Чтение онлайн

— Да, и на этот раз я потребую, чтобы этот шпик и его хозяин больше не досаждали мне и вам! Я не желаю иметь с ним никаких отношений! — заявил Уиздом.

— На каком основании? — изломил бровь Сен-Жермен. — Подобным образом от них не избавишься. Эти люди, Джонатан, никогда не потеряют след. Единственное наше спасение в быстроте.

— Но не всеведущи они! — воскликнул молодой англичанин. — Как же они вынюхивают, куда мы держим путь?

— Вот об этом я как раз и размышляю. Каким-то образом они же отыскали нас в Страсбурге, хотя мы сделали большую петлю… — тут Сен-Жермен на мгновение замер, наконец хлопнул себя по лбу. — Как же я раньше не догадался. А ну-ка, снимите шляпу.

Джонатан повиновался. Его рыжие, чуть вьющиеся волосы упали на плечи.

— Вы, Джонатан, у нас словно боевой штандарт. Полковое знамя. Следить за вами — одно удовольствие.

Граф рассмеялся.

— Теперь я начинаю понимать, — объяснил он, — что так развеселило барона во время нашего обеда у Вефура, когда я рассказал ему историю принца Конти, у которого был невероятно рыжий камердинер.

Англичанин слегка нахмурился.

— Вы полагаете, они постоянно держали меня под наблюдением.

— Конечно, мой юный друг. Стоило им только поинтересоваться на почтовой станции или в гостинице — не останавливался ли здесь англичанин, рыжее которого во всей Бельгии или Франции не сыскать, как они сразу получали все, что им требовалось. К тому же описание кареты, лошадей. Все это придется сменить. Слышишь, Карл?

Немой кивнул.

— А вам, мой юный друг, придется постричься и напялить парик. Но будет лучше, если мы расстанемся здесь и вы отправитесь на родину. Причины, побудившие меня поступить именно так, я изложу в письме к лорду Честеру. Мы будем поддерживать связь по переписке, и когда я сочту себя готовым к путешествию в Индию, я отправлю вам депешу, и вы присоединитесь ко мне в каком-нибудь порту.

— Ваша светлость, вы вправе решать, как поступить, но мне бы не хотелось расставаться с вами. В Лондоне меня никто не ждет, я — сирота. Жены у меня нет, собственности, за которой требуется пригляд, тоже. У меня крепкие руки, острый глаз. Владею оружием. Я готов верно служить вам.

— Но я не готов рисковать вашей жизнью, Джонатан. Признаюсь, без вас мне действительно будет трудно закончить мемуары. Может, это и к лучшему. Видите, какие страсти разыгрались вокруг ненаписанных еще страниц. Что же начнется, когда они появятся на свет?

— Но я полагаю, что если человеку есть, что сказать людям, он должен это сделать.

— Вы так полагаете! — усмехнулся граф. — Досадное заблуждение. Но я не собираюсь с вами спорить. Я не вправе отвергать ваш выбор. Вместе так вместе. Итак, нам необходимо сбить их со следа?

Граф поднялся, подошел к парапету, глянул сверху на долину, где торопливо, покрытый клочьями тумана, бежал Рейн. В противоположном направлении, к северу, уклон заметно повышался, острился. В той стороне золотисто искрились снежные шапки гор, пониже гроздья облаков скрывали склоны.

