Чтение онлайн

Брезентовые плащ-палатки были надеты и тщательно застёгнуты.

– Набрасываем на головы капюшоны, – велел Петров. – Шнурки затягиваем. Плотнее. Ещё плотнее. Пояса завязываем…. Ага, нормальный вариант, сгодится. Значится так. Я иду первым. А ты, держась ладошкой за хлястик на моей плащ-палатке, шагаешь следом…. Ну, готова? Тогда, благословясь, трогаемся. Только глаза, пожалуйста, береги…

Всё вокруг выло, скрежетало, ухало и визжало. Ветер, постоянно меняя силу своих порывов, пытался коварно свалить с ног. Целые тучи мельчайших колючих песчинок так и норовили проникнуть под плащ-палатки.

Шаг, шаг, ещё шаг…

«Лишь бы не сбиться с пути», – бились в голове тревожные мысли. – «Лишь бы не потерять направления…».

Затратив порядка пятнадцати минут, они добрели-таки до сборно-щитового одноэтажного параллелепипеда, где располагался дежурный пункт управления полётами. Добрели, тщательно прикрыли за собой дверь, отдышались, наспех отряхнулись, сбросили в прихожей плащ-палатки и прошли внутрь.

В просторном прямоугольном помещении, склонившись над стандартным письменным столом, заваленным разнообразными картами и планами, находились четверо: командир вертолётной эскадрильи Жано Матисс, Егор Леонов, Пашка Сомов и Горыныч.

– О, «старшой» прибыл, – обрадовался никогда не унывающий француз Жано. – Здравия желаю, господин временный командир! Да не один прибыл-то…. Какая потрясающе-симпатичная барышня! Вы – само совершенство! Разрешите, мадам, поцеловать вашу трепетную ручку….

– Во-первых, отставить кривляться, – рассердилась Ванда. – Во-вторых, я не «мадам», а «мадмуазель». В-третьих, попрошу обращаться ко мне – «мисс Паулс», но только на «ты». Не люблю пафосного официоза. В-четвёртых, являюсь опытным экспертом в области оптических миражей. Что, на мой взгляд, немаловажно и актуально. Особенно в сложившейся ситуации…

Она коротко и доходчиво изложила свою версию о возможном усилении «миражной» активности – после завершения песчаной бури.

– Неплохо, мисс Паулс, – одобрил Горыныч. – Сразу видно, что мы имеем дело с весьма правильной и достойной девушкой. Ну, а также и с опытным специалистом по пустынным миражам…. А ты, Алекс, почему такой непривычно смирный и тихий? Ага. Ну, да. Всё понятно. Спёкся, бродяга белобрысый…. Вы, мисс Паулс, судя по некоторым характерным признакам, имеете все шансы превратиться – в самое ближайшее время – в «миссис Петрову». Искренне одобряю и поздравляю…

– Хватит трепаться, – нахмурился Лёха. – Что тут у нас происходит? Покажите-ка на карте район предполагаемого падения вертолёта…. Ничего же себе, блин горелый. Это же порядка трёхсот-четырёхсот квадратных километров. Если, конечно, не больше…. И дорог здесь нет. Придётся передвигаться на вездеходах. То бишь, на армейских джипах, оснащённых здоровенными и широченными колёсами. Вертолёты в воздух сейчас не поднять.

– Это точно, – согласился Матисс. – Не поднять…. А сколько продлится эта песчаная буря? Неизвестно. Прошлая бушевала почти полторы недели. Согласен, что без вездеходов здесь не обойтись. А ребятам, наверняка, требуется экстренная помощь. Тем более что и жара усиливается прямо на глазах.

– Усиливается, – подойдя к окну, подтвердил Сом. – На уличном термометре ртутный столбик поднялся уже за сорок третью градусную отметку. Да и ветер неуклонно и целенаправленно звереет. Вон, даже палатку сорвало.

– Сильный ветер – это очень плохо. Как бы упавший вертолёт песком не занесло…. А кто на «ноль-третьем» возглавляет штурмовую группу?

– Санька Романов. А помощником у него – Алексей Никоненко.

– Ну, Роман-то мужик тёртый, опытный и серьёзный, – облегчённо выдохнул Петров. – Такого голыми руками не взять. Выдюжит…. Никон? Ну, не знаю. Легкомысленный он какой-то слегка. Без крепкого природного корня-стержня, горазд ввязываться во всякие и разные сомнительные авантюры. Ладно, будем, как и всегда, надеяться на лучшее.… Сделаем, пожалуй, так. Матис и Леон прокладывают на топографической карте предстоящий маршрут. Потом вобьём его в компьютер передового джипа, лишним не будет. Типа – для гарантии, чтобы не заблудиться в барханах…. Ты же, Ван…, то есть, мисс Паулс, прочти-ка нам доходчивую научно-популярную лекцию о миражах. Ну, а мы с капитаном Горюновым внимательно послушаем и, понятное дело, попытаемся отделить практические зёрна от научных плевел…. Приступаем, ребятки. Время поджимает…

– Пожалуй, начну лекцию с вопроса, – напустила на себя классический «профессорский» вид Ванда. – Что вам, господа военные, известно про миражи?

