Чтение онлайн

Я нажимаю на имя Кевина в списке контактов, как вдруг слышу щелчок открывающейся двери, топот детских туфелек и взволнованное щебетание, звучащее вперемешку с мужским басом.

– She’s in here! Hurry up! Hide it, dad! (пер-д. Она здесь. Торопись! Спрячь это, пап!

– Кажется, твои пришли, - Ксеня отставляет бокал с кофе и поднимается из-за стола. – Пора познакомить свою дорогую подружку с семьей, нэ?

Не успеваю я двинуться в сторону коридора, как на кухню влетает Джини. Лицо у нее загадочное, а улыбка будто приклеена. Она переводит недоуменный взгляд с меня на Ксеню, смешно хлопает ресницами и начинает тараторить на английском:

– Мари, ты же собиралась сегодня по магазинам пройтись. Уже купила все, что хотела? И кто эта тетя у нас в гостях?

– Джини, - я ласково улыбаюсь девочке и отвечаю также на английском, - это моя подруга Ксения. Я тебе про нее рассказывала. Она сегодня сделала мне сюрприз и прилетела в гости. Мне пришлось отложить планы на день, чтобы провести время с ней.

– Ммм. Сегодня прям день сюрпризов, - бормочет Джини себе под нос, потом подходит к Ксене и протягивает ей руку.

– Nice to meet you (пер-д: приятно познакомиться), - важно произносит она, с любопытством разглядывая мою подругу. Ксеня ответить ей не успевает, так как на кухне появляется Кевин. Я перевожу на него взгляд, и сердце начинает щемить. Какой же он красивый. Мне нравится в нем абсолютно все. А ведь он мог просто улететь в Америку один с дочкой, и мы никогда больше не увиделись бы. В памяти всплывает наш последний день в России, та самая новогодняя ночь. Когда пришли Джейс и Люся, настало время вручать подарки. Я подарила Кеву хрустальный шар, в котором стояли фигурки Деда Мороза со Снегурочкой, если шар потрясти или перевернуть, то вокруг фигурок начинал кружиться снег. Не знаю, почему выбрала именно такой подарок. Наверное, потому что именно зима и Новый год связали наши с Кевином жизни. Джини я подарила игрушечного кота, умеющего петь. Тогда я подумала, что если однажды мы с Михалычем все же улетим из Америки, я буду счастлива, что у Джини останется о нас небольшое воспоминание в виде этой игрушки. Ее она, кстати, тоже назвала Михалычем.

– Та самая подруга, которая хотела помацать мою задницу? – спрашивает Кев на русском, прервав поток воспоминаний в моей голове. Он широко ухмыляется, глядя на Ксеню, а затем подмигивает мне.

– Именно та, - говорит подруга, ничуть не смутившись, в отличие от меня. Мое лицо начинает пылать, как кипятком облитое. – Прилетела, чтобы убедиться в счастье своей подруги. Теперь вижу, что она действительно счастлива. А то мало ли, вдруг вы ее тут силком удерживаете.

– Ксень, - шепчу я, выпучив глаза, но та лишь невозмутимо пожимает плечами. Кевин смеется, подходя ко мне и обнимая за талию.

– Если и так, то, думаю, Мари подобное проявление настойчивости очень даже по душе.

Мужчина наклоняется и целует меня в губы. Тяжесть внизу живота и тепло в груди не заставляют себя ждать. Говорят, со временем люди пресыщаются друг другом, страсть проходит, тело уже не реагирует остро на прикосновения любимого человека, но мне кажется, это не про нас с Кевином. Мне всегда его мало. И та страсть, что возникла между нами в первые встречи, теперь еще сильнее подогревалась любовью за месяцы из крошечного ростка превратившуюся в высоченное дерево, усыпанное цветами.

– Daddy, what about surprise? (пер-д: Папочка, что насчет сюрприза?) – произносит Джини, сложив руки на груди.

– Я услышала слово сюрприз? Как я вовремя прилетела. Я люблю сюрпризы, - хихикает Ксеня. Я вопросительно смотрю на Кевина, и тот обреченно вздыхает.

