Чтение онлайн

Окоченевшей от холода рукой Гулисварди постучалась в дверь домика.

— Кто там? Войдите!

— Простите меня, я не во-время потревожила вас, — сказала Вардо, входя в комнату.

— Ничего, дитя мое. Поди сюда, погрейся, — сказала старуха.

Гулисварди подошла, сняла обувь, взобралась на тахту и, приподняв одеяло, подсела к грелке.

— Вот, мама, та девушка, о которой я тебе говорила, — сказала молодая женщина матери, когда Гулисварди отогрелась.

Старуха оглядела Гулисварди.

— Что же этот бессовестный, искал девушку еще красивее тебя? Уж не надеялся ли заполучить сказочную красавицу?

Гулисварди стыдливо потупилась, глаза ее наполнились слезами.

— Полно горевать, дитя мое! — сказала старуха. — Не тебе первой пришлось пережить такое.

— О да, не тебе первой… — грустно повторила вслед за старухой ее дочь.

— Чего же ты теперь хочешь, дитя мое? — спросила старуха.

— Об этом спроси свою дочь, она знает.

— Научи ее, как отомстить изменнику, — сказала молодая женщина.

— Мстить грешно, дитя мое. Положись на бога, молись ему, чтобы он воздал должное твоему обидчику.

— Нет, мать. Я сама должна отомстить, и отомстить так, чтобы он знал, что это я, а не кто другой.

— Как же нам быть, дитя мое? Вот что я тебе скажу: пока что месть невозможна, нужно долго ждать.

— Я готова ждать хоть до самой смерти, лишь бы в конце концов поразить его в самое сердце.

— В таком случае, знаешь, что я тебе посоветую?

— Прикажите… я слушаю!

— Научись гадать. Узнав все тайны нашего ремесла, ты сама придумаешь, как наказать своего обидчика. Согласна?

— Согласна, — сказала после некоторого раздумья Гулисварди.

— Нет, дитя мое, не спеши соглашаться. Поразмысли сначала как следует.

— Думать мне не о чем. Только бы наказать моего мучителя, — больше мне ничего не надо.

— Знаешь ли, дитя мое, на что ты идешь? Нет! Не знаешь. Так вот я тебе скажу: с сегодняшнего дня ты порываешь со всем миром. С этой минуты ты становишься ведьмой, чародейкой. В глазах людей ты будешь не человек, а что-то бесовское — не то человек, не то дьявол. Подумала ли ты об этом?

— Мне нечего думать.

— Нет, сегодня еще подумай. Если можешь — помолись богу… Завтра скажешь мне, что ты решила. А теперь — прощай.

На этом их беседа окончилась. Гулисварди пошла домой.

— Только этого нам недоставало, — с укоризной сказала молодая женщина, когда Гулисварди вышла из комнаты. — Зачем ты навязала себе заботу о чужом человеке, когда сама еле перебиваешься?

— Я думала, что наше ремесло отпугнет ее и заставит отказаться от недобрых замыслов. Но, видно, бедняжка не шутит.

— Что ж ты теперь будешь делать? Видишь, она не такая малодушная, как я!

— А ты думаешь, она хорошо поступает? Погубила свою плоть, а теперь хочет погубить и душу.

— Смелая женщина! Хоть и погубит себя, но все-таки отомстит своему врагу.

— Хотела бы я знать, как она будет мстить, далее если выучится нашему ремеслу?

— Как? Разве ты ее ничему не научишь?

— Нет. Я надеюсь, что через год она забудет о своем намерении и снова станет честной женщиной. Мы спасем христианскую душу от мук ада, и, может быть, это нам зачтется.

— А если она настоит на своем и захочет учиться?

— Что ж, научу, всему научу, что знаю, а там — пусть сама решает, как мою науку использовать. А кроме того, дочь моя, эта девушка может нам пригодиться. Не забывай, что она служанка в княжеском доме: она будет посылать к нам людей, у которых окажется нужда в гадалке, и поможет нам заработать кусок хлеба.

Пока они так беседовали, Гулисварди вернулась домой. Она сразу же вошла к своей госпоже и стала просить, чтобы та отпустила ее на волю.

— Почему, Вардо? Или ты разлюбила меня? — спросила княгиня.

— Нет, госпожа моя. Клянусь богом, нет, — ответила Вардо в замешательстве.

— Зачем же ты меня покидаешь? Может быть, тебя кто-нибудь обидел? Скажи мне, дитя мое?

— Нет, но…

— В чем же дело? Говори, и скорее, зачем тебе понадобилась вольная?

— Может, тогда за меня посватается жених получше, — невнятно проговорила Гулисварди сквозь слезы.

— Что ты сказала, Вардо?

— Может быть, я тогда найду жениха получше, — повторила Гулисварди.

— Ну, если так, ты завтра же будешь свободна. Стоит ли из-за этого плакать, глупая? Сегодня вечером, как только вернется князь, я скажу ему, и завтра напишем тебе грамоту. Где ты будешь жить?

— У моей тетки.

Бедная Гулисварди, впервые привелось ей сказать неправду; до сих пор она еще ни разу намеренно не солгала.

На другой день, получив вольную, Гулисварди постучалась в двери знакомого нам домика на Авлабаре. Голос изнутри попросил ее войти.

Не входи, бедняжка Гулисварди! Перекрестись, призови бога на помощь, плюнь на дьявола и вернись обратно!

Не слышит… Вошла. Несчастная Гулисварди!

— Ну как, дитя мое, подумала? — спросила ее старуха.

— Да, подумала и решила учиться, — ответила Гулисварди.

— Молодчина! Да, совсем на меня не похожа! — воскликнула дочь старухи.

— Что ж тут странного? Вы обе еще молоды, бедняжки, кровь в вас кипит… — ответила старуха. — Хорошо, дитя мое, — обратилась она к Гулисварди, — если ты так упорно стоишь на своем, переселяйся к нам. Дай бог, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении.

— Завтра же перенесу свои пожитки, — ответила Гулисварди.

После этого она целый год была в услужении у гадалок; однако они ничему ее не обучили.

— Молода еще, вылетит у нее дурь из головы — сама благодарить будет за то, что не впутала я ее в наши грешные дела, — говорила старуха.

Но протекали месяцы, а все незаметно было, чтобы Гулисварди изменила свое намерение.

К концу этого года старуха гадалка умерла. Молодая же решила, что теперь не стоит отпускать Гулисварди, обучила ее тайнам своего ремесла и стала направлять к ней всех, кто приходил за советом. Протекло еще немного времени, и среди простого люда пронесся слух о гадалке Вардо. Народ повалил к ней толпами.