Сумерки человечества
Шрифт:
– Знали или нет?!
– Знали… А вот откуда ты это знаешь? – в свою очередь поинтересовался полковник, внимательно на меня посмотрев.
– Сказали, - смутно ответил я, сам даже не способный толком описать, что произошло, - страшно то, что это правда. Вы или такие как вы создали эту заразу и выпустили ее на свободу! А теперь пытаетесь делать вид, что к этому не причастны!
– Слушай, ты не понимаешь, здесь все гораздо сложнее, - поднял руки в знак примирения полковник, - об этом никто ничего не знал до последней секунды, пока не стало слишком поздно. Сейчас мы прилетим в безопасное место, где снова каждый займется своим делом.
При этих словах я почти чувствовал исходящую от него ложь. Ничего он не забудет и попытается отомстить. Лично мне, и наплевав на все остальное.
Даже если от меня будет зависеть его жизнь. Хотя даже личная месть меня сейчас не пугала. Хуже всего было осознавать, что человек напротив меня знал, что так будет. Знал, но ничего не сделал.
«Не верь никому» - всплыла в сознании фраза, словно вытащенная на крючке.
– Просто успокойся, - попросил полковник, - ты нам еще можешь понадобиться.
– А знаешь что, - почти рявкнул я на него, - пошел ты!
И нажал на курок.
От выстрела в упор ракета не смогла пробить тело пилота и разорвалась внутри. Кровь несчастного хлестнула во все стороны, заляпав приборную панель и стекло кабины. Пилот не успел даже закричать, только силой удара тело навалилось на руль. А потерявший управление вертолет вошел в штопор.
***
Когда все закончилось, я все же смог открыть глаза. Взгляд плыл, и вокруг все медленно вращалось по часовой стрелке. Мне понадобились неимоверные усилия, чтобы просто поднять руку и нажать кнопку на замке, отстегивающую ремни. И сразу после этого свалился на пол, не находя в ногах достаточно сил, чтобы даже встать. Где-то в голове стучала мысль, что надо вылезти из машины, пока огонь не добрался до баков с топливом, но рукам просто не хватало сил, чтобы подтянуть себя просто до выхода из вертолета.
Каким-то невероятным образом я смог вывалится из разбитого вертолета, чувствуя спиной тлеющее пламя, но не хватало сил, чтобы сбить его с одежды. Проползя еще несколько метров, я привалился к стене, пытаясь отдышаться и хоть чуть прийти в себя. Желудок крутили спазмы, но внутри ничего не было, потому вырваться не получалось. Ужасно хотелось пить, горло все жгло, но и пить было нечего. Даже если и было, постоянные спазмы все равно бы выбросили все обратно наружу. Рукой вытер лицо, чувствуя на ней влагу. Из носа шла кровь, как и из глаз. Похоже, от удара об землю там что-то лопнуло. Что именно, не знал, только надеялся, что все это кончится.
Хотелось упасть и заснуть, но силой воли заставил себя подняться.
– Сила – это не то, что ты можешь, а то, на что способен, когда ничего не можешь, - сказал сам себе услышанную однажды фразу, надеясь, что хоть это придаст каких-нибудь дополнительных сил. Мораль, конечно, вещь хорошая, но хотелось бы чуть и физической помощи. А ее критически не хватало.
Я присел на колени и снова упал на все четыре, согнутый очередным спазмом. Когда немного полегчало, все же огляделся, где оказался. Помнил только, что сначала сильно тряхнуло, потом ударило, снова небольшой полет и очередное падение с постоянным ударами и тряской. Похоже, что мы, в конце концов, упали в каком-то городе, провалившись в одно из зданий.
Все вокруг разломало силой удара, от меблировки, если она даже и была, ничего не осталось, только головешки и чуть потрескивающие и тлеющие остатки обоев на стенах. Сила удара при падении вертолета почти полностью снесла угол одного из зданий, обрушив его вниз, на дорогу.
Сама машина лежала рядом, на самом краю, медленно вращая остатками винта, почти разбитого и почти без лопастей. Осталось только одно, согнутое ударом почти посередине почти под прямым углом и чуть покачивающееся.
А прямо за ним я разглядел кое-что, до боли знакомое. Эти силуэты, знакомые очертания башен и домов, я знал с самого детства. Так я помнил
Кремль в своем городе. В родном городе…
08.10.2011