– У Джини нет никакого терпения.

Убрав руки с моей талии, Кев идет в коридор, а через минуту возвращается с огромным шаром в руках. Вроде того, что я подарила ему на Новый год, только гораздо больших размеров. Он осторожно ставит его на стол и нажимает на кнопку у основания. Я завороженно смотрю, как внутри шара начинает кружиться снег вокруг фигурок-матрешек, что подарила мне Джини. Внизу к фигуркам приставлен тот самый рисунок девочки, с которым я заснула в квартире Кевина после произошедшего на турбазе, только теперь на рисунке появилась еще женщина со светлыми волосами и кот у нее на руках, а рядом с ней приписка на английском «Can I call you «mom»? (пер-д: Можно я буду называть тебя мамой?)

Я резко поворачиваюсь к Джини. Она стоит, сцепив руки в замок, и глядит прямо на меня, так уязвимо и беспокойно, словно боится услышать мой ответ.

– Of course… (пер-д: Конечно) – шепчу я ей. Горло передавливает от переполняющих чувств, от слов, что рвутся наружу, но не могут вырваться, потому что их слишком много, чувств слишком много. Джини облегченно выдыхает, бежит ко мне, звонко смеясь, я подхватываю ее на руки и крепко обнимаю девочку.

– Спа-си-бо, - говорит она на русском.

– Это тебе спасибо, малыш…

Еще крепче обнимаю ее. Понимаю, сколько для этой девчушки значит простое слово «мама», и сколько она вложила в решение и просьбу называть меня так.

– Помнишь, я дарил тебе шкатулку на Новый год?
– слышу голос Кевина позади.

Еще бы я об этом забыла. Этот невыносимый мужчина подарил мне закрытую шкатулку и ключ к ней. Попросил не открывать, пока он сам об этом не скажет. Рука машинально потянулась к подвеске с маленьким ключиком на шее. Полгода я хожу-брожу вокруг шкатулки, зная, что могу открыть ее в любой момент, но не делаю этого, съедая себя от любопытства. Ведь почему-то Кевин попросил меня не открывать ее до определенного момента.

– Открой, - хрипит мужчина, поднося мне красивую деревянную вещицу, расписанную на новогодний манер.

Я медленно опускаю Джини на пол, беру шкатулку в руки и снимаю подвеску через голову. Потом вставляю ключик в замок и поворачиваю. Кухня наполняется легкой мелодией, звучащей изнутри вещицы.

Когда я открываю крышку, на красном бархатном покрытии вижу только один предмет. Кольцо с голубым бриллиантом. Господи-Боже… Сколько же оно стоит?

Это что же? Это… предложение? Получается Кевин уже тогда купил кольцо? В Москве?

Мужчина достает его, берет шкатулку из моих застывших рук и отставляет ее на стол. Потом сжимает мою ладонь и целует. Я вздрагиваю от горячего прикосновения губ.

– Ты нужна мне, Мари. И Джини ты нужна. Я люблю тебя. Выходи за меня замуж.

Я заглядываю в его серьезные зеленые глаза, сейчас потемневшие, наполнившиеся абсолютной уверенностью и… любовью.

– Кевин, если Маша не скажет «да», я скажу! Богом клянусь! – слышу голос Ксени.

Перевожу взгляд на хрустальный шар. Снег по-прежнему кружится вокруг матрешек. Вокруг моего Супер Американ Папы, Супер Американ Дочки вокруг Михалыча и меня. Моя Супер Американ Семья, которую однажды мне подарила магия Нового года. Они - мое настоящие и мое будущее. Без них Новый год уже никогда не будет приносить мне такую радость.

Я поворачиваю голову к Кевину и шепчу:

– I will merry you (пер-д: Я выйду за тебя замуж).

Он широко улыбается и надевает мне на палец кольцо, после чего снова нежно целует.

Я слышу радостный визг Джини, счастливый смех Ксени, мяуканье Михалыча и мелодию из шкатулки. Раньше я не знала, как звучит счастье, считала его тихим, беззвучным. Но теперь точно знаю – счастье звучит именно так…

Конец