Чтение онлайн

– Спас! Два раза! Ты себе не представляешь, как это было романтично! Я уже совсем прощалась с жизнью, когда он появлялся и спасал меня!

– И так два раза подряд?

– Да.

– Тебе не кажется, что это тоже выглядит по меньшей мере странно?

Теперь, когда Мариша произнесла эти слова, Лиза и сама подумала, что да, действительно странно. Ну, один раз спасти девушку – еще понятно. Проходил мимо, увидел драку, кинулся на выручку и спас. Но и то довольно непонятно. Ведь Толя, она это отлично видела, шел совсем в другую сторону. А потом вдруг увязался следом за Лизой. С чего бы это?

– И еще сначала он сказал, что живет рядом со мной, а потом повез меня на квартиру, которая находилась на другом конце города.

– И принадлежала еще к тому же не ему, а какой-то Свете.

– Но жил там точно он. Там были его вещи, всякие мужские штучки, крем, бритва в ванной.

– Ладно, оставим пока этого Толю в покое. Во второй раз он тебя тоже спас?

– Спас! Он был совсем рядом, когда эти бомжи на меня набросились.

Мариша нахмурилась:

– Совсем нехарактерное для этой категории граждан поведение. Обычно они тихие и запуганные. Сами всех боятся. И лишних неприятностей себе не ищут.

– Что ты имеешь в виду?

– Нападать – это не их стихия. Да еще на молодую, полную сил девушку. И не с целью ограбить ее, чтобы раздобыть денег на бутылку, а с явно сексуальным мотивом. Чушь какая-то! У этих людей, если силы и остаются, так только на то, чтобы раздобыть немного водки. Зачем им ты?

Лиза пожала плечами.

– Вот мне и кажется, что оба нападения были подстроены, – веско произнесла Мариша.

– Но кем?

– Ты говорила, что видела, как твой маньяк о чем-то разговаривал с бомжами, которые на тебя напали?

– Да.

– Думаю, это он их науськал. И денег заплатил, чтобы они тебя напугали.

– Но зачем?

– Этого я пока не знаю. Но думаю, что знаю, кто нам об этом расскажет.

– Кто?

– Тот маньяк, который на тебя напал. Надо его разыскать и поговорить с ним.

Лизе эта идея совсем не понравилась.

– Не хочу я его искать! И разговаривать с ним не хочу! Жуткий урод! И если честно, то я его боюсь!

– Ты же будешь со мной!

– Все равно боюсь. Как говорится, я не трус, но я боюсь.

– Лиза! Если ты будешь трусить и дальше, то мы никогда не разберемся в этом деле.

Лиза вскинула на подругу загоревшиеся надеждой глаза:

– А у тебя есть идеи?

– Пока что я вижу две ниточки. И мы должны за них потянуть.

– Сразу две? И какие?

– Во-первых, твоя Верунчик.

– Но она куда-то делась, – развела руками Лиза.

– Вот именно, делась. Думаю, мы должны поехать к ней домой, поговорить с соседями, расспросить. Что, как, почему? Не бывает, чтобы человек просто взял и исчез. Всегда остаются какие-то следы, зацепки.

– А вторая ниточка?

– Вторая ниточка – это, я тебе уже говорила, твой маньяк. Думаю, что он тоже напал на тебя не просто так.

– Не просто?

– Он был в сговоре с Толей.

– А… А Толя…

– С Толей твоим мы поговорим чуть позже. Он – наша главная козырная карта. И мы должны разыграть ее со всем мастерством. Пока что займемся мастями помельче. Маньяком и Верунчиком. И лишь после того, как мы установим, что маньяк был в сговоре с Толей, тогда мы поедем к этому красавцу и спросим, ласково так спросим, что вообще, черт подери, происходит. Как тебе мой план?

Лиза промолчала. Особого восторга этот план у нее не вызывал. Она бы предпочла, чтобы преступника ей принесли на блюдечке с голубой каемочкой. Но она понимала, что само собой ничего не сделается. Если она хочет найти убийцу своего мужа и автора всех этих ужасов, которые происходят с ней в последнее время, то она должна взять себя в руки. И слушаться энергичную Маришу.

– Неплохой план. И раз у тебя никакого другого в запасе все равно нет, то…

Но оказалось, что говорит Лиза в пустоту. Мариша давно исчезла из кухни. И теперь из прихожей доносился ее топот и нетерпеливый голос:

– Что ты там застряла? Идем скорей! Сейчас каждая минута на вес золота! Вставай, клуша, труба зовет в поход! Мы выступаем!

Лиза тяжело вздохнула и поднялась со своего места. Она не любила пороть горячку. Ее бы воля, она бы не стала торопиться. Но, похоже, ее новая подруга знала, что делает. И Лизе оставалось только покориться и следовать за Маришей, словно лодочке за атомным ледоколом.

Квартира Верунчика была пуста, холодна и неприветлива. Девушки звонили без малого десять минут, но Верунчик не открывала.

– Оставь ей записку, – велела Мариша. – Конечно, мало надежды, что твоя Верунчик объявится в ближайшее время, но в твоем положении ничем пренебрегать не стоит.

Пока Лиза, скорчившись в неудобной позе, строчила Верунчику записку, сама Мариша отправилась в обход соседей. Но те проявляли совсем малую активность. Двери не открывали. И даже признаков жизни из-за них не подавали. Мариша уже утомилась звонить в чужие двери, развлекаясь при этом лишь разнообразными мелодиями дверных звонков, которые появились за последние годы на прилавках магазинов, как вдруг ей повезло. Одна из дверей, проиграв марш Мендельсона, открылась, и на пороге возник средних лет мужчина, самой что ни на есть боевой комплекции.

Могучие плечи обтягивала тугая футболка. Крохотные рукавчики буквально расползались по швам, распираемые мощными бицепсами. На короткой тоже накачанной шее красовалась цепь толщиной в палец. Коротко стриженная голова и маленькие глазки, глубоко упрятанные под череп, довершали общую картину.

– Ну, чего тебе? – коротко буркнул он, глядя на Маришу.

Та даже растерялась:

– Мне? Мне… мне бы спросить надо… Можно?

Сосед оказался великодушен.

– Можно. Спрашивай! – кивнул он и добавил: – Такой красивой девке вообще все можно. О чем будешь спрашивать, начальница?

– О вашей соседке. Вон из той квартиры. Вы не знаете, где она?

Мужик выглянул на лестничную клетку и с таким интересом уставился на дверь Верунчика, словно видел ее впервые. При этом он задумался и словно завис.

– Нет, не знаю, – заявил он наконец.

За это время Лиза успела настрочить записку, втиснуть ее в узкую щель между косяком и дверным полотном, и теперь подошла к Марише.

– Ну что? Пойдем? – спросила она у нее.

И тут мужик наконец отмер.

– Куда это вы пойдете? – уставился он на них. – Я же вам еще ничего не сказал. Куда же вы собрались?