила.

— Кстати, может, ты мне поможешь? — спросила она меня.

— В чем?

— В поиске отца.

— Я бы с радостью, но ты сама видишь, что я не ходок.

— Ну, может, ты что-то про него знаешь?

— Может быть. Как его зовут.

— Сергей…

— Я имею в виду кличку, — перебил ее я. — Сталкеры не знают друг друга по именам. Хотя бывают исключения.

— Его зовут Шприц.

Не может быть! Шприц! Да это же мой друг. Какая удача.

— Ты его знаешь?!

Наверно она поняла мою реакцию правильно.

— Да, знаю, он мой хороший друг. Конечно, если мы не имеем в виду разных Шприцов.

— Он высокий, худой, с лысинкой на макушке.

— Да, это он.

— До Зоны был хирургом.

— Точно он.

— А где папа сейчас?