— Вы с Карлом, — нарушил тишину Сен-Жермен, — завтра вечером, как раз на исходе восьмого часа, когда базельские ворота закрываются до утра, отправитесь на юг. Я же дневным почтовым дилижансом поеду на север. Сначала в Штутгарт, затем во Франкфурт, где мы с вами встретимся. Внимательно слушайте. За пределами Базеля верный человек сменит Карла на месте кучера и довезет вас до Женевы. В город вы должны въехать перед самой темнотой. Держите себя так, словно в кабине есть еще кто-то. Снимите номер в гостинице, которую я вам укажу. На двоих. Там вам придется срезать ваши приметные кудри, затем отправьтесь по адресу, который я вам укажу. Передадите записку, вам выделят доброго коня, и вы немедля поскачете во Франкфурт, но по другой дороге. Внимательно присматривайтесь к людям, которые встретятся вам в пути. На почтовых станциях не мелькайте. Во Франкфурте я буду ждать вас в трактире «Золотой петух», что неподалеку от Еврейской улицы. Ждать буду три дня. Запомните, три дня! И, пожалуйста, смените «боливар» на что-нибудь попроще. В этой шляпе у вас такой приметный и романтический вид. Просто бывалый путешественник. Новый Гумбольдт. [179]

Уиздом вздохнул.

— Вы все-таки решили расстаться со мной, ваша светлость?

— Нет, Джонатан, но разумная предосторожность никогда не бывает лишней. Я устал, мне хочется без помех добраться до своего поместья. Кстати, посланцу господина барона вы обмолвитесь, что расположено оно в предгорьях Альп, на границе с Италией, и путь наш лежит через Женеву на юг.

Тут граф нервно заходил по балкону, потом остановился перед Джонатаном.

— К сожалению, он не поверит вам на слово. Нам надо подкинуть им что-нибудь более весомое.

— Что, если одну из готовых глав, посвященных Семилетней войне с письмом графа дАффри, которого нет в коллекции барона? Поверьте, ваша светлость, это наименее интересная часть ваших воспоминаний. Тем более, что она переписана моей рукой. Ее никак нельзя считать подлинным документом.

— Это слишком хорошая идея, Джонатан. Понимаете, это очень вкусная приманка, особенно для коллекционера такого пошиба, каким является барон. Мне бы хотелось что-нибудь попроще. Я надеюсь, что, потеряв мой след, он успокоится. Мне бы не хотелось устраивать состязание честолюбий и старческих безумствований.

— Все равно, граф, нам этого не избежать. Барон Ф. свихнулся на здравомыслии. Он всю жизнь кого-то преследовал, он не угомонится.

— Возможно, вы правы… Если вам действительно удастся загнать его в Женеву, а потом незаметно покинуть город, то он почти наверняка потеряет наш след. Хорошо, действуйте, Джонатан!

В полдень по базельским часам, [180] неподалеку от университета, Джонатан нос к носу столкнулся с уже знакомым ему по Страсбургу посланцем графа. Одет тот был неприметно, мелкий лавочник да и только.

Он сам остановил Джонатана. Передал привет от барона, выжидательно посмотрел на англичанина.

— Мсье, — заявил Джонатан, — у меня есть чем порадовать господина Ф. — граф в пути успел надиктовать несколько глав. Куда мы направляемся, мне неизвестно. Его светлость держит в секрете конечный пункт. Из его разговоров я понял, что, по-видимому, его поместье лежит где-то на юге Франции, в предгорьях Альп. Я мог бы передать кое-что из уже написанного, однако, не надеясь на ответную благодарность, вряд ли могу позволить себе расстаться с такими захватывающими страницами. Одно могу сказать наверняка, мы выезжаем послезавтра…

Посланец кивнул, потом поинтересовался:

— В каком направлении?

— Мне представляется, в Женеву…

— Отлично, — кивнул посланец барона, потом добавил. — Напрасно вы беспокоитесь насчет благодарности. Ваши расходы будут возмещены сразу.

— Вот и прекрасно. Значит, до вечера.

Джонатану Уиздому удалось покинуть Базель за несколько минут до закрытия ворот. В этом городе до сих пор действовали суровые законы средневековья. В одной миле от Базеля их дожидался мужчина, одеждой в точности напоминающий Карла. Джонатан попрощался с немым камердинером, не к месту подумал — неужели ему никогда не придется узнать, когда и за что ему отрезали язык? — и двинулся в дальнейший путь с таким же молчаливым кучером, каким был камердинер графа.