Чтение онлайн

Лучшим практическим методом для получения и отбора этой коллекции черепов явится распоряжение вооруженным силам немедленно передавать живыми полевой полиции всех захваченных еврейско–большевистских комиссаров. В свою очередь полевая полиция должна… тщательно за ними следить до прибытия специального уполномоченного (молодого военного или полицейского врача либо студента–медика), которому будет поручен сбор материала. Он должен предварительно заснять их на пленку, провести антропологические измерения и, насколько это возможно, установить происхождение, дату рождения заключенного и другие личные данные о нем.

Вслед за тем, как эти евреи будут умерщвлены, – при этом голова не должна быть повреждена, – уполномоченный отделит голову от тела и отошлет ее в специально созданном для этой цели, закрывающемся жестяном ящике, заполненном специальной жидкостью для консервации, по месту назначения. На основании фотоснимков и других данных о голове, а затем о самом черепе, можно приступить к сравнительным анатомическим исследованиям расовой принадлежности, патологических явлений, связанных с формой черепа, формой и размером мозга и другими данными. Самым подходящим местом для хранения и исследования, полученных таким образом коллекций черепов является новый имперский университет в Страсбурге в силу своего призвания и стоящих перед ним задач.

Хирт, гауптштурмфюрер СС

Далее следовал запрос, касавшийся поставки исходного материала для проведения «научных опытов» в концлагере Натцвейлер:

Секретный документ государственной важности Главное имперское управление безопасности.

О создании коллекции скелетов

В связи с Вашим письмом от 25 сентября 1942 г. IV B 4 3576/42g 1488 и проведенными затем личными беседами по вышеуказанному вопросу сообщается, что сотрудник здешнего управления, гауптштурмфюрер СС д–р Бруно Бергер, которому было поручено выполнение вышеупомянутого заказа, закончил работы в концлагере Освенцим 15 июня 1943 г. из-за возникновения угрозы эпидемии.

Всего было обработано 115 лиц, в том числе 79 евреев, 2 поляка, 4 азиата и 30 евреек… Для дальнейшей обработки отобранных лиц теперь необходимо немедленно перевести их в концлагерь Натцвейлер, что должно быть проведено в ускоренном порядке, учитывая угрозу эпидемий в Освенциме. Поименный список отобранных лиц прилагается.

Просим дать соответствующие указания.

Зиверс, штандартенфюрер СС

Из воспоминаний Н. М. Трущева:

«Об этом забывать нельзя, соавтор! Напомни об этом, и тебе зачтется!..»

* * *

« … Второй, сумевший проникнуть в сумрачный мир «германских древностей», снабжал нас подобной абракадаброй до конца февраля 1945 года, после чего связь оборвалась.

На этот раз руководство достаточно спокойно отнеслось к этому прискорбному факту. В момент победной эйфории, охватившей высшее руководство страны, судьбы моих подопечных отошли на второй план. Конечно, все необходимые меры для их розыска и восстановления связи были предприняты, но уже без тех истерических, на грани срыва разносов и требований создать партийную комиссию по расследованию и выявлению скрытых врагов и т. д., и т. п., которые были характерны для 1941 – 1944 годов.

В марте Берия провел расширенное совещание, на котором присутствовали все, кто был задействован в этой операции, включая вояк из Разведуправления Красной Армии (полковник Закруткин). В итоговой резолюции было зафиксировано общее для всех участников мотивированное мнение об отсутствии реальных ошибок и преступных нарушений со стороны кураторов. Поиски разведчиков решено было продолжить, а мне как ведущему группы было поручено установить причину потери связи, обстоятельства, связанные с этой потерей, а также судьбы «близнецов» и небезызвестного Крайзе.

Важность их работы можно подтвердить копией последнего донесения в Центр, которое касалось архивов «Аненэрбе», хранившихся в неприметном здании, расположенном в тихом даже в те бомбардировочные дни районе Берлина Далеме, а также по многочисленным городам и весям Германии, где притаились институты этого преступного сообщества. Начиная с декабря 1944 года их начали свозить в Северную Вестфалию, имение Бёддекен, расположенное возле знаменитого теперь замка Вевельсбург (в основном, коллекции). Значительную часть документации нацисты отправили в Нижнюю Силезию, в древний замок Альтан.

Здесь мы их и захватили…»

* * *

Я не удержался, встал. Внутри все трепетало. Пытаясь обрести равновесие, подошел к окну.

За окном в сгустившихся исторических сумерках, под дождем – мелким, осенним, – по лужам, некопаным грядкам, поникшей траве, по обронившим листву деревьям, – насколько хватало воображения, шагали скелеты.

Их было не сосчитать.

Они двигались молча, неспешно. Для них не было преград. Мертвецы возникали из ничего и исчезали ни в чем. В руках несли свои черепа. У некоторых в костлявых руках было по несколько черепов, в том числе и детских.

Это был жуткий, убивавший всякие антимонии парад. Кое–кого я узнавал – например, несчастную Таню Зайцеву. У меня даже ее карточки не было, но я сразу узнал ее.

По черепу.

Узнал погибших под бомбами Тамару Сорокину и фрау Марту. Узнал сгинувшего в плену сержанта Кандаурова, погибшего на Висле лейтенанта Заслонова.

Всех расстрелянных и замученных…

Сталин – противоестественный человек. Нас ожидают

тяжелые испытания.

У. Черчилль (август 1943 г.)

Из воспоминаний Н. М. Трущева:

« …О «близнецах» вспомнили летом сорок пятого, и в конце года, после начала Нюрнбергского процесса* (сноска: процесс продолжался с 20.11.1945 по 01.10.1946 г.), меня отправили в Германию с особо важным заданием, о котором можно было сказать только одно – выполнить его было невозможно».

« …это была моя вторая командировка в Германию. Во время первой, организованной в самом конце войны, мне удалось отыскать Анатолия Закруткина. К сожалению, следы Алекса–Еско фон Шееля и, что обиднее всего, Крайзе – ведь он уже был в наших руках! – напрочь затерялись в разгромленном Третьем рейхе. Штромбах и Ротте тоже будто растворились. Вместе с ними пропала последняя надежда выяснить причину потери связи и связанных с этим ЧП трагических пробелов в послужном списке «близнецов». Единственное, что мне удалось нарыть, это некролог, посвященный группенфюреру СС Людвигу фон Майендорфу, павшему «смертью храбрых в боях с большевиками».

« … в Германию я прибыл за несколько дней до подписания капитуляции. Прикрытием для меня и моих помощников служила особая группа розыскников из СМЕРШа 3–ей ударной армии, занимавшаяся поиском Гитлера. Командовал группой полковник Клименко, с которым мы сразу нашли общий язык – ни он, ни я не лезли в чужие дела. Что касается интересующей наши подразделения информации мы договорились в первую очередь извещать друг друга, а уж потом вышестоящее руководство. Я, например, напрямую подчинялся генералу И. А. Серову, отвечавшему при штабе Жукова за работу с гражданской администрацией, а Клименко генерал–лейтенанту А. А. Вадису, начальнику отдела СМЕРШ 3–й гвардейской армии.