– Разрешите? – «по школьному» вскинул вверх правую руку Горыныч, а после этого зачем-то представился: – Капитан Горюнов.

– Очень приятно. Излагайте, господин капитан.

– Слушаюсь! Значится так…. Мираж – это, безусловно, оптическое явление в атмосфере. Основанное…э-э-э, на отражении света от различных – по плотности и температуре – слоёв воздуха. То есть, в этом случае у конкретного предмета (например, у трёхмачтового парусника), имеется как истинное, так и мнимое изображение. Причём, это мнимое изображение может быть удалено от истинного на многие сотни и даже тысячи километров. Так трёхмачтовые морские парусники и «оказываются» в раскалённых песчаных пустынях…

– Неплохо для армейского капитана, – скупо похвалила девушка. – Ей-ей, неплохо…. Да, миражи – это не что иное, как изощрённая игра световых лучей. В некоторых местах нашей прекрасной планеты воздух над землёй (или же над водой), прогревается – на различных от неё расстояниях – неравномерно. Бывает даже так, что температура слоя воздуха в десяти-пятнадцати сантиметрах от земли (от воды), на тридцать-сорок градусов меньше, чем температура самой поверхности. В этом случае лучи света – вопреки строгим классическим законам физики – распространяются уже не прямолинейно, то есть, начинают активно преломляться и даже отражаться. А в некоторых случаях воздух у самой поверхности земли (или же воды), «становится» зеркалом. Так и «рождаются» миражи. Причём, во всех местах, где в воздухе (благодаря самым различным природным явлениям), возникают резкие перепады температур…. Миражи делятся на нижние, видимые под объектом, верхние, видимые над объектом, боковые и объёмные. А ещё существует и так называемая легендарная «Фата-Моргана» – самый сложный и необычный вид миражей. Это уникальное явление представляет собой совокупность сразу нескольких «миражных» форм. При «Фата-Моргане» предметы, которые изображает конкретный мираж, многократно увеличиваются в размерах и довольно сильно искажаются…. Понимаете, о чём я вам толкую?

– О том, что за некоторыми миражами могут «прятаться» различные реальные объекты?

– Это просто версия, и не более того. Но версия, попрошу заметить, выстроенная, отнюдь, не на пустом месте. Привожу конкретные аргументы… Холодный воздух из северо-западной Атлантики – через глубокие ущелья Атласских гор – медленно и плавно перетекает в Алжир. А над ним в обратном направлении следуют – из раскалённой части ливийской Сахары – очень тёплые воздушные потоки. Вот вам и необходимая разница температур. И, попрошу заметить, что солнечных дней в здешних местах – в течение года – очень и очень много. Настоящее раздолье для ярких и хулиганистых солнечных лучей. Преломляйся и отражайся, образно выражаясь, сколько Душе угодно.… Следовательно, благодаря всему этому (по моему скромному мнению), в районе алжиро-ливийской границы формируются как «стационарные», так и «блуждающие» миражи, сбивая с толка любопытных путешественников, туристов, да и – порой – опытных местных жителей. Естественно, что время от времени в Сахаре случается непогода, например, налетают сильнейшие песчаные бури, изменяя, тем самым, привычный температурный режим. Тогда «стационарные» миражи пропадают. Или же начинают активно и отчаянно «блуждать». Но потом обязательно – по мере возвращения привычной климатической ситуации – «восстанавливаются». Но иногда на новом месте, смещаясь от сотни метров до нескольких десятков километров…. А ещё «стационарные» миражи, ко всему прочему, могут – изредка – «меняться местами». Вот, такое моё мнение…

– Логично и авторитетно излагаешь, мисс Паулс, – одобрил Горыныч. – Но это, как я понимаю, лишь сухие теоретические выкладки. А будут ли практические советы?

– Дам один, – усмехнулась Ванда. – Когда окажетесь в районе предполагаемого падения вертолёта, то вспомните, пожалуйста, эту мою лекцию о миражах. То бишь, внимательно присмотритесь к окружающей вас местности. Внимательно, с недоверием и долей здоровой подозрительности…. Вот ещё, Алекс, возьми, – протянула тонкий серебристый цилиндрик. – Это – «усиленная лазерная указка», изготовленная полторы недели назад по моему личному заказу. Правда, испытать её в действии пока не успела. Но теоретически данный прибор может «разрушать» миражи. Глядишь, и пригодится.

– Большое спасибо, – поблагодарил Лёха. – Ты, мисс Паулс, отличный боевой товарищ.

– Стараюсь быть полезной…

Раздалось рассерженное пиликанье.

– Слушаю вас, Виталий Палыч, – поднёс к уху чёрную коротковолновую рацию Горыныч. – Так точно! Никак нет…. Старшим по «песчаному катаклизму» генерал Смит назначил старшего лейтенанта Петрова…. Вас понял. Виноват. Лично проконтролирую…. Разрешите, всё же, передать аппарат Алексу? Понял…. Петров, держи. Высокое начальство тебя жаждет…