Чтение онлайн

– Едем ко мне?

– Да.

Она не раздумывала ни минуты, потому что в одно мгновение напрочь забыла о страхе и неуверенности. Они уступили место острому желанию быть рядом с этим человеком. Стало спокойно от того, что все, связанное с ним и с недавних пор поселившееся в ее сердце, душе, наконец-то получило название.

Можно было считать удачей, что машину не остановили: Игорь все время пытался ехать быстрее. Она успокаивающе положила руку ему на колено, но молчала, когда он сквозь зубы ругал зазевавшихся водителей. В квартире Игорь, не включая свет, провел ее сразу в спальню. Руки дрожали, когда он вытаскивал шпильки, освобождая косу, потом все же уронил их на ковер, но даже не заметил этого. Он вздрагивал от прикосновений к груди ее пальцев, когда девушка расстегивала ему рубашку, но просто стоять и ждать было так трудно, что он сделал это сам, быстро и ловко. Они стояли друг против друга, ночник слабо освещал комнату, но все равно Игорь видел, как она хрупка, как напряжена в ожидании того, что произойдет, и понял, что весь путь, который он должен пройти, он хочет пройти именно с ней.

Наконец Маша медленно подняла руку и осторожно положила туда, где неровно билось его сердце.

– Никогда никуда не отпущу, - были последними словами Игоря перед тем, как он ее обнял.

А затем... затем он пытался напоминать себе, что должен быть нежным и неторопливым, но тут же забывал об этом, потому что тело жило какой-то отдельной жизнью и совершенно не подчинялось разуму. Наконец она коротко вскрикнула и забилась в его руках, отчего он окончательно растворился в ее нежности и долго парил где-то в невесомости, расцвеченной яркими сполохами. Не выпуская девушку из объятий, лег рядом и попытался отдышаться, потом взял ее руку и поцеловал теплую ладонь.

– Не пожалеешь?

Видимо, какая-то толика страха, что это не больше, чем мираж, все же жила в нем, ведь он даже и представить не мог, что еще способен на такие чувства. Он так много желал от этих едва начавшихся отношений, что становилось страшно. Игорь замер в ожидании ответа и расслабился, только услышав тихое:

– Нет, никогда, но все это очень странно.

Он не стал уточнять, что странно, хотя мог бы. Но эта тема не для сегодняшней ночи.

– Наверно, - задумчиво протянул он и снова поцеловал маленькую ладонь.
– А расплету-ка я твою косу, давно хотел.

В шалаше из ее волос они чувствовали себя одинокими, как на острове, затерянном в океане. Чувство насыщения никак не приходило, и Игорь ощущал себя молодым и счастливым.

– Поживем пока здесь, - говорил он, - рисуя пальцем узоры на ее груди, - а потом будет видно. Работать не торопись, отдохни. Ближе к осени поедем в отпуск. Куда-нибудь далеко-далеко, где народу поменьше. А потом делай, что хочешь, учись или работай. Или ничего не делай. Только, пожалуйста, будь рядом.

– Хорошо, - покорно, отвечала она, прижимаясь к нему горячим телом и нежно целуя впадинку между плечом и шеей, - все будет, как ты хочешь. Лишь бы вместе...

Он чувствовал, что она улыбалась. От нежности щемило сердце, и Игорь мысленно благодарил Бога за то, что тот дал ему еще один шанс быть по-настоящему счастливым. Он уж на это и не надеялся. Все хотят любви сердцем, мечтают о ней, без устали пытаются найти, раз за разом ошибаясь, снова ищут, набивая синяки и шишки, а иногда и расшибая лоб. Часто людям кажется, что поиски оказались успешными, однако со временем приходит осознание, что в какой-то момент просто испугались признаться себе в досадной ошибке, найдя лишь любовь телом.

Наверно, кому-то этого вполне достаточно, а кто-то безмерно рад иметь хотя бы это. Что ж, в том нет ничего дурного. Каждый согласится, что кроме любви есть много других прекрасных чувств, но Игорь точно знал, что существует и нечто иное, редкое, найти которое так же трудно, как поймать золотую рыбку.

