Чтение онлайн

Ответ на возражение 1. Сущностно рассудительность является умственной добродетелью. Но со стороны ее материи у нее есть нечто общее с нравственными добродетелями, поскольку она, как уже было сказано (57, 4), является правильным суждением о вещах, которые будут выполнены. И в этом смысле ее можно ставить в один ряд с нравственными добродетелями.

Ответ на возражение 2. Изобретательность и упрямство не совершенствуют чувственное желание. Это ясно из того, что изобретательный и упрямый часто проявляет немалую страстность, чего бы не наблюдалось, если бы его чувственное желание совершенствовалось навыком к правильному суждению. Однако изобретательность и упрямство совершенствуют разумную способность и помогают разуму противостоять страстям, которые могли бы способствовать его заблуждению. Но все же их нельзя назвать добродетелями, поскольку умственная добродетель, которая располагает разум к правильному суждению в вопросах этики, предполагает правильное желание цели, такое, чтобы разум мог правильно придерживаться начал, то есть целей, на которых он строит свое доказательство, а как раз этого и недостает тому кто изобретателен и упрям. Точно так же не может быть совершенным и действие, проистекающее из двух начал, если каждое из этих начал не усовершенствовано навыком, который бы соответствовал этому действию. Так, каким бы совершенным ни был пользующийся инструментом основной действователь, он произведет несовершенное следствие, если плохо расположенным окажется его инструмент. Следовательно, если чувственная способность, которая подвигается разумной способностью, несовершенна, то сколь бы ни была совершенна разумная способность, окончательное действие будет несовершенным и, следовательно, начало этого действия не будет добродетелью. Поэтому изобретательность, воздержанность от удовольствий и стойкость в страданиях принято считать не добродетелями, а чем-то меньшим, чем добродетели, каковое мнение разделяет и Философ [190] .

Ответ на возражение 3. Вера, надежда и любовь превосходят просто человеческие добродетели, поскольку они суть добродетели человека по благодати Божией.

С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что нравственность может существовать без умственной добродетели. В самом деле, нравственная добродетель, по словам Цицерона, это навык, который подобен второй природе и [при этом] сообразуется с разумом. Но хотя природа и может сообразовываться с неким движущим ее высшим разумом, нет никакой необходимости в том, чтобы этот разум был соединен с природой в одном и том же субъекте, что очевидно в случае лишенных познания природных вещей. Следовательно, в человеке может наличествовать подобная второй природе нравственная добродетель, которая склоняет его сообразовываться с разумом, хотя при этом его разум и не совершенствуется умственной добродетелью.

Возражение 2. Далее, благодаря умственной добродетели человек получает возможность пользоваться разумом совершенно. Но порою случается так, что добродетельные и угодные Богу люди не слишком сильны по части пользования своим разумом.

Следовательно, похоже на то, что нравственная добродетель может существовать без умственной.

Возражение 3. Далее, нравственная добродетель склоняет нас к добрым поступкам. Но некоторые по природе и независимо от суждения разума склонны совершать добрые поступки. Следовательно, нравственные добродетели могут существовать без умственных добродетелей.

Этому противоречит сказанное Григорием о том, что «если не обуздывать свои желания рассудительностью, то все остальные добродетели вряд ли можно будет называть таковыми» [191] . Но рассудительность, как уже было сказано (57, 5), – это умственная добродетель. Следовательно, нравственные добродетели не могут существовать без умственных добродетелей.

Отвечаю: нравственная добродетель может существовать без некоторых умственных добродетелей, а именно мудрости, науки и искусства, но она не может существовать без мышления и рассудительности. Нравственная добродетель не может существовать без рассудительности постольку, поскольку та является навыком к выбору, то есть побуждает нас делать правильный выбор. Но для того, чтобы выбор был правильным, необходимы две вещи. Во-первых, чтобы интенция была направлена к надлежащей цели, а это происходит благодаря нравственной добродетели, которая склоняет желающую способность к сообразующемуся с разумом благу, каковое и является надлежащей целью. Во-вторых, чтобы человек правильно выбирал средства для достижения цели, а это он может сделать только в том случае, когда его разум правильно решает, судит и распоряжается, что, как уже было сказано (57, 5, 6), является функцией рассудительности и присоединенных к ней добродетелей. Поэтому не может существовать никакой нравственной добродетели без рассудительности и, следовательно, не может существовать никакой и без мышления. В самом деле, благодаря добродетели мышления мы познаем самоочевидные начала как в созерцательных, так и в практических делах. И как правильное суждение о созерцаемом, вытекающее из познаваемых естественным образом начал, предполагает мышление этих начал, точно так же [предполагает мышление] и рассудительность, которая является правильным суждением о вещах, которые будут выполнены.

Ответ на возражение 1. Природная склонность в лишенных разума вещах не имеет возможности выбора, и потому разум для нее не является необходимостью. Но у склонности нравственной добродетели есть выбор; поэтому для того чтобы она могла быть совершенной, необходимо, чтобы и разум стал совершенным благодаря умственной добродетели.

