Супружеские обязанности
Шрифт:
— Все верно, только ты излагаешь это как-то очень уж по-деловому. Действительно, деньги играют в моей ситуации роль выкупа, я прекрасно осознаю, что перспектива нашего брака выглядит очень… непрочной и придется для этого чем-то пожертвовать.
— Именно так, Оливия, — подтвердил Деннис, прямо глядя ей в глаза. Лицо его оставалось бесстрастным. — Однако мне не нужны твои деньги. Я женюсь на тебе, но с одним условием: по возвращении в Лондон тут же подам просьбу о признании нашего брака недействительным.
Оливия была совершенно сбита с толку.
— Ничего не понимаю…
— Извини, что не вдаюсь в подробности, но так надо.
— А… на каком основании?
— Отсутствие супружеских отношений. — Видя изумленный непонимающий взгляд Оливии, Деннис нахмурился. — Ты понимаешь, о чем идет речь, Оливия?
Она густо покраснела и, опустив глаза, выдавила:
— Да, конечно… понимаю. — Оливия не ожидала ничего подобного. Все ее романтические ожидания разбились вдребезги. — Но почему?
— Я не могу сказать тебе больше, чем сказал. Так надо. — Деннис решил умолчать о Терезе и о Кэтти, иначе Оливия могла вообще отказаться выходить за него.
Больше всего Денниса заботило, как поведет себя Тереза, узнав о его женитьбе. Он не сомневался, что, приехав в Лондон, Дебора раструбит на всех углах о скандале — о том, как его застали с Оливией, в силу чего он и вынужден был жениться на ней. Так что Терезе очень скоро станет все известно, и можно представить, каким страшным будет ее гнев. Но, узнав об аннулировании его брака, она, возможно, успокоится.
Деннис был уверен, что ему не составит особого труда аннулировать брак с Оливией. Конечно, это займет какое-то время и потребует немалых расходов, но это его не пугало. Главное — представить доказательства, что они с Оливией жили раздельно и что она осталась девственницей. Вот только хватит ли у него силы воли держаться подальше от девушки, которая покорила его сердце в ту самую минуту, как он спас ее?
Оливия поднялась с кресла и, подойдя к перилам, встала спиной к Деннису, стремясь скрыть от него свои чувства, которые, как всегда, были написаны на ее лице. Ей казалось, что мир рухнул. Ну почему судьба так безжалостна ко мне?! — с отчаянием спрашивала себя Оливия и не находила ответа.
Когда она заговорила, голос ее звучал ровно, как будто боль и гнев не рвали ей душу:
— Скажи, зачем ты вообще женишься на мне? — Оливия обернулась к Деннису, ее изумрудные глаза лихорадочно блестели, лицо было напряженным, на губах играла саркастичная улыбка. — Я же не настолько глупа, чтобы полагать, будто ты потерял голову от любви ко мне — спасибо, хоть в этом ты не обманываешь меня.
— Я уже сказал, что чувствую себя ответственным за все, что случилось. Я не мог поступить иначе — в глазах общества ты превратилась бы в женщину, которая презрела все моральные устои.
— А как же Годфри?
— Его интрижка с Деборой не получит широкой огласки, так что обвинять во всем будут исключительно тебя. Не забывай, Дебора также явилась свидетелем наших с тобой объятий и, учитывая ее недоброжелательность к тебе, уж точно постарается очернить тебя, вернувшись в Лондон. Так что соглашайся на мои условия и выходи за меня замуж, у тебя нет другого выбора.
Его невозмутимость подстегнула гнев Оливии, и она, сверкая глазами, рванулась к креслу, где сидел Деннис.
— Что?! И я еще должна быть благодарна тебе?! Как ты смеешь жалеть меня! — в бешенстве вскричала Оливия, не в силах смириться с унижением. По ее щекам катились горячие гневные слезы. — Я ухожу, не надо провожать меня.
Деннис бросился к ней и схватил за руку.
— Оливия, подожди.
Она выдернула руку.
— Не прикасайся ко мне, бесчувственное животное!
Деннис взял ее за плечи. Его лицо стало жестким, темные брови сошлись на переносице.
— Черт возьми, я заставлю тебя выслушать меня!
— Что нового ты мне скажешь?! — вскричала Оливия, побагровев от возмущения. — Все это выглядит каким-то сумасшествием. Я знакома с тобой от силы неделю, а ты уже успел разрушить мою жизнь! Твои условия я считаю унизительными и оскорбительными. Ты ничем не лучше Годфри, и мне ничего от тебя не нужно. Слышишь, ничего!
— Черт возьми, Оливия! — Деннис тоже неожиданно для себя повысил голос. — Я предложил тебе выйти за меня замуж, чтобы спасти твою честь, а вовсе не из жалости.
— Я и без тебя устрою свою жизнь — найду кого-нибудь другого себе в мужья. На худой конец, пойду в содержанки, желающие найдутся.
— Неправда, — уже спокойнее возразил Деннис. — Кого ты сумеешь найти за такой короткий срок? Разве только другого расфуфыренного индюка наподобие Годфри, который позарится лишь на твое приданое. Да уж, — он едко усмехнулся, — найдется немало охотников до тридцати тысяч фунтов.
— Какое тебе до этого дело?! Я никогда не принадлежала и не собираюсь принадлежать тебе!
— Хорошо, я готов с этим согласиться. Проклинаю тот день и час, когда меня угораздило связаться с тобой. Но все равно я намерен помочь тебе.
— Мне не нужно одолжений, — с отвращением выкрикнула Оливия, — ты трусливый слизняк! — Не привыкшая ругаться, она выпалила первое, что пришло ей в голову.
Деннис удивленно вздернул бровь, его губы скривились в презрительной усмешке.
— И ты говоришь это мужчине, который должен будет пожертвовать многим, чтобы вызволить тебя из передряги?
— Неужели ты все поставишь на кон? — колко спросила Оливия.
— Упрямая глупышка, — проворчал Деннис, чувствуя, что ее гнев постепенно остывает. — Кроме того, что я игрок, я еще и коммерсант, и неплохо совмещаю одно с другим.
— Ты, наверное, отметился во всех злачных местах Европы, — зло усмехнувшись, предположила Оливия.
Несмотря на оскорбительный намек, Деннис остался невозмутимым и примирительно согласился:
— Совершенно верно.