Под утро она уснула, а он долго лежал, слушая легкое дыхание и ощущая тепло доверчиво прильнувшего к нему тела, мечтательно улыбался и думал, как счастливо изменится его жизнь. Так и не сумев заснуть, в начале восьмого Игорь осторожно, чтобы не разбудить Машу, встал и сразу же позвонил Эмме Петровне. Извинившись за ранний звонок, сказал вполголоса:

– С сегодняшнего дня новая уборщица не работает.

Секретарь, ответила так, как отвечала всегда:

– Хорошо.

Затем позвонил домработнице и попросил не приходить раньше полудня, потому что его гостья встанет поздно. Женщина молча удивилась: Вике ее присутствие никогда не мешало, а других в этой квартире давно не было. Третий звонок был Вике, но она не ответила, видимо, принимала душ. Придется позвонить позже.

Он не думал, как и что скажет. Это было неважно. Важным было поставить в известность, что его больше нет в Викиной жизни, потому что он женится. Наверно, жестоко, но ей он ничего не обещал. Кроме всего прочего, Игорь всегда знал, что любви между ними нет, никогда и не было, следовательно, и переживать долго Вика не будет. Просто двое взрослых людей познакомились, понравились друг другу и в какой-то момент поняли, что вместе быть им удобно, приятно и, что самое главное, необременительно.

То, что Вика имела в отношении него определенные планы, он, разумеется, понимал. Было бы странно, если бы таких планов не существовало, но точно так же он понимал, что не всем планам в этом мире суждено сбыться. О женитьбе они еще не говорили, да он и не поддержал бы подобного разговора из-за несвоевременности, связанной с тяжелой болезнью Резникова. Вика же, видимо, была в Игоре абсолютно уверена и поэтому не торопилась, просто дожидаясь удобного момента. Его такое положение дел полностью устраивало: никакого особого желания сделать кого-то своей женой он не испытывал. Все шло как шло. Хотя, надо признаться, что если бы желание все-таки возникло, Вика была бы первой, о ком он подумал. Но это было в прошлом. Сейчас же все изменилось, и прошлое перестало что-либо значить: в его жизни появилась любовь.

Телефон зазвонил, когда Игорь собрался писать записку Маше. Софья плакала и просила срочно прийти. Он рванулся к двери.

Маша проснулась поздно и в футболке Игоря, которую, после некоторого раздумья, взяла с полки шкафа, вышла из комнаты. В квартире было тихо. Маша заглянула еще в две комнаты, потом на кухню. Нигде никакой записки не обнаружила и поэтому подумала, что Игорь вышел ненадолго и скоро вернется. Хотелось кофе, но она не решилась хозяйничать в пустой квартире, поэтому взяла какую-то книгу и села в кресло. Не читалось... Вспомнился вчерашний вечер.

Она до дрожи в ногах каждый раз боялась заходить в кабинет, потому что было абсолютно неизвестно, откуда взялось то напряжение, которое не отпускало ее с первого дня работы здесь. Хозяин кабинета был хмур и неприветлив, темные глаза следили за ней иногда с такой неприязнью, что, казалось, он вот-вот топнет ногой и закричит: "Вон отсюда!" А когда проходил мимо, то Маше казалось, будто от него пышет жаром. Прямо нечистая сила! Большой, темный, красивый...

Но ее почему-то тянуло к нему, хотелось положить руку на голову, провести кончиками пальцев по волосам, заглянуть в глаза и увидеть то доброе, что так старательно пряталось от других, а потом смотреть, как губы этого неулыбчивого человека медленно растянутся в улыбке. Она отчаянно завидовала той, которая, несомненно, была в его жизни, могла это сделать, и которой он улыбался.

Дни шли. Маша, вконец запутавшись в своих мыслях и испугавшись того непонятного, что так бесцеремонно вторглось в ее жизнь, решилась попросить другой участок работы. И пусть он окажется хуже, зато она перестанет встречаться с этим странным человеком и постоянно думать о нем. Ей обещали, только надо было доработать здесь до конца недели. Но вышло все по-иному.

В замке повернулся ключ, и Маша замерла от страха. Ну, почему он ушел и оставил ее одну? Она могла бы утром по его глазам понять, насколько правдивыми были слова и обещания, прозвучавшие ночью. Может, он уже забыл о них? Или они изначально не значили ничего? Вот появится сейчас, посмотрит на нее холодными темными глазами, потом спросит, не торопится ли она домой. И почему она не ушла раньше? Наверно, надо было все же уйти, он ведь даже записки не оставил...