Ответ на возражение 2. Человек может не в полной мере пользоваться своим разумом в отношении многих вещей и при этом быть добродетельным, если он [правильно] пользуется [своим разумом] в отношении тех вещей, которые он должен исполнять добродетельно. И в этом смысле все добродетельные люди в полной мере пользуются своим разумом. Поэтому те, которые кажутся простаками из-за того, что они бесхитростны в мирских делах, часто при этом бывают рассудительными, согласно сказанному [в Писании]: «Будьте рассудительны, как змии, и просты, как голуби» [192] (Мф. 10:16).

Ответ на возражение 3. Природная склонность к благу добродетели – это своего рода начало добродетели, но никак не совершенная добродетель. Более того, если она не сопровождается верным суждением, позволяющим делать правильный выбор средств для достижения цели, то чем сильней эта склонность, тем большую опасность она может таить. Так, если лошадь слепа, то чем быстрее она скачет, тем тяжелей может оказаться ее падение и серьезней травма. Поэтому хотя нравственная добродетель, вопреки мнению Сократа, и не является рассудительностью, тем не менее, она «согласна с верным суждением», поскольку, как учили платоники, она склоняет человека к тому, что сообразуется с правым разумом; а еще необходимо, чтобы она, как говорит Аристотель, была «соединена с верным суждением» [193] .

С пятым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что умственная добродетель может существовать без нравственной. В самом деле, совершенство предшествующего не зависит от совершенства последующего. Но разум предшествует и движет чувственное желание. Поэтому являющаяся совершенством разума умственная добродетель не зависит от являющейся совершенством желающей способности нравственной добродетели и может существовать без нее.

Возражение 2. Далее, нравственность является материей рассудительности подобно тому, как возможные для изготовления вещи являются материей искусства. Но искусство может существовать и без своей надлежащей материи, например, кузнец – без железа. Следовательно, и рассудительность может существовать без нравственной добродетели, хотя из всех умственных добродетелей она, похоже, более всех связана с нравственными добродетелями.

Возражение 3. Далее, рассудительность – это «добродетель, благодаря которой мы принимаем правильные решения» [194] . Но многие принимают правильные решения, не обладая при этом [никакими] нравственными добродетелями. Следовательно, рассудительность может существовать без нравственной добродетели.

Этому противоречит следующее: желание делать зло прямо противоположно нравственной добродетели, хотя оно и не противоположно тому, что может обходиться без нравственной добродетели. Но «произвольный грех» противоположен рассудительности [195] . Следовательно, рассудительность не может существовать без нравственной добродетели.

Отвечаю: если другие умственные добродетели могут существовать без нравственной добродетели, то рассудительность – никак. Причина этого состоит в том, что рассудительность является правильным суждением – притом не только общим, но также и частным – о вещах, которые будут выполнены, в отношении каковых вещей и производятся действия. Но для правильного суждения необходимы начала, от которых бы отталкивался разум. А когда разум исследует частности, ему необходимы не только общие, но еще и частные начала. Что касается общих начал действия, то в отношении них человек правильно располагается как естественным мышлением начал, благодаря чему он познает, что не должен делать никакого зла, так и некоторой практической наукой. Но этого недостаточно для того, чтобы человек мог выносить правильное суждение в отношении частностей. В самом деле, иногда случается так, что обретенное либо благодаря мышлению, либо науке знание вышеуказанного общего начала в конкретном частном случае разрушается под воздействием страсти; так, тому, кто поколеблен и, в конце концов, превозможен желанием, объект его желания кажется благом даже тогда, когда это противоречит универсальному суждению его разума. Таким образом, как благодаря навыку природного мышления или науки человек становится правильно расположенным в отношении общих начал действия, точно так же для того, чтобы быть правильно расположенным в отношении частных начал действия, то есть целей, ему требуется совершенствование посредством некоторых навыков, благодаря которым для него становится соприродным выносить правильные суждения относительно целей. Такими навыками являются нравственные добродетели; действительно, добродетельный выносит правильное суждение относительно цели добродетели, поскольку «каков человек, такая и цель ему является» [196] . Следовательно, для правильного суждения о вещах, которые будут выполнены, то есть для рассудительности, необходимо, чтобы человек обладал нравственной добродетелью.

Ответ на возражение 1. Схватывающий цель разум предшествует желанию достижения цели, но желание достижения цели предшествует разуму, принимающему решение о выборе средств, чем, собственно, и занимается рассудительность. Это подобно тому, как в умозрительных вопросах мышление начал является тем основанием, на котором базируются силлогистические заключения разума.

Ответ на возражение 2. То, насколько хорошо или дурно мы судим о началах искусства, нисколько не зависит от расположения нашего желания, как это имеет место в том случае, когда мы судим о цели, которая является началом в этических вопросах, поскольку в первом случае наше суждение зависит от одного лишь разума. Следовательно, искусство не нуждается в добродетели, которая бы, подобно рассудительности, совершенствовала желание.

Ответ на возражение 3. Рассудительность помогает нам не только принимать правильные решения, но также правильно распоряжаться и судить. Но это было бы невозможным, если бы не были устранены те страсти, которые разрушают суждение и распоряжение рассудительности, и эту функцию выполняет нравственная добродетель.

Теперь нам надлежит исследовать то, в чем состоит отличие нравственных добродетелей друг от друга. И коль скоро те нравственные добродетели, которые связаны со страстями, различаются в соответствии с различием [самих] страстей, нам следует рассмотреть, во-первых, отношение добродетели к страсти и, во-вторых, различные виды нравственной добродетели в том, что касается страстей.